RSS
Написать
Карта сайта
Eng

Россия на карте Востока

Летопись

20 сентября 1857 началось пятидневное паломничество архим.Антонина (Капустина) в Святую Землю

21 сентября 1860 родился почетный член ИППО вел. кн. Павел Александрович

21 сентября 1890 умерла член-учредитель и почетный член ИППО графиня О.Е. Путятина

Соцсети


Религиозные сюжеты в творчестве А.П. Рябушкина

Пытаясь найти творческие решения при написании обязательных академических программ, художник много работал в академической библиотеке с различными многочисленными увражами. 

Эсфирь перед Артаксерксом. А. П. Рябушкин. 1887
Эсфирь перед Артаксерксом.
А. П. Рябушкин. 1887 г. Бумага на холсте, масло. 107x221 см
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург
Инв. номер: Ж-1826
Поступление: В 1930 из Академии художеств

В 1887 г. он создал эскиз на библейскую тему "Эсфирь перед Артаксерксом", "вызвавший целую сенсацию". Эта работа стала свидетельством поиска "исторической точности в обрисовке обстановки и костюмов", стремлением "избегнуть принятой театральности в разработке "мизансцен" и образов"[76]. Справедливо замечание А. Ростиславова в адрес этой картины, что "на всем совершенно новый тогда налет историчности, который внесло на западе и позднее у нас серьезное изучение исторической и археологической бутафории"[77] (результат кропотливого собирательства для занятий в Академии художеств различных "увражей" А. Н. Оленина и художественно-археологической деятельности Ф. Г. Солнцева).


Исцеление двух слепых.
Андрей Петрович Рябушкин (1861-1904). 1888 г. Холст, масло, 182х141.
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Типично академическим по композиции и трактовке стало следующее по времени создания программное произведение – "Исцеление двух слепых" (1889 г.). В 1888–1889 гг. к академическому конкурсу Рябушкин выполнил еще одну программу (о которой в дневниках писал Ф. Г. Солнцев) – "Ангел выводит Петра из темницы". К моменту окончания Академии в 1890 г. молодой художник написал картину "Распятие Иисуса Христа". Первоначальный эскиз как основа будущей картины был утвержден академическим советом. Работа над темой увлекла Рябушкина. "Здесь он, буквально, превзошел сам себя, – написал А. Воскресенский в биографическом очерке. – Под его руками возникает один эскиз за другим, и среди них оказывается чрезвычайно много даровитых вещей, исчезнувших потом неизвестно куда: он часто бросал их в печку или рвал. Ему хотелось постигнуть сюжет во всей полноте, во всей неисчерпаемой глубине его, и он отдался изучению жизни Христа по Ренану и другим источникам. Его заинтересовал трагизм момента и явилось желание воплотить этот трагизм не столько в самом Христе, сколько в фигурах, окружающих Христа, в общем настроении подавленного ужаса и страдания.."[78]. 


Голгофа (Снятие с креста).
А. П. Рябушкин. 1890 г. Холст, масло. 240х429.
Государственная Третьяковская галерея, Москва
Приобр. П. М. Третьяковым в 1890 у автора.

Отойдя от первоначальной темы, Рябушкин создал "Плач о Христе" – "Голгофу" (в дипломе работа названа "Снятие со креста"[79]), не имеющую ничего общего с первоначальным эскизом. Поступок художника был расценен как дерзкий. Совет лишил его золотой медали. Но президент Академии великий князь Владимир Александрович назначил Рябушкину на два года стипендию из "личных средств Августейшего Президента"[80]. Высоко оценили картину В. Д. Поленов и М. О. Микешин. Высочайшей оценкой творчества стало приобретение полотна П. М. Третьяковым для галереи[81].

_________________________
76 Мурина Е. Андрей Петрович Рябушкин… – С. 8.
77 Ростиславов А. Андрей Петрович Рябушкин… – С. 20. А. Ростиславов в книге о художнике поделился впечатлениями об этой работе, оставленной в фондах Академии. Он написал: "И вдруг, совсем особая, своя цельность композиции, живые, восточно яркие краски, серьезно разработанная перспектива с оригинально взятой точки зрения, совсем по-новому оригинально задуманные позы фигур, без обычно условного высовывания главных на первый план. Особенно бросалась в глаза реалистическая фигура Артаксеркса, и совсем по-новому разработанные костюмы, каких еще не видали на академических эскизах. Все было нарисовано смело, ловко и живо…Перед эскизом толпились, ученики восхищались… Настолько в Рябушкине бился живой пульс настоящего художника, которому невыносимы шаблоны и который умел своими приемами действовать убедительно.
78 Воскресенский А. Рябушкин… – С. 24–25.
79 Ростиславов А. Андрей Петрович Рябушкин… – С. 32.
80 Воскресенский А. Рябушкин… – С. 28.
81 История приобретения картины, рассказанная А. X. Преображенским и записанная А. Воскресенским и А. Ростиславовым, ярко характеризует отношение Рябушкина к своим работам, непонимание порой их исторической и общественной значимости. Приведем эту историю полностью. "Картина была таких размеров, что ее негде было поместить. Решено было перевезти ее в квартиру Преображенского и поставить по диагонали комнаты. Но вместо картины явился сам Рябушкин, очень довольный, и заявил, что продал ее Третьякову. Слава о картине, разумеется, перешла за академические пределы. На вопрос приехавшего посмотреть ее П. М. Третьякова, как автор намерен поступить с ней, последовал ответ: "Разрезать на куски" (весьма потом характерный для Рябушкина способ уменьшать и переделывать свои большие картины). "Зачем? Продайте лучше мне за 500 рублей". Совершенно необеспеченный художник, у которого никогда еще в руках не было такой суммы, ни минуты не задумался и тут же ее отдал" (Ростиславов А. Андрей Петрович Рябушкин… – С. 32).


Русские женщины XVII столетия в церкви.
Рябушкин Андрей Петрович (1861 - 1904). 1899 г. Холст, масло. 53 x 68 см
Государственная Третьяковская галерея, Москва
Инв. номер: 1545

Рябушкин сделал более восьми копий с фресок с ярославских и ростовских церквей. "Одухотворенность и изящество форм ярославских фресок нашли почти прямое отражение в цветовом и линейном языке картин Рябушкина", – справедливо утверждает В. М. Механикова, одна из исследовательниц творчества художника[91]. Эти материалы он использовал при работе над картиной "Русские женщины XVII столетия в церкви" (1899 г.), ставшей одним из высших достижений русской исторической живописи на рубеже двух последних столетий. "При своем появлении картина поражала, прежде всего, цветистостью, несомненно, гармоничной и прочувствованной, и уже по живописи была совершенно новым… явлением. В то время она была одной из самых светлых русских картин, где не было уже ничего коричневого в живописи. Здесь почти впервые сказались живописно цветовые принципы"[92].

Живопись Рябушкина в этой картине и в других его последующих произведениях необыкновенно нарядна и имеет изысканное цветовое звучание, роднящее ее с русской иконой, фреской и народным искусством. И в этом цветовом звучании присутствует понимание христианской символики цвета. "Цвет в народных произведениях служит не только характеристике предмета, он еще сам обладает известной реальностью, – писал М. В. Алпатов, – поэтому он всегда интенсивен: краски звонкие, яркие, без примесей, без промежуточных тонов"[93]. Многие исторические полотна Рябушкина воспринимаются как некое красочное видение, возникшее перед взором. Они проникнуты настроением поэтичности, таинственности, почти сказочности. Цвет, сюжеты, композиционное построение – вместе все это создает впечатление изменчивости, мимолетности изображения, напоминающего о навсегда ушедшей красоте.

Картины Рябушкина – "Семья купца в XVII веке" и "Русские женщины XVII столетия в церкви", перевернувшие представления его современников о живописи, композиции и цвете, предстали перед публикой на Парижской международной выставке 1900 г. За эти произведения он получил Почетный диплом[94].

Художник много работал в области монументальной живописи. Он выполнил эскизы для предполагавшейся росписи Новгородского Софийского собора (1895 г.), эскизы для росписи домовой церкви Санкт-Петербургской консерватории, плафон для ее малого зала и эскиз плафона для большого зала (1895 г.). Сделал несколько эскизов внутренней росписи Варшавского православного собора (1903 г.), проект росписи для кафедрального собора в Новочеркасске (1898 г.). С 1896 по 1900 гг. Рябушкин создал картоны для мозаик храма "Спаса на крови" в Санкт-Петербурге, построенного по проекту архитектора А. А. Парланда на месте смертельного ранения императора Александра II[95].

____________
91 Механикова В. М. Андрей Петрович Рябушкин. – Л., 1989. – С. 59.
92 Ростиславов А. Андрей Петрович Рябушкин… – С. 63–64. На цвет и его роль в картине обратили внимание и современники, и исследователи творчества Рябушкина. Ростиславов отметил, что художник "проник в оригинальную и чрезвычайно красивую внешнюю особенность форм старинного быта – жизнерадостную цветистость, отнюдь не грубую, но глубоко гармоничную и художественную <…> Он исходил… из увлекавшей его прелести чисто живописных представлений: пестрота чудесных костюмов на фоне цветистых росписей. В картине характерно русское преобладание красного цвета. Синие с разноцветным орнаментом стены, красные свечи, удивительно красивый яркий костюм девочки на первом плане, характерные и внушительные боярыни позади в красном и синем с цветами" (Ростиславов А. Андрей Петрович Рябушкин… – С. 64). "Блистательно красива группа женщин в нарядных старинных одеждах на фоне расписанных стен церковного интерьера. Картина играет многоцветьем, влечет красочными переливами, восхищает живописным эффектом оттенков, очаровывает декоративной яркостью, приводит в восторг смелыми цветовыми отношениями", – утверждала В. М. Механикова (Механикова В. М. Андрей Петрович Рябушкин… – С. 53).
93 Алпатов М. В. Сокровища русского искусства XI–XVI веков (живопись). – Л., 1970. – С. 10.
94 "Он был доволен этой наградой. По словам одного близкого ему лица, он именно в это время говорил: "Вот теперь только я выучился". Надо думать, эти слова вызвала не одна французская награда, а сознание, что в удавшейся картине он впервые ярко передал свое, к чему так долго подходил и что так упорно выращивал", – писал А. Ростиславов (Ростиславов А. Андрей Петрович Рябушкин… – С. 64).
95 А. П. Рябушкин сделал сюжеты: "Исцеление сухорукого", "Исцеление бесноватого отрока", "Хождение Спасителя по водам", "Признание апостола Матфея", "Насыщение пятью хлебами пяти тысяч человек" "Притча о десяти девах", "Исцеление при овчей купели", "Христос в синагоге", "Брак в Кане Галилейской", "Преподобные Антоний и Феодосий Печерские", "Мученики Косьма и Дамиан", "Апостолы Фома и Варнава", "Апостолы Матфей и Андрей", "Преподобный Андрей Критский и Иоанн Дамаскин", "Святые мученицы Людмила и Антонина", "Святые Моисей и Самуил". Для наружных мозаик Рябушкин исполнил семь картонов: "Святой Василий Великий", "Святая Вера", "Святой Игорь", "Святой Иоанн Богослов", "Святой Симон Зилот", "Святые Борис и Глеб", "Михаил Черниговский и боярин Феодор". См.: Бутиков Г. И. Музей-памятник "Спас на крови". – СПб., 1997. – С. 74–79; Его же. Музей-памятник "Спас на крови": Александр II и его эпоха. – СПб., 2001. – С. 63–64; Нагорский Н. Спас на крови: Храм Воскресения Христова. – СПб., 2004; Воскресенский А. Рябушкин… – С. 33–34.


Новгородская церковь.
Рябушкин Андрей Петрович. 1903 г. Картон, гуашь. 31 x 48 см
Государственный Русский музей, С.-Петербург

Проявляя "глубокий и чрезвычайно редкий в те годы интерес к древнерусской архитектуре"[97], бывая в Новгороде, Рябушкин создает картину "Церковь" ("Новгородская церковь", 1903 г.) – строгий, простой, значительный и печально-торжественный образ. Об этой небольшой работе написано немало. При описании этой картины каждый из исследователей находил подходящие поэтические строки (у Тютчева, Майкова, Бунина), раскрывающие ту или иную сторону этого произведения. В контексте нашего исследования лежит вывод, сделанный Н. Н. Третьяковым в его труде "Образ в искусстве". Анализируя образ времени, он написал: "В этой небольшой по размеру картине изображается изба – дом человека, следовательно, и его краткая земная жизнь. А над ней – дом Божий, образ вечности. Невысокий холм, увенчанный древним храмом, является его своеобразным подножием. В композиции ощутимо выступает глубокая мысль художника о Божественном единстве мира русской жизни. Невольно приходят на память слова святого Иоанна Кронштадского: "Перестали понимать русские люди, что такое Русь! Она есть подножие Престола Господня. Русский человек должен понять это и благодарить Бога за то, что он русский".

"В картине, – продолжает Н. Н. Третьяков свои размышления, – Рябушкин сочетает символику с конкретным, даже документальным описанием: образ древнего церковного погоста, два окна в избе – и два колеблемых ветром колокола деревянной звонницы, пирамидальные очертания земляного холма… Здесь нет признаков стилизации под иконопись или фреску, а явлен реальный образ, где-то увиденный и глубоко пережитый художником"[98].

"Церковь" – одна из последних работ Рябушкина, считающаяся вершиной его художественного творчества в ряду других живописных русских полотен рубежа веков и по величайшей простоте исполнения, и "по той высочайшей взаимосвязи присущих вообще русскому искусству двух начал – конкретного со всеобщим, с философским, того взаимопроникновения высокой идеи в знакомую, почти хрестоматийную оболочку, которое делает реальный образ символом"[99]. Такого уровня высоты символизма и смыслозначимости художник, безусловно, достиг благодаря постоянному соприкосновению с русской древностью, с древнерусским церковным искусством и умению увидеть в нем глубину художественного образа.

_______________
97 Машковцев Н. Вводная статья… – С. 10.
98 Третьяков Н. Н. Образ в искусстве… – С. 109–110.
99 Механикова В. М. Андрей Петрович Рябушкин… – С. 99.

Фрагмент из книги: Г.В. Аксенова. Русская книжная культура на рубеже XIX‑XX веков. Глава 4. "Ясновидец и правдолюбец минувших жизней" А. П. Рябушкин (1861–1904 гг.)

Аксёнова Г.В., доктор исторических наук, профессор

profilib.net

Тэги: Рябушкин А.П., живопись, Евангелие в живописи

Ещё по теме:

Пред. Оглавление раздела След.
В основное меню