RSS
Написать
Карта сайта
Eng

Новое на портале

Книги и сборники

Материалы конференции «От Зауралья до Иерусалима: личность, труды и эпоха архимандрита Антонина (Капустина)». Далматово, 12-13 мая 2016

«Как ангел, ты тиха, чиста и совершенна… Великая княгиня Елисавета Феодоровна в Казанском крае». А.М. Елдашев

Статьи и доклады

Святыни Елеона (по запискам русских паломников). Часть 3. Августин (Никитин)

Служение святителя Феофана Затворника (Вышенского) в Палестине в первом составе Русской Духовной Миссии (1847-1853 гг.). Климент (Капалин), митр. Части 3-4.

Служение святителя Феофана Затворника (Вышенского) в Палестине в первом составе Русской Духовной Миссии (1847-1853 гг.). Климент (Капалин), митр. Части 1-2.

История создания и деятельности Нижегородского отдела Императорского Православного Палестинского Общества. Тихон (Затекин), архим.

Интервью

«Там, где Богородица – игуменья». Архангельский художник о путешествии длиной в три года

Алексей Лидов: Путь в Византию. Нам не дано предугадать..?

Россия на карте Востока

Летопись

16 декабря 1918 в протоколе Совета Палестинское общество обозначается как «Российское» (а не «Русское», с января 1918 г.)

17 декабря 1918 скончался член-учредитель ИППО граф С.Д. Шереметьев

18 декабря 1887 скончалась почетный член ИППО, пензенская дворянка М.М. Киселёва

Соцсети


Августейшие супруги Великий князь Сергей Александрович и Великая княгиня Елисавета Феодоровна и Каширский Никитский женский монастырь

В течение своей жизни Августейшие супруги совершили множество паломничеств, как совместных, так и по отдельности. Это были древние русские города, большие и малые, а также монастыри, уединенные пустыни и скиты. Там, у чудотворных икон, целебных мощей святых угодников, на святых источниках, они черпали силы для своей титанической деятельности на благо Родины. Во время паломнических поездок, когда, на короткие мгновенья можно было оставить важные мирские заботы, молиться и предстоять Богу, вникнуть в самого себя, познать свои ошибки, приобщиться к богатым духовным христианским ценностям.

«Паломничество традиционно на Руси называли благочестивым делом. Понимая православное благочестие как истинную и святую веру, а самое главное – исполнение требований и правил христианской жизни, ибо «вера без дел мертва» (Иак. 2,20), русские люди воспринимали паломничество, в отличие от западно-христианской традиции, как святое, божественное дело. О таком понимании благочестия очень точно сказал святитель Димитрий Ростовский: Благочестие означает благое, то есть доброе почитание Господа. Ибо слово благочестие слагается из двух слов: благое и честное. Благое и честное, соединенное воедино, составляют благочестие. На деле же благочестие обнаруживается в благом, истинном, нелицемерном почитании Бога. Ибо много нас, христиан, но не все мы почитаем Его «благо», чаще же чтим Его только устами, сердцем же далеко отстоим от Него; только сохраняем вид благочестия, силы же Его отрекаемся; только называемся христианами, творим же дела язычников. В словах святителя по сути раскрыт духовный смысл православного паломничества как его понимали и понимают бесчисленные поколения русских богомольцев, с чистым сердцем и открытой Богу душой совершавших поклонение святым местам» [1].

Выполняя задачу по изучению архивных материалов, книг, статей в периодической печати, соприкасаясь с описанием паломничеств Августейших супругов, паломничая вслед им, мы открываем для себя многообразный мир нашей великой Родины, к сожалению, во многом уже утраченный, мы продвигаемся в осознании богатейшего наследия древнерусского искусства, созданного нашими предками.

Время стерло с лица земли многое из того, что восхитило Августейших паломников, но это сохранилось в исторических описаниях, эпистолярном наследии, фотографических портретах, воспоминаниях современников. «Размышляя над этими и другими вопросами, мы продвинемся в понимании ностальгии Великой Княгини по утрачиваемым в мире ценностям искусства, ощутим ее отношение к предметному миру культуры, проникнутому дыханием подлинной старины» [2]. 

Изучение массива дореволюционных источников позволит нам заново открыть для себя этот мир, познать нашу великую Русь, впитать в себя ее богатый опыт, даст нам ту опору, которой мы лишены, пребывая вне подлинных знаний.



В 1899 году Его Императорское Высочество Великий князь Сергей Александрович совершил паломничество в старинный град Каширу, где посетил женский Никитский монастырь.

В обители его встречала настоятельница игуменья Тихона (Ладыженская) с сестрами. Эта встреча с матушкой Тихоной станет не просто мимолетным знакомством.

В монастыре будут всегда помнить это незабвенное паломничество, за супругов будут молиться, а Великая Княгиня Елисавета Феодоровна станет Августейшим покровителем монастырской школы.


Кашира - один из древнейших городов Московского края (с 1356 года) на берегу реки Оки, защищавших Первопрестольную столицу от набегов татар.

В 1708-1777 годах входила в состав Московской губернии, c 1777 года - уездный город Тульского наместничества, с 1796 года - Тульской губернии. В 1779 году Кашира получает регулярный план с прямоугольной сеткой кварталов, при этом главная улица ориентируется на ансамбль Белопесоцкого монастыря, расположенного за Окой. В XIX веке Кашира являлась важным торговым центром. В городе велось каменное и деревянное строительство.

Население города отличалось высоким благочестием. На четыре тысячи жителей (к концу XIX века) приходилось шесть храмов, а неподалеку от города располагался древний Троицкий Белопесоцкий мужской монастырь (основан в 1498 году).


Архимандрит Геронтий (Кургановский), посетивший град Каширу и Никитский монастырь в октябре 1899 года, так описал свое впечатление: 

«Еще за 15 верст впереди себя мы ясно увидели г. Каширу на крутой, высокой горе правого берега, город утопавший в пышной зелени местных садов, пестревших всевозможными красками осенних колеров, над коими высились купола церквей, увенчанные преимущественно золотыми крестами; но лучшая и самая красивая белая группа из всех зданий города выделялась на фоне юго-западного горизонта – это был Никитский женский монастырь… Все эти красивые виды, полные жизни и разнообразия, очень заинтересовали меня; не хотелось глаз оторвать; а тут как раз подъехали к воротам Никитской обители, где был я гостеприимно принят материю игумениею и добрыми сестрами.

При вступлении в обитель я, словно прикованный, невольно остановился, ноги не шли вперед. Позволю себе и здесь задержать читателя и поделиться тем не легко объяснимым впечатлением, которым был так сказать сразу поражен. Я совсем забылся, так восхищен был грандиозным ландшафтом, развернувшимся передо мною, и мысль моя быстро перенеслась в Киев, на живописные Киевские горы, откуда, особливо от храма св. апостола Андрея Первозванного, известного всем нашим путешественникам, открывается волшебная картина на Подол. Когда там смотришь на Днепр, на все окрестности, то люди, пароходы и все предметы кажутся с горы необыкновенно миниатюрными. Так и здесь с монастырской площади, особенно же с западной большой соборной паперти, возвышающейся на горе, еще на 27 ступеней. Люди на противоположном берегу, животные, а также села, церкви и дома казались особенно мелкими, игрушечными. На лугах паслись стада и лошади, около них копошились люди точно муравьи.

К Серпухову, на запад горизонт развертывался еще шире, виды были еще разнообразнее. На высоте, на которой стоял я, точно с птичьего полета видны были все села, перечисленные мною по пути на пароходе. Мне говорили, что с городской высокой колокольни виден г. Серпухов, на расстоянии 50 верст, и что также обратно из Серпухова с железнодорожного моста знакомые с местностью наблюдатели, при закате вечернего солнца, видят город Каширу. Теперь, после описания красоты всей здешней местности, можете судить, что представилось глазам моим, и что как бы волшебным магнитом приковало взор.

Считаю долгом оговориться, что я нисколько не утрирую, не хватаю через край, как это не редко случается, но, как мне еще самому кажется, что сравнивая Каширу с Киевом, конечно не в объеме или богатстве зданий, какими обилует Киев, но говоря о красоте местности, я недостаточно, слишком слабо изображаю дивную картину» [3].

Монашеская жизнь на этом месте зародилась гораздо ранее 1862 года. «Каширская женская обитель, без сомнения, не сразу и не вдруг возникла и создалась здесь, но при помощи Божией, она постепенно устраивалась, развивалась и улучшалась, как в материальном, так и в нравственном своем благопроцветании. И не капиталы денежные, не крупные обеспечения землей или лесом положены в основание сей обители! Краеугольным камнем здесь, главным образом, легли горькие слезы и горячие молитвы бесприютных вдов, безродных сирот и самоотверженных боголюбивых девиц, благочестно, труженнически, поселившихся сначала в ветхой хижине или сторожке, стоявшей при ветхой же кладбищенской церкви, посвященной славному имени св. великомученика Никиты, благодатного и непосредственного покровителя иноческой женской обители и всего города Каширы» [4].

На окраине города находилась построенная в конце XVII века купцами Нероновыми деревянная церковь во имя святого великомученика Никиты. В 1805 году небольшой бедный приход был упразднен, а храм стал кладбищенским. Через год небогатый местный купец Иеремия Руднев отремонтировал обветшавший храм, а в 1815 году старостой Никитской церкви стал его сын Федор Иеремиевич, человек благочестивый, добрый и честный.

На месте старого деревянного Федор Руднев решил построить каменный храм. После долгого сбора средств 12 мая 1822 года была освящена закладка новой церкви, а летом 1823 года освятили первый придел во имя святого великомученика Георгия Победоносца. В 1834 году был выстроен и освящен другой придел во имя святого Пророка Божия Илии. А в 1845 году был полностью выстроен и основной храм во имя святого великомученика Никиты с каменной колокольней.

В 1843 году по благословению епископа Тульского Преосвященного Дамаскина (Россова) в Каширу прибыла монахиня Фомаида, инокиня знаменитой Горицкой Воскресенской обители. Тульский Преосвященный благословил матушку Фомаиду на открытие новой иноческой обители в Кашире. С ней в город прибыли две послушницы - Дарья и Анастасия. Они привезли с собой Смоленскую икону Божьей Матери, которая в дальнейшем стала одной из самых почитаемых святынь Никитского монастыря. Будущая обитель должна была устроиться возле возводимого Ф.И.Рудневым Никитского храма. Так было положено начало будущей обители.

В 1862 году указом Государя Императора Александра II была официально утверждена Каширская Никитская Община. 

В указе Святейшего Синода от 13 марта 1862 года: «Существующее в г. Кашире при Никитской церкви учреждение, обратить в общежитие с наименованием оного „Каширскою Никитскою общиною“, приняв оную под покровительство духовного и гражданского начальства, наравне с другими признанными и покровительствуемыми правительством богоугодными заведениями. Общине сей существовать на основании и правилах учрежденных уже таковых общин в других местах Российской Империи с тем, чтобы начальницы оной избираемы были самими сестрами общины из среды своей» [5].

Начальницей Общины была избрана монахиня Белевского Крестовоздвиженского монастыря матушка Макария (Сомова). По происхождению дворянка, с юных лет она проживала в обители под руководством известного подвижника Оптиной Введенской пустыни иеросхимонаха Макария (Иванова).

Своей главной заботой матушка Макария сделала внутреннее духовное состояние сестер обители. За время ее управления монастырь по внутреннему устройству занял видное место среди других женских обителей, подтверждением чему служит сохранившееся переписка с оптинскими старцами.

В 1863 году архимандрит Леонид (Кавелин) писал, что эта обитель считается одной из самых благоустроенных по своей внутренней духовной жизни из числа девичьих монастырей нашего Отечества.

Торжественное открытие Общины было совершено 27 июля 1862 года в день рождения Ее Императорского Величества Государыни Императрицы Марии Александровны, как Августейшей покровительницы всех богоугодных заведений.

Ее Величество пожертвовала в Общину 75 рублей, полное священническое облачение и желтое, плотной, шелковой материи, шитое по малиновому бархату, облачение на престол, жертвенник, аналогий и столик.

В 1884 году Община, указом Святейшего Синода, была преобразована в общежительный женский монастырь. 8 июля 1884 года состоялось торжественное открытие монастыря. 


Игумения Тихона (Ладыженская)

18 марта 1888 года новой  настоятельницей обители стала монахиня Тихона (Ладыженская). Матушка Тихона также была воспитанницей Белевского Крестовоздвиженского монастыря: «Монахиня Тихона Ладыженская с 10 лет проживала в Белевском монастыре, занимая клиросное послушание; в 1888 году ей исполнилось только 40 лет, и она была пострижена в мантию с именем Тихоны; ее первое имя было Екатерина» [6].

Игуменья Макария (Сомова) проживала в монастыре на покое. Подавая просьбу об увольнении на покой, игуменья Макария просила Преосвященного архиепископа Никандра (Покровского) прислать на ее место именно монахиню Тихону из Белевской обители.

Игуменья Макария скончалась 13 февраля 1894 года, искренне оплаканная сестрами и настоятельницей Тихоной.

Матушка Тихона «воспитанная с раннего детства в Белевском монастыре, в строгих правилах иноческой жизни, под руководством известных Оптинских старцев о. Макария, Илариона, Амвросия, она глубоко сознавала всю тяжесть возлагаемого на нее начальнического креста и свою немощь и неопытность в деле» [7].

Новая настоятельница Тихона 11 апреля 1871 года была определена в число послушниц Белевского Крестовозвиженского женского монастыря, а 17 мая 1887 года пострижена в монашество. В 1888 году, на момент избрания, ей исполнилось только 40 лет.

Будучи с самого детства под духовным руководством великого старца оптинского иеросхимонаха святого преподобного Макария (Иванова), она, после кончины старца, по его благословению перешла под руководство иеромонаха Илариона (Пономарева). В 1873 году, после смерти отца Илариона, матушка перешла под руководство иеросхимонаха святого преподобного Амвросия (Гренкова).

«Игуменья Белевского Крестовозвиженского женского монастыря Магдалина (Челищева) также указала на монахиню Тихону как на достойную занять настоятельскую должность. Указом Святейшего Синода от 18 марта 1888 года монахиня Тихона была назначена настоятельницей Каширского Никитского монастыря» [8]. Нельзя не отметить, что игуменья Магдалина была очень опытной настоятельницей, имела многочисленные награды по духовному ведомству, и из ее рода 12 человек были монашествующими, в том  числе отец, мать, сестра и родная тетка [9].

В отделе рукописей Российской Государственной библиотеки сохранились письма матушки Тихоны к отцу архимандриту святому преподобному Исаакию (Антимонову), настоятелю Оптиной пустыни.

Несомненно, что общение с такими выдающимися представителями русского монашества, наложило отпечаток на всю жизнь матушки Тихоны.

В своем письме от 1 апреля 1892 года к отцу Исаакию матушка пишет: «С самого моего раннего детства с 6 лет я узнала Оптину пустынь, затем отдали 10-ти лет в монастырь в Белев, здесь еще ближе стала под руководство старцев и до того сроднилась, что Оптина и Белев одинаково были мне как родные обители» [10].

В письме к отцу архимандриту Исаакию (Антимонову) матушка Тихона писала: «Ведь только что не от пеленок, с самого раннего детства все наше семейство было близко как родное к Оптине; с десятилетнего возраста по благословению Приснопамятного Старца Батюшки Отца Макария была я отдана в монастырь; и сколько пережито искушений, сколько бурь душевных с помощию и поддержкою старцев?» [11].

На сайте Союза возрождения родословных традиций автором были обнаружены уникальные сведения, относящиеся к роду дворян Ладыженских: «Ладыженские (также Лодыженские) - дворянский род, происходящий от легендарного шведского выходца Облагини, который выехал, как заявляли сами Ладыженские, в 1375 году к Великому Князю Дмитрию Донскому.

Род Ладыженских был внесен в VI, II и III части родословных книг Калужской, Саратовской, Тамбовской, Тверской, Нижегородской, Тульской, Ярославской, Костромской, Псковской, Рязанской и Астраханской губерний.

Родоначальник русских фамилий: Яковлевых, Лодыженских (Ладыженских), Глебовых, Чепчуговых, Ададуровых, Новосильцевых (Новосильцовых) и др.» [12].

В этой уникальной по объему и по проделанной работе, раскрывающей  генеалогическое древо Ладыженских, есть сведения и о семье матушки Тихоны.

Екатерина Васильевна Ладыженская (в монашестве игуменья Тихона) родилась 13 июня 1847 года в семье поручика Василия Васильевича Ладыженского и его законной супруги Ольги Алексеевны (в девичестве Чулковой). В браке у родителей матушки Тихоны родилось еще три дочери (Евдокия, Ольга и Варвара) и сын Митрофан.

Родители матушки Тихоны впоследствии оставили мир и приняли монашество (с именем Вассиан и Олимпиада). Монахиней Белевского  Крестовоздвиженского монастыря стала и ее сестра Евдокия [13]. 

Брат матушки Митрофан Васильевич Ладыженский (28.01.1852-18.05.1917), государственный деятель, действительный статский советник, выдающийся писатель, философ, драматург, путешественник.

«В 1873 году окончил земледельческий институт в Санкт-Петербурге. Служил старшим лесничим, службу по лесному ведомству начинал в Вологодской губернии. В Тульской губернии занимал должность Земского начальника в Чернском уезде. В 1884-1886 гг. начальник отделения Лесного департамента. С 1 мая 1896 по 8 августа 1898 год Семипалатинский вице-губернатор; вице-губернатор Витебский (8 августа 1898 - 18 мая 1902 гг.), с 1901 года Ставропольский, а с 1903 года Могилевский. Награжден орденами Св. Владимира 3-й и 4-й степени, Св. Станислава 2-й и 3-й степени, Св. Анны 3-й степени» [14].

Нельзя не выделить одной крайне важной семейной черты, подчеркивающей любовь к Родине. Работая в должности старшего лесного ревизора Тульской и Калужской губерний, Митрофан Васильевич часто сталкивался с произволом и бесчинствами власть имущих. Характерно, что он никогда не шел на поводу у провинившихся, свято выполняя заветы отца: «Василий Васильевич всегда учил сына служить преданно Престолу и Отечеству и в любой ситуации оставаться порядочным человеком. Приезжай к нам хоть подсудным только честным человеком, последнюю с тобой баранку переделим» [15].

Взгляды Митрофана Васильевича менялись в течение его жизни. Первую половину своей жизни он верой и правдой служил Престолу и Отечеству, а во второй половине занялся литературными трудами: «Если в первых своих сочинениях Митрофан Васильевич описывает различные типы сверхсознания, сопоставляет западный путь христианства и восточные учения Будды, Кришны и т.п., то уже в конце жизни Ладыженский приходит к выводу о том, что лишь Православие является чистым источником Божественного Откровения» [16].

Митрофан Васильевич был женат на Ольге Александровне Ворониной, прожив с ней всю жизни в любви и согласии. Их брак был бездетен. Вместе с супругой он был погребен в ограде Тульского Успенского женского монастыря.

Варвара Васильевна (в замужестве Сомова), также как и брат стала писательницей. Она была знакома с И.С. Тургеневым, переписывалась с ним, неоднократно бывала в его имении. Она «прожила долгу и трудную жизнь, последние годы провела в Орле, где и скончалась в середине 30-х годов» [17]. Другая сестра Ольга, стала женой известного белевского купца Ивана Ивановича Субботина.

Правление игуменьи Тихоны для Каширского Никитского монастыря стала поистине благоденственным временем. Правда, стоило это матушке невероятных трудов. Лишь только из ее писем в Оптину пустынь можем мы узнать о тяжести настоятельского послушания.

В письмах к отцу архимандриту Исаакию она пишет: «Пишу Вам и горькие слезы так и туманят глаза. Очень тяжело без руководителя при моем  трудном послушании, при моей еще крайней неопытности; да и сестры как малые младенцы – просят вразумления, а я сама не лучше их. В память покойных наших старцев, в память и нашего духовного общения смиренно и усердно прошу Вас, Всечестнейший Батюшка, молитвенно не забывать многогрешную и многоскорбную игумению Тихону с сестрами» [18]; «Сравнялся год и моему пребыванию в Кашире; Слава Премногому милосердию Господа к моему недостоинству; не смею роптать, но скорби было много за этот год, и горячие слезы проливались часто, особенно тяжело было переживать эту зиму», «Согласитесь, - как тяжело распоряжаться, следить за другими, вразумлять других и не иметь самой человека по духу, с кем бы можно было без опасения душу отвести» [19].

Великий Оптинский старец Авросий дал матушке Тихоне такое назидание: «Если когда будут приходить эти мысли или желание начальствовать, то надо как можно стараться сопротивляться помыслам… По опыту знаю я, что тяжелый начальнический крест вдвое тяжелым становится тем, кто добивается оного». Старец предупредил ее «что игуменство такое же послушание, как и прочие, которое надо проходить по страху Божию, с хранением совести, как бы в присутствии Божием, по указанным правилам и от которого нельзя отказываться по своей воли» [20].

Когда матушка Тихона «приехала к преподобному Амвросию уже в сане игумении и просила наставления, как держать себя с сестрами в монастыре, преподобный дал ей такой завет: В душе своей глубже сознавай свое ничтожество, мысленно повергай себя к ногам сестер, но виду им не показывай; помни, что вручен жезл тебе, не игрушка какая-нибудь, потому берегись шуток, берегись фамильярного с их стороны обращения; избегай иметь особо приближенных; делай так, чтобы тебя боялись, и любили, и слушали. Знай, что не только за себя, но и за сестер своих дашь ответ Богу; главное старайся не столько словами, сколько собственным примером внушать им страх Божий и в храме, и в трапезе, и в рукодельных послушаниях» [21].

Матушка Тихона неоднократно впоследствии посещала Оптину пустынь, а в октябре 1891 года присутствовала при отпевании и погребении своего духовного отца великого старца иеросхимонаха Амвросия [22].

Игуменья Тихона была неоднократно отмечена наградами за свои подвижнические труды: 29 мая 1892 года награждена наперсным крестом по определению Святейшего Синода; 11 июля 1898 года награждена наперсным крестом из Кабинета Его Императорского Величества; 11 мая 1902 года за попечение о двухклассной церковно-приходской школе награждена Библией  по определению Святейшего Синода.

Главным делом матушки стало строительство нового монастырского храма во имя Преображения Господня.


Храм был торжественно заложен 17 августа 1889 года в присутствии товарища обер-прокурора Святейшего Синода Владимира Карловича Саблера.

Торжественное освящение нового храма состоялось 7 июля 1894 года. В храме были еще два придела -  во имя Казанской иконы Божией Матери и во имя святителя Тихона Задонского.

Храм был освящен епископом Тульским и Белевским Преосвященным Иринеем (Орда), членом Императорского Православного Палестинского Общества, талантливым проповедником, духовным писателем и лингвистом.

В храме располагались чтимые иконы в сребропозлащенных ризах: Тихвинской Божией Матери (келейный образ прп. старца Амвросия), подаренный игуменье в Оптиной пустыни; Божией Матери «Знамение» (точная копия чудотворного образа из Серафима-Понетаевского монастыря); Божией Матери «Взыскание погибших» (написана в Спасо-Преображенском Валаамском монастыре); Божией Матери «Умиление» (подарена сестрами Серафимо-Дивеевского монастыря); святителя Тихона Задонского (прислана в дар из Задонской обители), а также Божией Матери «Троеручица», «Скоропослушница» и «Отрада и Утешение», присланные в дар со Святой Горы Афонской.

При монастыре была также устроена богадельня, для престарелых монахинь, открыта монастырская живописная, где послушницы обучались живописи и рисованию.


Трудами матушки Тихоны и по благословению Святейшего Синода монастырская церковно-приходская школа была преобразована в двухклассную. В 1900 году было выстроено новое каменное здание для школы. В школе безвозмездно обучались 120 бедных девочек.       

Вечером 9 августа 1899 года с великокняжеским поездом по Московской  железной дороге прибыл в Каширу Великий князь Сергей Александрович.

На время посещения города Его Высочество остановился в своем купе близ вокзала, на правом берегу реки Оки.

Великий князь, Московский генерал-губернатор и Командующий войсками Московского военного округа прибыл в сопровождении Начальника штаба Московского военного округа генерал-лейтенанта Л.Н. Соболева и лиц свиты. 


Великий Князь Сергей Александрович принимает парад войск Московского гарнизона

Целью Его Высочества стало участие в маневрах войск Московского военного округа, а также смотр расположений частей. За время маневров Великий князь проинспектировал лагеря 1-го лейб-гренадерского Екатеринославского полка, 2-го гренадерского Ростовского полка, 5-го гренадерского Киевского полка, 6-го гренадерского Таврического полка. Августейший Командующий всюду «подробно осматривал помещения нижних чинов, приемные покои, сводные лазареты и кухни» [23]. 

Во время смотра частей, Его Высочество изволил посетить храм во имя Воскресения Христова на Воскресенском погосте и храм во имя Иверской иконы Божией Матери в селе Растуново [24]. 

На станции Кашира Его Императорское Высочество встретили и.д. Начальника Тульской губернии князь Л.В. Яшвиль и многочисленные депутации. Город был празднично и красиво разукрашен флагами.

Утром «в 9 часов Его Императорское Высочество осчастливил город своим посещением. На Московской улице, на возвышенном месте над рекой была построена городом красивая арка, убранная флагами, весело трепетавшими из-за массы зеленеющих деревьев, окружающих арку, обвитую сплошь зеленью. Здесь в арке собрались городской голова и гласные города. Городской голова приветствовал Великого Князя от имени города и сказал, что весь город счастлив, удостаиваясь принять в своих стенах Его Императорское Высочество и что город сохранит навсегда в своей памяти это столь радостное событие. При этом городской голова поднес от города хлеб-соль Великому Князю на изящном серебряном вызолоченном блюде, посредине которого помещены под короною инициалы  Его Императорского Высочества Сергея Александровича, а по краям на медальонах герб г. Каширы и надпись: Каширское городское общество, месяц август 1899 год. Его Императорское Высочество, приняв хлеб-соль, благодарил город и пожелал ему процветания вследствие проведения железной дороги. Отсюда Его Высочество пожаловал в собор, где при входе уездным предводителем В.П.Глебовым были представлены Его Высочеству собравшиеся здесь гг. земские начальники, чины судебного ведомства и прочие должностные лица города и уезда» [25].


В Успенском городском соборе града Каширы Его Императорское Высочество был встречен многочисленным духовенством. От лица духовенства города Великого князя приветствовал городской благочинный священник Сергий Протасов (с октября 1899 года настоятель собора, а с 1902 года протоиерей, скончался в 1903 году и был погребен в ограде собора).

В своей речи он сказал: 

«Ваше Императорское Высочество! Едва только стало известно у нас, что Его Императорское Высочество, Благоверный Государь и Великий Князь Сергей Александрович изволит прибыть в Богоспасаемый град наш Каширу и, прежде всего, в соборный храм помолиться с нами, то все жители его объяты были чувством священного восторга и умиления, необычайной и беспредельной радости. Все были заняты тем, что скоро будут встречать и лицезреть Августейшего Дядю нашего Царя-Батюшки и Того Самого, который во священном граде Иерусалиме благоустроит великое и святое дело православия.

Имя Вашего Императорского Высочества, как Августейшего Председателя Императорского Православного Палестинского Общества, дорого, священно и особенно чтимо среди православно-русских.

Святая Земля и Иерусалим-град, - это места, откуда воссияло для нас спасение чрез Иисуса Христа, прежде почти недоступные, а теперь близкие нам, русским, где русский поклонник встретит много своего, родного и священно-русского: православных храмов, школ и разных благотворительных учреждений, так что он, поклонник, может чувствовать себя там свободным и безопасным, не так как было прежде. И в настоящее время, святые места хотя и в руках иноверцев, но тем не менее, православие русское распространяется, утверждается и охраняется. Но все эти святые задачи выполняются так успешно, благо только тому, что Ваше Императорское Высочество изволит состоять председателем Общества Палестинского. И вот потому с чувством священного умиления все мы горели желанием лицезреть Ваше Императорское Высочество.

Ваше Императорское  Высочество! В сем святом храме  мы, служители святого алтаря  Господня, вознесем горячие молитвы, дабы Он – Спаситель наш  – даровал Вам изобильно Своей благодати, укрепляющей и споспешествующей во святом подвиге благоустроения православия русского и распространения его, во славу Божию во Святой Земле» [26].     

Вознеся свои молитвы, Его Высочество изволил внимательно осмотреть собор и поклониться его святыням. 

Из собора Великий князь отправился в Никитский женский монастырь, где «торжественно, с колокольным звоном, был встречен в южных дверях собора матерью игуменью с сонмом инокинь и монастырским духовенством в полном белом облачении, с крестом и св. водою, при пении монастырскими певчими храмового тропаря «Преобразился еси на горе, Христе Боже». Величественный Преображенский храм, при своей всегдашней образцовой чистоте, на этот раз сиял особым благолепием, убранством и освещением» [27].

В соборе Великий князь выслушал приветствие городского благочинного отца Сергия Протасова, сказавшего в своей речи о счастье, выпавшем на долю скромных инокинь видеть в стенах обители Высокого гостя.

«После краткой литии и многолетия, великий князь приложился ко кресту, а игуменья Тихона поднесла ему просфору и икону преподобного Сергия на чеканной доске, монастырской работы. Его высочество приложился к иконе и похвалил живопись. Затем, увидев в храме детей монастырской школы в розовых, парадных платьицах и белых платочках, изволил подойти к ним, спрашивал, сколько учится детей, и призреваются ли в обители сироты? На что мать игуменья ответила, что сироты есть. Осмотрев внимательно храм, он обратил особое внимание на резное изображение св. великомученика Никиты, близ которого стоял, и сказал, что изображение очень хорошо; подобное он видел в Можайске, Московской губернии святителя Николая, и в Ямбурге, С. Петербургской губернии мученицы Параскевы.

Великий князь прошел на западную главную паперть собора, откуда развертывается во всей красе восхитительный вид на монастырскую площадь, утопающую в зелени и цветах, и дальше на Оку, и на живописные окрестности, открывающиеся едва ли не на 50 верст - вверх по реке. Вдали виден был Белопесоцкий монастырь и до семи сел Тульской и Московской губерний. Погода была ясная, кругом толпилась масса народу. Великий князь остановился на верхней площадке и долго любовался видом, затем, спустившись с паперти, изволил проследовать со свитою в кельи игуменьи Тихоны, где Его Высочеству был подан чай. Здесь он интересовался историей монастыря, храмов» [28].

После посещения матушки Тихоны Его Высочество изволил посетить школу, куда проследовал пешком при несмолкаемых «ура»! В школе дети встретили Великого гостя пением «Царю Небесный», поднесли в дар скатерть, вышитую ими крестом в русском стиле. Великий князь оставил памятную запись в книге почетных посетителей школы, спрашивал детей об учении, о школе, похвалив за осмысленные ответы.

После посещения школы Его Высочество поблагодарил игуменью Тихону за образцовый порядок и отбыл из обители при несмолкаемом «ура»!

Вечером игуменья Тихона была принята Великим князем в его вагоне на станции железной дороги  и «удостоилась поднести монастырское рукоделье, как ему, так и для передачи Великой княгине Елисавете Феодоровне. Его Высочество внимательно рассматривал работы и поинтересовался, не готовит ли что-нибудь обитель для Парижской выставки. Монастырь приготовил на Всемирную Парижскую выставку превосходный, тонкой работы, вышитую по бархату тончайшими узорами из чистого золота вместе с шелками и синелью, пелену в 3½ аршина длины. Работа эта игуменью лично была представлена Великой княгине; она одобрила ее и сказала, что с выставки работа вернется в ее придворную церковь. За это с выставки монастырь получил диплом «Grandprix», который хранится в обители» [29].

На прощание игуменья Тихона смиренно попросила Великого князя о желании всей обители – принять монастырскую церковно-приходскую школу под Августейшее покровительство Великой княгини Елисаветы Феодоровны. Великий князь милостиво согласился на эту просьбу.


Свято-Троицкий Белопесоцкий женский монастырь. Гравюра 2-й половины XIX в.

11 августа «переехав по  мосту через реку Оку, Его Высочество посетил Белопесоцкий Троицкий мужской монастырь, построенный на левом берегу реки Оки против города Каширы и находящийся в Московской епархии» [30].  

Белопесоцкий во имя Святой Троицы монастырь (ныне женский) и его основатель преподобный Владимир Белопесоцкий впервые упомянут в жалованной грамоте 16 ноября 1498 года казанского «царя» Магмет-Амина Великому князю Московскому Иоанну III.

Хотя Свято-Троицкий Белопесоцкий монастырь был, прежде всего, религиозным центром, он успешно выполнял и военно-оборонительные функции, тем более что находился в ответственном стратегическом месте. Монастырь имеет немеркнущие с годами боевые заслуги перед Отечеством. По сути, монастырь был ответственной пограничной крепостью на южных рубежах Московской Руси, являлся защитой на подступах к Кашире, был мощным препятствием на пути крымских орд, защищал от крымских татар переправу через реку Оку.

Великие московские Князья и Цари щедро помогали Белопесоцкому монастырю, понимая его важное стратегическое значение. Неудивительно, что уже в 1578 году почти все монастырские здания и часть стен были каменными. В 1627-1629 гг. на стенах Свято-Троицкого Белопесоцкого монастыря стояли 11 пушек и 20 пищалей. Мощные каменные стены монастыря, военная техника, а также сильный дух, геройство и недюжинные военные навыки монахов и насельников монастыря делали его надежным форпостом Русского государства.

В начале XIX века монастырь находился в упадке, но был восстановлен усилием митрополита Московского Платона (Левшина). Были выстроены новые храмы, реставрированы старые, стены, проведены мощные дренажные работы, построена гостиница, новые каменные башни, возобновилась традиция старчества.

Великий князь был встречен в монастыре настоятелем игуменом Авдием с братией. В соборе во имя Святой Троицы игумен Авдий отслужил молебен, после которого Его Высочество внимательно осмотрел все обительские храмы.  

После посещения Белопесоцкого монастыря Его Высочество отбыл в град Каширу и принял участие в военных маневрах, продлившихся до 14 августа.

Во время маневров Великий князь Сергей Александрович посетил еще один храм во имя Святой Троицы в селе Вослинки.

14 августа 1899 года Его  Императорское Высочество вернулся  в Москву. Уже в этот день  вечером в 7 часов в Каширской  Никитской обители была получена телеграмма от Великой княгини Елисаветы Феодоровны, следующего содержания: «Кашира, Никитский монастырь, игуменье Тихоне. Великий князь мне передал прекрасное ваше рукоделье. Примите мою сердечную благодарность. Елисавета». Немного позднее были присланы в обитель большие фотографические портреты Их Высочеств [31]. 

Посещение Его Императорским Высочеством Никитского монастыря произвело очень благоприятное впечатление на живущих в обители инокинь и на жителей града Каширы и его окрестностей [32].

В ответ игуменья Тихоны отправила тотчас же телеграмму: «Москва. Ее Императорскому Высочеству, Великой княгине Елисавете Феодоровне. Несказанно счастливы, что работы наши благосклонно приняты Вашим Высочеством. Игумения Тихона с сестрами» [33].

5 февраля 1905 года в Никитском монастыре было получено скорбное и трагическое известие, что Августейший паломник Его Высочество Великий князь Сергей Александрович был убит в Московском Кремле от руки террориста Каляева. Получив это известие, «игумения Тихона в сопровождении старшей учительницы Веры Кирсановой отправилась в Москву для возложения венка от школы, детской работы, на гроб почившего; им удалось попасть на парадную панихиду в Чудовом монастыре в присутствии Высочайших Особ и всего генералитета. Незамысловатый венок детской работы был перевязан белою муаровою широкою лентою, на которой отпечатаны следующие слова „Незабвенному высокому посетителю Каширской двухклассной монастырской школы от благодарных детей“. Венок был тут же положен в ногах на золотую, подбитую горностаем, мантию. Впоследствии, при разборе венков, отмечен был монастырский венок и на него была прислана печатная бумага – благодарность детям от Великой княгини, чрез управляющего ее двором. Содержание бумаги: „Детям Каширской женской монастырской школы. Глубоко ценя разнообразные выражения скорби по поводу мученической кончины Великого князя Сергия Александровича, и находя истинное утешение в любви и уважении его памяти, сказывающихся в постоянных молитвах и неослабном поклонении его гробу, ее Императорское Высочество Великая княгиня Елисавета Феодоровна, глубоко тронутая стремлением различных учреждений и лиц, принесших ко гробу почившего венки, как выражение их любви, именем ее поручила мне выразит вам, дорогие дети, ее сердечную признательность, за возложенный венок на гроб почившего“. От заведующего двором ее Императорского Высочества Великой княгини Елисаветы Феодоровны. 31 мая 1905 г. № 708. Москва» [34].

Каширский монастырь всегда помнил «высокого посетителя и на литургии имя почившего поминается ежедневно на проскомидии и эктениях» [35]. До самого переворота 1917 года церковно-приходская школа, находящаяся под Августейшим покровительством Великой княгини Елисаветы Феодоровны, ученики и преподаватели школы, чтили память Великого князя.

К началу ХХ века Никитский женский монастырь был уже довольно большой благоустроенной обителью, владевшей 220 десятинами земли. Здесь спасались около 200 монахинь и послушниц, сюда во множестве стекались богомольцы на поклонение святыням.

6 мая 1906 года игуменья  Тихона была награждена «благословением  Святейшего Синода с грамотою»  за труды и благочестивую жизнь [36].

Хотелось бы отметить, что матушка Тихона очень сильно любила детей и отдавала им всю себя, ее труды в деле устройства школы крайне высоки. Игуменья отличалась редкой сострадательностью к бедным и обездоленным, а ее жизнь была образцом смирения [37]. 

К началу 1908 года матушка игуменья стала заметно слабеть здоровьем, что подвигло ее просить нового Тульского Владыку Преосвященного Парфения (Левицкого), освободить ее должности настоятельницы.

По указу Святейшего Синода от 22 марта 1908 года за № 3543 «настоятельница Никитского Каширского монастыря игумения Тихона согласно прошению, уволена от занимаемой должности» [38].

Матушка Тихона, как и ее предшественница, осталась в монастыре на покое. Новой настоятельницей стала регентша монахиня Сергия (Зайцева), пришедшая в обитель в 1864 году. Она стала первой настоятельницей, выбранной непосредственно из каширских сестер.

В 1912 году обитель торжественно отметила свой 50-летний юбилей. Но этого праздника уже не застала матушка Тихона. Она тихо скончалась 6 марта 1911 года.

В некрологе было отмечено: «Чувствуя приближение смерти, она приняла на первой седмице Великого поста схиму, приобщилась святых Тайн и 6-го марта тихо скончалась на 64 году жизни. 8 марта состоялось ее погребение. К преждеосвященной литургии прибыл Преосвященный Евдоким, епископ Каширский. Отпевание он совершил весьма торжественно вместе с духовенством всех градских церквей. Сестры и многочисленные богомольцы оплакивали кончину любимой матушки Тихоны, явившей и в наши дни образцовые качества иноческих добродетелей и христианского милосердия. Храмы ею сооруженные, школы ею устроенные будут свидетельствовать об ее усердии к прославлению имени Божия и к просвещению детей народа. Да будет ей вечная память» [39].

После богоборческого атеистического переворота 1917 года «насельницы, боясь закрытия обители, преобразовали ее в артель. Однако в 1920-х годах монастырь все же был закрыт, Никитская и Преображенская церкви переоборудованы под производственные помещения, верхние ярусы колокольни сломаны. Иоанно-Предтеческий скит был полностью разрушен.

После войны помещения монастыря использовали чулочно-носочным комбинатом.

Спасо-Преображенский храм был передан церкви в 1998 году, здание Никитского храма долгое время было предметом имущественных споров, поскольку в 1990-е годы оно было приватизировано — несмотря на паспорт памятника архитектуры и зодчества, выданный Министерством культуры СССР в 1980 году, согласно которому преимущество при продаже культурной ценности имеет государство. В июле 2007 года храм был выставлен на торги как складское помещение; дело дошло до суда. В 2009 году Никитский храм был передан церкви» [40].

Великий русский мыслитель Иван Александрович Ильин писал: «Духовная культура народа не есть его почетное кладбище; не есть только музей его лучших свершений или все множество его вещественных и сверхвещественных созданий; нет, она живет и творится и в нас, его сынах, связанных со своею Родиной любовью, молитвою и творчеством; она живет незримо в каждом из нас, и каждый из нас то бережет и творит ее в себе, то пренебрегает ею и запускает ее» [41].

Это великий дар Божий, это сущность русского человека, это невидимая связь времен. И неважно, насколько сильно порушена святыня, насколько тяжело разрушен храм или монастырь. В миг пребывания нашего на территории обители или храма открывается наш внутренний духовный мир, дающий нам способность представить и увидеть красоту этого святого места в былые времена.

____________
Примечания

    1. Житенев С.Ю. История возникновения и богословский смысл православного паломничества. Русский Паломник. 2007 год. № 4. С. 43-44.
    2. Кучмаева И.К. Когда жизнь истинствует…  М., 2008 год. С. 242.
    3. Геронтий (Кургановский), архимандрит. Историческое описание Никитского женского общежительного монастыря в городе Кашире, Тульской губернии. Киев. 1909 год. С. 5-12.
    4. Там же. С. 13.
    5. Там же. С. 50-51.
    6. Там же. С. 66.
    7. Там же. С. 70.
    8. Каширина В.В. Письма преподобного Оптинского старца Иосифа (Литовкина) в Каширский Никитский монастырь // Материалы XII Российской научной конференции, посвященной памяти Святителя Макария. Выпуск XII. Можайск. 2005 год. С. 51. 
    9. Там же. С. 56.
    10. ОР РГБ. Фонд 213, картон 72, дело.14. Л.13об.
    11. Там же. Л. 19.
    12. Род Ладыженских. Ссылка с сайта http://forum.svrt.ru/.
    13. Толстой и Тургенев. Переписка, М.,изд.М. и С. Сабашниковых, 1928 год. С. 96-97.
    14. Лодыженский Митрофан Васильевич. Ссылка с сайта https://ru.wikipedia.org/.
    15. ГАТО. Фонд 113, опись 1, дело 2. Л. 163об.
    16. Еропкина О.И. Тульский краеведческий альманах. Тула. 2005 год. № 3. С.112.
    17. Там же. С. 108.
    18. ОРРГБ. Фонд 213, картон 72, дело.14. Л. 14.
    19. Там же. Л. 17об, 19об., 20.
    20. Каширина В.В. Письма преподобного Оптинского старца Иосифа (Литовкина) в Каширский Никитский монастырь // Материалы XII Российской научной конференции, посвященной памяти Святителя Макария. Выпуск XII. Можайск. 2005 год. С. 52.
    21. Там же. С. 52-53.
    22. Прибавления к Церковным ведомостям. 1891 год. № 44. С. 1550.
    23. Маневры Гренадерского корпуса. Московские ведомости. 1899 год. № 222. С. 3.
    24. Там же.
    25. Тульские губернские ведомости. 1899 год. 13 августа. № 169. С. 2.
    26. Московские ведомости. 1899 год. 14 августа. № 222. С. 3.
    27. Геронтий (Кургановский), архимандрит. Историческое описание Никитского женского общежительного монастыря в городе Кашире, Тульской губернии. Киев. 1909 год. С. 104.
    28. Там же. С. 105.
    29. Там же. С. 106.
    30. Московские ведомости. 1899 год. 14 августа. № 222. С.
    31. Геронтий (Кургановский), архимандрит. Историческое описание Никитского женского общежительного монастыря в городе Кашире, Тульской губернии. Киев. 1909 год. С. 107.
    32. Там же. С. 81.
    33. Там же.
    34. Там же. С. 81-82.
    35. Там же. С. 82.
    36. Тульские епархиальные ведомости. 1906 год. № 20. С. 176-177.
    37. Прибавления к Церковным Ведомостям. 1911 год. № 12. С. 573.
    38. Тульские епархиальные ведомости. 1908 год. № 14. С. 123.
    39. Прибавления к Церковным Ведомостям. 1911 год. № 12. С. 573.
    40. Никитский монастырь (Кашира). Ссылка с сайта http://dic.academic.ru/.
    41. Ильин И.А. О России. М., 2010 год. С. 18-19.

Панин А.Н.

Тэги: вел.кн. Сергей Александрович, августейшие паломничества, вел.кнг. Елизавета Федоровна

Пред. Оглавление раздела След.
В основное меню