RSS
Написать
Карта сайта
Eng

Россия на карте Востока

Летопись

26 июля 1897 открылся отдел ИППО в Екатеринославле

26 июля 1914 из Бари в ИППО сообщали, что рабочие, занятые на строительстве подворья, отправляются на фронт

27 июля 1898 И.Е. Репин посвятил памяти родителей свой живописный этюд «Несение Креста» для Александровского подворья ИППО в Иерусалиме

Соцсети


„Однажды Гоголь“
(отрывок)

Мертвое море

Один из немногих рассказов Гоголя о его паломничестве к Святым Местам передает Лев Иванович Арнольди, младший брат (по матери) Александры Осиповны Смирновой. Как-то раз в июне 1849 года, вспоминает он, когда они остались втроем, сестра попросила Гоголя рассказать что-нибудь о его путешествии в Иерусалим. „Теперь уже поздно,— отвечал он,— вам пора и на отдых, лучше когда-нибудь в другой раз. Скажу вам только, что природа там не похожа нисколько на все то, что мы с вами видели; но тем не менее поражает вас своим великолепием…“ И Гоголь рассказал о своем впечатлении от Мертвого моря, в которое впадает река Иордан и часть которого образовалась на том месте, где стояли некогда нечестивые города Содом и Гоморра: „Я ехал с Базили, он был моим путеводителем. Когда мы оставили море, он взял с меня слово, чтоб я не смотрел назад, прежде чем он мне скажет. Четыре часа продолжали мы наше путешествие от самого берега, в степях, и точно шли по ровному месту, а между тем незаметно мы поднимались в гору; я уставал, сердился, но все-таки сдержал слово и ни разу не оглянулся. Наконец Базили остановился и велел мне посмотреть на пройденное нами пространство. Я так и ахнул от удивления! Вообразите себе что я увидал! На несколько десятков верст тянулась степь все под гору; ни одного деревца, ни одного кустарника, все ровная, широкая степь; у подошвы этой степи, или, лучше сказать — горы, внизу, виднелось Мертвое море, а за ним прямо, и направо, и налево, со всех сторон опять то же раздолье, опять та же гладкая степь, поднимающаяся со всех сторон в гору. Не могу вам описать, как хорошо было это море при захождении солнца! Вода в нем не синяя, не зеленая и не голубая, а фиолетовая. На этом далеком пространстве не было видно никаких неровностей у берегов; оно было правильно овальное и имело совершенный вид большой чаши, наполненной какою-то фиолетовою жидкостию“.

После Иерусалима

Княжна Варвара Николаевна Репнина-Волконская в своих воспоминаниях следующим образом описывает приезд Гоголя в их имение Яготино по возвращении из Иерусалима в 1848 году: „Лицо его носило отпечаток перемены, которая воспоследовала в душе его. Прежде ему были ясны люди; но он был закрыт для них, и одна ирония показывалась наружу. Она колола их острым его носом, жгла его выразительными глазами; его боялись. Теперь он сделался ясным для других; он добр, он мягок, он братски сочувствует людям, он так доступен, он снисходителен, он дышит христианством“. Потом в Одессе княжна дала Гоголю прочесть эти строки, и он сказал: „Вы меня поняли, но слишком высоко поставили в своем мнении“.

Воропаев В.А., профессор, доктор филологических наук

Тэги: Гоголь Н.В., литераторы-паломники

Пред. Оглавление раздела След.
В основное меню