«Русские – люди восточные. Как и мы»
Митрополит Филиппопольский Нифон о будущем сирийского Православия, европейской демократии и сотрудничестве с католиками
– Ваше Высокопреосвященство, вы служите в России уже почти четыре десятка лет и стали родным для многих москвичей архипастырем. Как вам, коренному ливанцу, удалось привыкнуть к другому укладу жизни и климату?
– Вот и вы с ходу противопоставляете наши народы. А я считаю, что русские – люди по натуре восточные. Это по технологиям и цивилизации, конечно, западные, а в духовном плане – восточные. Нас многое объединяет. Так что мне здесь очень легко. Россия – великая держава, а народ в ней духовный. Только в русском языке есть фраза: «Что у тебя на душе?» Все остальные народы при встрече спрашивают: «Как дела?» Что касается климата, я был очень молод, когда начал жить здесь, и быстро привык. В России много искренне верующих людей. Сколько в Москве было действующих церквей, когда я приехал? Сорок шесть. А сейчас – больше тысячи! Даже в советские годы, когда были гонения, я ощущал: вера хранится в народе. Низкий поклон бабушкам и дедушкам, которые ее сохранили!
– Теперь христиан преследуют уже на Ближнем Востоке, где полыхает война…
– Христиане в Сирии жили прекрасно. Наши синодальные решения беспрекословно исполняются государством. Это касается бракосочетания, развода, усыновления. Кроме того, мы не платим коммунальные услуги за использование в храмах воды и электричества – христианские храмы освобождены от этого, как мечети. Оппозиция решилась на переворот и хотела, чтобы власть принадлежала суннитам, которых в стране большинство. К сожалению, многие поддержали эту затею материально и технически. На деле – в Сирию заявились террористы ИГИЛ (запрещенная в РФ террористическая организация. – Прим. ред.). В итоге – чудовищные последствия. Посмотрите, до чего они дошли, хотя первоначально требовали всего лишь реформ?! Разрушены храмы, монастыри. Захватили наших митрополитов, убили священников, пострадали мирные жители. Как связаны реформы государства с уничтожением Церкви?! И когда представители Запада говорят о демократии, я отвечаю: шариат не лучший союзник для демократии. Особенно западной, построенной исключительно на правах человека.
Каноническая территория Антиохийской Православной Церкви по данным официального сайта Баламандского университета на 2013 год
– Каким вам видится будущее сирийского Православия?
– Конечно, оно там останется. И храмы наши там будут. Никто и никогда этого у нас не отнимет. Но половина-то страны уже уничтожена. Что касается мигрантов, большинство из них уезжают не потому, что им плохо на родине, а из-за появившейся уникальной возможности пожить в Германии, Дании и других западных странах. Им там платят пособия, они прекрасно себя чувствуют. Так что пусть те, кто говорит о правах человека, теперь принимают их и угощают.
– Каково значение для Антиохийской Православной Церкви может иметь недавняя встреча Святейшего Патриарха Кирилла с Папой Римским Франциском?
– Она очень важна для всего православного мира. Мы не можем причащаться вместе с католиками, зато можем многое другое: бороться с терроризмом, защищать христиан, свидетельствовать о нашей вере в современном мире. У нас на Востоке с католиками сотрудничают очень тесно. Много общественных христианских организаций, в которых трудятся христиане разных конфессий. В Ливане много смешанных браков. У меня на родине, кстати, все традиционные религии представлены во власти, и это закреплено в конституции: президент страны – христианин-маронит, премьер-министр – мусульманин-суннит, председатель парламента – шиит, его заместители – православные. Половина парламента – христиане, другая половина – мусульмане. Как похвально, что конституция преимущественно православной России декларирует светский характер государства, но в отношении других религий здесь также действуют демократические нормы. Возвращаясь ко встрече Святейшего Патриарха и Папы, хотел бы обратить внимание на уважение, с каким во всем мире отнеслись к Патриарху Кириллу, к его доброй воле и его точке зрения. Его Святейшество с большим достоинством сказал о том, что считал нужным донести до Папы Франциска. Так говорить может только очень сильный человек. А благодаря чему Патриарх приобретает такую силу? Конечно, благодаря вере своего народа, своей многомиллионной паствы.
– Вы не раз говорили о любви к русской духовности. А что в России вам особенно дорого?
– Я очень люблю ваше богослужение. Меня восхищают его тонкость и строгий порядок. Посмотрите, например, как возвышают душу человека красивые голоса архидиаконов, как кланяются друг другу иподиаконы. Какое благочестие у народа, сколько человек стоят в очереди на исповедь, сколько свечей горит! Ну и конечно, дисциплина, которая, я бы сказал, в крови у Русской Церкви. Бывает, 320 архиереев служат как один. Я очень люблю русскую музыку: Чайковского, Бортнянского, Чеснокова, Архангельского, и как приятно, что ныне митрополит Иларион продолжает этот список великих композиторов; книги: среди любимых авторов – Федор Достоевский и Михаил Булгаков.
– Какое напутствие на Великий пост вы хотели бы дать нашим читателям?
– Лично я каждый раз с нетерпением жду этот период. В храме начинают петь Покаянный канон Андрея Критского, и я уже чувствую, словно нахожусь в другом мире. Во время службы стараюсь донести до людей мысль, что в Великий пост ни в коем случае не надо ходить хмурыми и унылыми. Радуйтесь и вникайте в вероучение нашей Церкви.
Мария Максимова