RSS
Написать
Карта сайта
Eng

Россия на карте Востока

Летопись

18 июля 1918 мученически убита под Алапаевском вел.кнг. Елизавета Федоровна, второй председатель ИППО

19 июля 1914 началась Первая мировая война

19 июля 1914 вел.кнг. Елизавета Федоровна молилась в Крестовой церкви в Перми

Соцсети


К.Р. (великий князь Константин Романов)

На Страстной неделе

Жених в полуночи грядет.
Но где же раб Его блаженный,
Кого Он бдящего найдет?
И кто с лампадою возжженной
На брачный пир войдет за Ним

В ком света тьма не поглотила?
О, да исправится, как дым
Благоуханного кадила,
Моя молитва пред Тобой!
Я с безутешною тоской
В слезах взираю издалека
И своего не смею ока
Воздеть к чертогу Твоему.

Где одеяние возьму?
О Боже, просвети одежду
Души истерзанной моей,
Дай на спасенье мне надежду,
Во дни святых Твоих Страстей.

Услышь, Господь, мои моленья
И Тайной вечери Твоей,
И всечестнаго омовенья
Прими причастника меня.

Врагам не выдам тайны я,
Воспомянуть не дам Иуду
Тебе в лобзании моем, –
Но за разбойником я буду
Перед Святым Твоим крестом
Взывать коленопреклоненный;
О помяни, Творец вселенной,
Меня во Царствии Твоем!

Из цикла "Библейские песни"

Псалмопевец Давид

                       О, царь, скорбит душа твоя,
                            Томится и тоскует!
                       Я буду петь: пусть песнь моя
                            Твою печаль врачует.

                       Пусть звуков арфы золотой
                            Святое песнопенье
                       Утешит дух унылый твой
                            И облегчит мученье.

                       Их человек создать не мог,
                            Не от себя пою я:
                       Те песни мне внушает Бог,
                            Не петь их не могу я!

                       О, царь, ни звучный лязг мечей,
                            Ни юных дев лобзанья
                       Не заглушат тоски твоей
                            И жгучего страданья!

                       Но лишь души твоей больной
                            Святая песнь коснется, -
                       Мгновенно скорбь от песни той
                            Слезами изольется.

                       И вспрянет дух унылый твой,
                            О, царь, и торжествуя,
                       У ног твоих, властитель мой,
                            Пусть за тебя умру я!

                       Татой (близ Афин)
                       Сентябрь 1881

Царь Саул

                   Душа изнывает моя и тоскует, -
                   О, пой же мне, отрок мой, песню твою:
                   Пусть звуки ее мою скорбь уврачуют, -
                   Я так твои песни святые люблю!

                   Гнетут меня злобного духа объятья,
                   Опять овладело уныние мной,
                   И страшные вновь изрыгают проклятья
                   Уста мои вместо молитвы святой.

                   Томлюся я, гневом пылая, и стражду;
                   Недугом палимая мучится плоть,
                   И злоба в душе моей… Крови я жажду,
                   И тщетны усилия зло побороть.

                   Не раз, жалом немощи той уязвленный,
                   Тебя мог убить я в безумном бреду.
                   О, пой же! Быть может, тобой исцеленный,
                   Рыдая, к тебе я на грудь упаду!..

                   Петербург
                   15 мая 1884

Легенда про Мертвое море

           В знойной степи, у истока священной реки Иордана,
           В каменных сжато объятиях скал, раскаленных полуднем.
           Чудно синея, безмолвно покоится Мертвое море.
           Мрачной пустыни бесплодная почва безжизненна, скудна.
           Издали волн заколдованных гладь голубую завидев,
           В ужасе зверь убегает; пугливо небесные птицы
           С жалобным криком спешат улететь от проклятого места;
           Змеи одни обитают в глубоких расщелинах камней;
           Лишь бедуин одинокий, копьем тростниковым махая,
           Быстрым конем уносимый, промчится песчаным прибрежьем.
           Тайны зловещей печать тяготит над страною забвенья.
           Древнее ходит сказанье про это пустынное море:
           Лишь только звезды златые зажгутся в безоблачном небе,
           Тьмою огней отражаясь в заснувших лазоревых волнах,
           Лишь в вышину голубую серебряный выплывет месяц, -
           Вдруг просветляется влажное лоно прозрачной пучины;
           Сноп белоснежных лучей всю глубокую бездну морскую
           С глади незыблемой вод и до самого дна проницает.
           Там, в глубине, озаренные блеском полночного неба,
           Груды развалин толпятся в безжизненном древнем величье;
           Словно как трупы недвижные, в мертвенном сне цепенея,
           Эти обломки морское песочное дно покрывают…
           — Это Содом и Гоморра… Господь их порочное племя
           В оные дни покарал за великие, тяжкие вины.
           Долготерпенья превечного Бога исполнилась мера:
           Огненный дождь ниспослал Он на царство греха и разврата:
           Недра земные разверзлись и те города поглотили;
           Бездну провала залили морские соленые воды…
           Там, где был край многолюдный, подобно великой могиле,
           Ныне, синея, безмолвно покоится Мертвое море.

           Палермо
           15 февраля 1882

Сфинкс

           В знойной пустыне веками покоится сфинкс полногрудый,
           Гордо главу приподняв и очей неподвижные взоры
           В даль устремив беспредельную… Только песчаные груды
           Всюду вокруг разостлалися в необозримом просторе…
           — Кем ты воздвигнут, незыблемый страж раскаленной пустыни?
           Кто твои мощные члены изваял рукой безыскусной?
           Что за значение придал твоей он недвижной твердыне?
           И отчего улыбаешься ты так загадочно-грустно?
           Древнее ходит сказанье о том, как в Египет бежала
           Божия Матерь с Младенцем Божественным из Палестины.
           Был утомителен путь. С голубой вышины обливало
           Знойное солнце лучами поверхность песчаной равнины.
           Между гранитными лапами сфинкса Она приютилась;
           Идол, своими объятьями тень расстилая над Нею,
           Зной умерял нестерпимый. И вот незаметно спустилась
           Тихая звездная ночь, безмятежно, спокойно синея.
           Сладостным сном позабылася Мать у подножья кумира,
           И на руках у Нея Искупитель покоился мира…
           Сфинкс ощутил неземного Создания прикосновенье,
           И улыбнулся он, тайну пытаясь постичь искупленья…
           Не оттого ли, поведай, пустыни жилец одинокий,
           Не оттого ли еще до сих пор отпечаток глубокий
           Той неразгаданной тайны твои сохраняют черты,
           И через много веков еще все улыбаешься ты?

           Афины
           9 января 1883

 Из Апокалипсиса

                                  I

                               И. А. Зеленому

                                            …Се  стою при дверехъ и толку:
                                            аще  кто  оуслышить гласъ мой, и
                                            сотверзетъ двери, внйду къ нему,
                                            и вечераю съ нимъ, и той мною.
                                                                      III 20

                     Стучася, у двери твоей Я стою:
                          Впусти Меня в келью свою!
                     Я немощен, наг, утомлен и убог,
                          И труден Мой путь и далек.
                     Скитаюсь Я по миру беден и нищ,
                          Стучуся у многих жилищ:
                     Кто глас Мой услышит, кто дверь отопрет,
                          К себе кто Меня призовет, -
                     К тому Я войду и того возлюблю,
                          И вечерю с ним разделю.
                     Ты слаб, изнемог ты в труде и борьбе, -
                          Я силы прибавлю тебе;
                     Ты плачешь,— последние слезы с очей
                          Сотру Я рукою Моей.
                     И буду в печали тебя утешать,
                          И сяду с тобой вечерять…
                     Стучася, у двери твоей Я стою,
                          Впусти Меня в келью свою!

                     Усть-Нарова
                     Август 1883


                                II

                Я новое небо и новую землю увидел…
                Пространство далекое прежних небес миновало,
                И прежней земли преходящей и тленной не стало,
                И моря уж нет… Новый город священный я видел,
                От Бога сходящий в великом, безбрежном просторе,
                Подобный невесте младой в подвенечном уборе,
                Невесте прекрасной, готовой супруга принять.
                     "Се скиния Бога с людьми. Обитать
                „Здесь с ними Он будет“.— Я слышал слова громовые:
                     "Сам Бог будет Богом в народе Своем,
                "И всякую с глаз их слезу Он отрет. И земные
                     "Печали исчезнут. В том граде святом
                "Не будет ни плача, ни вопля, ни горьких стенаний,
                "Не будет болезни, ни скорби, ни тяжких страданий,
                     "И смерти не будет. Таков Мой обет;
                     „Прошло все, что было, и прежнего нет“.

                Петербург
                6 марта 1884

Притча о десяти девах

                                           Се  женихъ  градеть  въ полунощи,
                                           и  блаженъ  рабъ,  егоже обращеть
                                           бдаша: не достоишь же паки, егоже
                                           обращеть оунывающа.
                                                                     Тропарь

                        Они засветили лампады свои;
                   На встречу они Жениху поднялися толпою
                           На радостный праздник любви.
                   Их пять было мудрых и пять неразумных.
                                     Уж тьмою
                        Бесчисленных звезд небеса заблистали, -
                        Но медлил Жених. Долго девы прождали;
                        Уж сон безмятежный спустился на них,
                        И дремой смежились усталые очи.
                        Внезапно в немой тишине полуночи
                           Послышался клик: "Се Жених
                   „Грядет! Исходите на встречу!“ И девы восстали,
                        Спеша полуночный исполнить обряд.
                   Елеем пять мудрых лампады свои напитали,
                        И так неразумные им говорят:
                   "Мы н_е_ взяли, сестры, елея с собою,
                           "Светильников пламень угас,
                        "И ныне мы к вам приступаем с мольбою,
                           „Елея мы просим у вас“.
                   Им мудрые молвят в ответ: "Хоть помочь мы и рады,
                   "Но только ни вам недостанет, ни нам на лампады;
                        „Купить у торгующих вы бы могли“.
                   И вот к продающим спешат неразумные девы…
                        Тогда раздалися веселья напевы:
                        Жених приближался. С Ним вместе вошли
                        Пять мудрых на свадебный пир со своими
                   Лампадами. И затворилися двери за ними.
                        И прочие девы к закрытым дверям
                   Вернулись. Стеная и плача, они восклицали:
                        „Отверзи, о, Господи, Господи, нам!“
                        И слышат в ответ в неутешной печали
                        Они Жениха укоризненный глас:
                        „Аминь, говорю вам, не ведаю вас!“

                   Красное Село
                   11 июля 1884

Тэги: поэт К.Р., Библия в литературе, библейские образы и сюжеты

Ещё по теме:

Пред. Оглавление раздела След.
В основное меню