RSS
Написать
Карта сайта
Eng

Россия на карте Востока

Летопись

27 июня 1925 после проверки Антирелигиозная комиссия возобновила регистрацию Палестинского Общества

29 июня 1695 синайский архим. Кирилл получил в Москве охранную грамоту на дары для монастыря - 20 икон и Евангелие в серебре

29 июня 1881 в письме к Антонину (Капустину) В.Н. Хитрово жалуется, что газеты плохо освещали поездку вел.кн. Сергея Александровича с братьями в Иерусалим и спрашивает о впечатлении о паломниках

Соцсети


Во главе Москвы как на поле брани

Историк Петр Мультатули о Великом князе Сергее Александровиче

17 февраля (4 февраля по ст.ст.) 1905 года был убит брошенной в него бомбой великий князь Сергей Александрович, Московский генерал–губернатор (1891–1905), супруг великой княгини Елизаветы Федоровны. «Передовым кругам русского общества» великий князь был особенно ненавистен. Его прозвали «князем Ходынским», на него клеветали, возводя мыслимые и немыслимые обвинения, эсеры сочли его причастным даже к трагедии Кровавого воскресенья и вынесли смертный приговор, который и «привел в исполнение» Иван Каляев. А каким в действительности был Московский генерал-губернатор? И почему его деятельность вызывала такую реакцию? Об этом мы беседуем с кандидатом исторических наук, начальником сектора исторического анализа и оценок РИСИ Петром Мультатули.


Великий князь Сергей Александрович

– Петр Валентинович, что можно сказать о великом князе Сергее Александровиче как политическом деятеле?

– Великий князь Сергей Александрович никаким политическим деятелем не был, так как в Российской империи занятие политикой, вплоть до создания Государственной Думы в 1906 году, было прерогативой исключительно Государя Императора. Поэтому можно говорить лишь о государственной деятельности великого князя, и она, надо отметить, оставила заметный след в истории России. Основой этой деятельности были монархические убеждения Сергея Александровича и его личная преданность своему Августейшему племяннику Императору Николаю II. Неслучайно великий князь с первых же дней вступления Николая II на престол подвергался нападкам и шельмованию со стороны и фрондирующих представителей династии Романовых (великих князей Александра и Николая Михайловичей), которых великий князь Алексей Александрович называл «русскими последователями Робеспьера», и откровенных врагов престола.

В мае 1896 года на Ходынском поле в Москве произошел трагический несчастный случай, когда было задавлено и умерло от асфиксии свыше тысячи человек, ожидавших коронационных подарков. «Ответственность» за давку на Ходынском поле, которая привела к многочисленным жертвам, стала первым обвинением, предъявленным Императору Николаю II «передовым» обществом. Одновременно с нападками на Государя по случаю ходынских событий была организована кампания по обвинению в них Московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича. Однако эти обвинения были совершенно беспочвенны: устройство народного гулянья было изъято из ведения генерал-губернатора и передано всецело Министерству Императорского Двора и уделов. Так что в 1896 году ответственным за устройство «коронационных народных зрелищ и увеселений» был не великий князь Сергей Александрович, а министр Императорского Двора граф И.И. Воронцов-Дашков. Великий князь Сергей Александрович был фактически отстранен от организации торжеств.

Когда же несчастье произошло, то вышеназванные силы начали настоящую атаку на Сергея Александровича, ставя ему в вину Ходынку и требуя от Государя отправить его в отставку. Перед этим натиском великий князь, будучи натурой глубоко порядочной, но очень впечатлительной, сам обратился к Государю с просьбой об отставке. Но Николай II не принял ее. В этом сказывалась одна из главных черт царя-мученика: он никогда в угоду популизму не шел на уступки, противные его совести.

Четко уяснив для себя, что великий князь не виновен в случившейся трагедии, Государь демонстративно являл ему свое доверие и расположение. 21 декабря 1896 года Николай II подписал рескрипт на имя великого князя, в котором поручал ему организацию установки в Москве памятника Императору Александру III. Какое впечатление произвел этот рескрипт на великого князя Сергея Александровича, видно из письма Государю великой княгини Елизаветы Федоровны:


Великий князь Сергей Александрович и Великая княгиня Елизавета Федоровна

«Благослови Тебя Господь, дражайший Ники! Не могу найти слов, чтобы выразить, как глубоко мы оба тронуты и как чудно Ты обнаружил свою привязанность к Сержу, прислав ему этот трогательный и сердечный рескрипт. Он не мог читать его без слез, каждое слово глубоко проникало в наши сердца, как и всё, что Ты написал о своем дорогом Отце. Твои слова – драгоценность и утешение, которое смыло все скорби этого года».

Что касается государственной деятельности великого князя Сергея Александровича, то здесь в первую очередь следует отметить его плодотворную и весьма успешную работу на посту Московского генерал-губернатора. Кстати, именно она и стала главной причиной его убийства. Сергей Александрович пользовался большим авторитетом среди рабочих, городской бедноты и солдат московского гарнизона.

Особенно горячо великий князь «принимал к сердцу умственные и нравственные интересы рабочих». Он одобрил предложение начальника Московского охранного отделения С.В. Зубатова, который, стремясь отвлечь рабочих от революционных настроений, выдвинул идею посредничества полиции в отношениях между рабочими и их работодателями. Только благодаря поддержке великого князя Сергея Александровича эта необычная и смелая идея получила возможность реализоваться. Так, по полицейскому предписанию в течение 48 часов выдворили из России крупного московского фабриканта и гражданина Франции Ю.П. Гужона, принципиально не желавшего удовлетворять справедливые требования своих рабочих. Такая позиция московского градоначальника вызывала резкую неприязнь как фабрикантов, так и революционеров, видевших в великом князе опасного «конкурента».

Его нововведения в Москве, проводимые силой власти, оказались во многом созвучны программным требованиям эсеров, что в немалой степени послужило причиной яростной охоты террористов за великим князем. К тому же Сергей Александрович, будучи человеком честным и преданным Государю, стремился превратить Москву в оплот монархии. Он «старался поднять нашу древнепрестольную столицу в различных отношениях, особенно в смысле хранения в ней, как исконно русского центра, ее национально-исторических преданий. И поникшее было в прежнее время, под воздействием чуждых нам влияний, значение ее святынь, исторических достопримечательностей, самого уклада жизни московской при нем поднялось, возвысилось и стало виднее во всех концах России».


Великий князь Сергей Александрович. 1898 г.
Фотография из собрания английской Королевской Семьи

Кроме того, деятельность Сергея Александровича вызывала резкое недовольство московского купечества, во главе которого стоял представитель так называемого «раскольничьего капитала» С.Т. Морозов. Причиной этого недовольства была установка великого князя Сергея Александровича на усиление роли государства как арбитра в сфере социальных отношений, в частности между промышленником и рабочим при особом отстаивании интересов последнего. Историк Д.М. Софьин пишет: «Если московское общество в целом можно назвать строптивым, то московское старообрядческое купечество следует назвать строптивым вдвойне. Оно было не менее, а может, и более влиятельной силой, чем даже старая московская аристократия». Как известно, эсеры имели тесные связи с купцами-раскольниками, а Савва Морозов активно спонсировал революционные группировки. Фабриканты были возмущены ущемлением своих прав, а социал-демократы с ужасом наблюдали, как их влияние в рабочей среде катастрофически падает. Это не могло не объединить их усилия против политики великого князя.

Начало революционной смуты тяжело подействовало на Сергея Александровича. В конце 1904 года он обратился к Государю с прошением, в котором писал, что больше не может выполнять обязанности генерал-губернатора Москвы. Мотивы подобного поступка великого князя до сих пор не очень ясны. Принято считать, что он категорически был не согласен с планами министра внутренних дел П.Д. Святополка-Мирского ввести в России выборное представительство. Кроме того, великий князь, как генерал-губернатор, якобы должен был подчиняться министру внутренних дел, а он этого делать не желал. На самом деле эти объяснения малоубедительны. Сергей Александрович прекрасно знал отрицательное отношение своего Августейшего племянника к выборному представительству. Опираясь именно на поддержку своего дяди, Государь отверг пункт о выборном представительстве, так и не попавший в Указ от 12 декабря 1904 года. Что касается Святополк-Мирского, то, разумеется, ни о каком подчинении ему дяди Государя речи быть не могло.

Не подтверждается фактами и якобы имевшая место склонность великого князя Сергея Александровича к политике репрессий и запретов. Будучи генерал-губернатором Москвы, он старался опираться на «зубатовские» организации, идею которых горячо поддерживал, а не на казачьи нагайки и солдатские штыки, проводил политику оказания большой социальной помощи рабочим. 15 января 1905 года Сергей Александрович писал великому князю Константину Константиновичу: «Рабочие и фабричные в Москве представляют элемент, менее податливый революционной пропаганде, ибо я старался для них сделать всё что мог в эти четыре года, устраивая кассы самопомощи, разрешая собрания в народных домах общества трезвости и целый ряд лекций в разных аудиториях, куда часто и сам ездил».

Решение подать в отставку было обусловлено теми чертами характера великого князя, которые как раз противоположны «жестокости» и наклонности к силовым мерам. Просьба об отставке в 1904 году была далеко не первой его попыткой покинуть должность московского градоначальника. Первый раз Сергей Александрович пытался уйти в отставку после Ходынки, второй раз – после студенческих волнений 1901 года. И наконец вновь – в конце 1904 года. Каждый раз, кроме последнего, от этого решения его отговаривал Государь: он хорошо знал, что, несмотря на благородство, мужество и высокую порядочность, дядя перед лицом политических трудностей склонен впадать в депрессивные, почти панические состояния.


Студенческая демонстрация у Казанского собора 4 марта 1901.
Фото: Государственный центральный музей современной истории России 

Николай II писал своему дяде в разгар студенческих беспорядков 1901 года: «Меня всего более огорчило из твоего письма то, что ты высказал желание, когда наступит спокойное время, просить об увольнении тебя от обязанностей генерал-губернаторской должности. Извини меня, друг мой, но разве так поступать справедливо и по долгу? Служба вещь тяжелая, я это первый знаю, и она не всегда обставлена удобствами и наградами только!»

Нельзя исключать и того, что в 1904 году уйти со своего поста просил Сергея Александровича Государь, который сильно беспокоился за его жизнь. Генерал В.Ф. Джунковский писал, что «террористические акты в России стали учащаться, угрозы со стороны революционных комитетов сыпались на лиц, занимавших административные посты. Великий князь Сергей Александрович также не избег этой участи – его систематически травили. Под впечатлением от всего этого в высших правительственных сферах нашли неудобным и опасным оставлять на посту Московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича, да и сам великий князь очень тяготился генерал-губернаторством». Понятно, что под «высшими правительственными сферами» имеется в виду Государь.

Убийство великого князя Сергея Александровича произвело на Государя самое тяжелое впечатление. 4 февраля 1905 года он записал в своем дневнике: «Ужасное злодеяние случилось в Москве: у Никольских ворот дядя Сергей, ехавший в карете, был убит брошенною бомбою, а кучер смертельно ранен. Несчастная Элла, благослови и помоги ей, Господи!»

– Существует мнение, что великая княгиня Елизавета Федоровна и великий князь Сергей Александрович жили в браке как брат с сестрой. Что по этому поводу говорит история?


– История по этому поводу ничего не говорит, это не ее компетенция. Считаю вообще крайне неэтичным разбирать интимные отношения людей. Но то, о чем вы говорите, весьма маловероятно. Похоже, это фантазии не по разуму «благочестивых» людей. Никаких свидетельств об этом нет. Наоборот, существуют доказательства обратного. Известно, что супруги мечтали о детях, особенно Сергей Александрович. В одном из его писем есть такие слова: «Как бы я хотел иметь детей! Для меня не было бы большего рая на земле, будь у меня собственные дети». Сохранилось письмо Императора Александра III жене, Императрице Марии Федоровне, где он сетует: «Как жаль, что Элла и Сергей не могут иметь детей». Сергей Александрович и Елизавета Федоровна очень любили друг друга, великий князь все время благодарил Бога за счастье брака с Елизаветой Федоровной. Великая княгиня называла мужа «настоящим ангелом доброты». Глубокая православная вера сделала их людьми счастливыми.

Избрание супружеского пути неотъемлемо от Божией заповеди: «Плодитесь и размножайтесь». Сознательное нежелание иметь детей в православной семье всегда считалось грехом. Случай же праведного Иоанна Кронштадтского совершенно особый. Сергей Александрович и Елизавета Федоровна высоко ценили семью. И, кстати, напомню, что именно они способствовали знакомству цесаревича Николая Александровича, будущего Императора Николая II, и принцессы Алисы Виктории Гессен-Дармштадтской, будущей Императрицы Александры Федоровны.

Так что досужие сплетни о «белом браке», на мой взгляд, есть вздор с неким сектантским флером.

– Расскажите, пожалуйста, о той очернительной кампании, которая велась против великого князя (обвинение в гомосексуализме и т.д.). Можно ли сказать, что эта травля в прессе была некоей своеобразной подготовкой к его убийству, то есть по сути – оправданием убийства?

– Великий князь Сергей Александрович был человеком безукоризненной духовной чистоты и благородства. Когда он сватался к принцессе Элле Гессенской, внучке английской королевы Виктории, английская разведка наводила о нем справки. Вывод, сделанный ею, весьма показателен: «Не в меру религиозен, замкнут, очень часто бывает в храме, причащается до трех раз в неделю». Наличие этих качеств у русского человека – свидетельство его высокой добродетельности.


Остатки кареты великого князя Сергея Александровича после взрыва. 1905 г.

После убийства Сергея Александровича на месте взрыва нашли его личные вещи, которые он всегда носил с собой: образки, крест, подаренный горячо любимой покойной матерью, маленькое Евангелие. Хотя бы по этому факту можно понять, какова была душа человека, что было для него особо ценным.

Тем не менее на Сергея Александровича выливались ушаты помоев, его обвиняли в тех мерзостях, о которых вы упомянули и повторять которые не хочется. Такое постоянное пребывание под прицелом всевозможных клевет в какой-то степени схоже с тем положением, в котором оказался его Августейший племянник Император Николай II, испивший до конца чашу самой гнусной клеветы. Но самое подлое, наверное, то, что российский обыватель не отверг с негодованием эту мерзость, а верил ей, хихикал над нею.


Великий князь Сергей Александрович и Великая княгиня Елизавета Федоровна. 1884 г.
Фотография из собрания английской Королевской Семьи

Кстати, молва утверждала, что великий князь Сергей Александрович гордец. А знаете почему? Потому что он всегда слишком прямо держался. Обыватель не знал, что великий князь тяжело болен – у него был туберкулез позвоночника – и поэтому вынужден носить корсет. Ставили ему «в вину» и то, что он слишком часто принимает ванну, опять-таки не зная, что только это помогает облегчить чудовищную боль в спине.

Великий князь Константин Константинович писал ему: «Терпи всю эту прижизненную клевету, терпи – ты на поле брани». Вся эта клеветническая кампания имела в первую очередь цель скомпрометировать человека, преданного престолу и Императору. То же самое происходило и в отношении других государственных людей или тех, кто был лично дорог Николаю II. Вспомним генерал-губернатора Финляндии Н.И. Бобрикова, П.А. Столыпина, А.Д. Протопопова… Все эти люди были оклеветаны и убиты исключительно за их преданность Государю и верную ему службу.

– Великий князь был создателем и первым Председателем Императорского Православного Палестинского Общества. Какое значение для России имело создание этого общества? Что было сделано великим князем на посту его Председателя?

– Великий князь был одним из инициаторов создания и до самой своей мученической кончины – председателем Императорского Православного Палестинского общества, без которого сегодня невозможно представить себе историю русского паломничества на Святую землю. Став во главе Общества в 1880-х годах, он открыл в Палестине восемь подворий Русской Православной Церкви, 100 школ, где арабских детей обучали русскому языку и знакомили с Православием, построил храм святой Марии Магдалины… Вот весьма неполный перечень его дел. Иногда великий князь выделял деньги на строительство, не дожидаясь оформления разрешительной документации, так или иначе обходил множество препятствий.

С Петром Мультатули беседовал послушник Никита (Попов)

Православие. Ru
17 февраля 2016 г.

Тэги: вел.кн. Сергей Александрович, вел.кнг. Елизавета Федоровна

Пред. Оглавление раздела След.
В основное меню