RSS
Написать
Карта сайта
Eng

Россия на карте Востока

Летопись

24 апреля 1918 была арестована вел. кнг. Елизавета Федоровна

25 апреля 1883 для публикации объявлений ИППО выбраны "Московские ведомости" и "Церковный вестник"

25 апреля 1901 с инженером Г. Шумахером подписан контракт на сооружение подворья ИППО в Назарете

Соцсети


Сергиев скит Калужского отдела Императорского Православного Палестинского Общества
в память в Бозе почившего Великого Князя Сергея Александровича

Образование скита

Одно название скита отдает чем-то далеким и завораживающим. Представляются монахи в черных одеяниях медленно передвигающихся в глубине лесной чащи, перебирая четки. В. Даль так поясняет значение слова «скит» — «общая обитель отшельников, братское, уединенное сожительство в глуши, с отдельными кельями».

В Калужском уезде выявлено две мужские обители: Сергиевская и Сретенская. Сергиев скит в понятии людей старшего поколения и в среде калужских краеведов олицетворялось со станцией Калуга II. Казалось, все разрушили до основания и не найти следов былой обители. Но память людская помнит, архив хранит немое молчание до поры до времени.

Жительница деревни Мстихино Марфа Михайловна Чебуранова, крепкая на вид старушка, помнит скитские постройки, где не раз бывала девчонкой со своей родительницей. Как смогла, рассказала, показать эти места наотрез отказалась. Господь ей судья.

Лесная дорога прямой лентой асфальта ведет к пионерскому, или, как принято сейчас называть, оздоровительному лагерю «Спутник», что в двух километрах от деревни Мстихино и в трех километрах от станции Калуга II, на территории которого сто лет назад возник скит во имя Сергия Радонежского в честь великого князя Сергея Александровича, московского генерал-губернатора, злодейски убиенного в результате террористического акта в феврале 1905 г.

Местный старожил — сторож комплекса Зоя Ивановна Князева — помнит, как сносили последнюю скитскую постройку «Морозовский» — дом-гостиницу, где они проживали. В непосредственной близости построили им домик, а ветхую постройку в 1977 г. снесли. Ничто не напоминает о келиях, церкви, инвалидном доме. Уцелела водонапорная башня, которая «видела» взлет, процветание и разорение места Божия, места уединения иноков и увечных больных в глуши лесной, где дышалось легко и свободно. На месте Сергиевского храма ныне разбита площадка для отдыха, установлены качели, стол, две статуи, изображающие пионеров 50-х годов. По еле заметным признакам можно определить границу церковного здания размером 20 на 14 шагов. Зоя Ивановна вспоминает, что после реквизиции имущества скитские постройки приняли отдыхающих моряков. Официально скит переименовали в санаторий имени Фрунзе.


Губернское Собрание Калуги.
В центре губернатор А. А. Офросимов, заместитель председателя Калужского отделения ИППО,
почетный член Императорского Православного Палестинского Общества.
Фото: zhurnal.lib.ru

История Сергиева скита не уходит в глубь веков. Обитель довольно молодая, организована в начале XX столетия. Своему зарождению и процветанию она обязана Калужскому отделу Императорского православного Палестинского Общества. На своем заседании 4 февраля 1906 г. заместитель председателя Общества — калужский губернатор А. А. Офросимов — высказал предложение об увековечении памяти первого руководителя и председателя Палестинского О6щества великого князя Сергея Александровича, погибшего от террористического акта на территории Московского Кремля 4 февраля 1905 г., в дни всеобщей смуты, прокатившейся по России, и выполнить давнюю мечту его — построить храм во имя преподобного Сергия Радонежского. Было отправлено сообщение великой княгине Елисавете Федоровне [1] через ее помощника — командующего Московским гарнизоном, генерал-лейтенанта Степанова.


Монастырь «Тихонова пустынь» под Калугой.
Фото www.tropinka.orthodoxy.ru

Место долго искать не пришлось. Скит, как таковой, существовал. Небольшая горстка монахов вела иноческий образ в лесу, невдалеке от деревни Мстихино, в урочище под названием «Боровой лес». Жили в шалашах, оплетенных из хвороста. Само по себе место было замечательное: сухой сосновый лес возраста от 15 до 35 лет, песчаная почва, благоприятный климат. В шести верстах — монастырь Тихонова пустынь. Еще ближе — разъезд № 19 Московско-Киево-Воронежской железной дороги.

Действительный пожизненный член Калужского отдела Палестинского Общества Николай Эрнестович Мантейфель, являющийся владельцем лесной дачи в этом месте, принес в дар Обществу 63 десятины 2079 квадратных сажени земли, а его соседка по даче — калужская купчиха Серафима Федоровна Михайлова — пожертвовала 47 десятин. Всего получилось 110 десятин 2079 квадратных саженей лесной дачи.

Жертвователи выдвинули требования, чтобы было им предоставлено право:

1. Построить храм во имя преподобного Сергия Радонежского, в котором бы совершалось ежедневное богослужение и «неусыпаемое» чтение псалтири, с поминовением на всех литургиях и за чтением псалтири мученически скончавшихся императора Александра II, князя Сергея Александровича и всех умерших членов Палестинского Общества.
2. Построить церковноприходскую школу, нужда в коей большая, так как число жителей в деревне Мстихино достигало 350 душ.
3. Соорудить странноприемный дом для богомольцев с богадельнею на 12 человек увечных воинов.

Это основные требования. Кроме того, в их планы входило поставить часовню на большаке для продажи свечей и сбора кружечных доходов. Устроить в ней своеобразный стол справок по Палестинскому обществу, организовать продажу билетов до Иерусалима и обратно.

На своем заседании под председательством калужского епископа дар с глубокой благодарностью был принят и учреждено данному месту название: «Сергиев скит Калужского отдела Императорского православного Палестинского общества, в память в Бозе почившего Великого Князя Сергия Александровича».

В журнале постановлений Елисавета Федоровна сделала собственноручную запись: «Очень тронута постановлением отдела, утверждаю его. Сердечно благодарю за пожертвование Н. Э. Мантейфеля и С. О. Михайлову».

Через несколько лет земельные угодья Сергиева скита возрастут на 119 десятин, благодаря пожертвованию калужского мещанина Павла Алексеевича Сидорова. Расчет за благодеяние произвели с ним билетами Государственной ренты на 6 тысяч рублей.

С легкой руки жертвователей и других благотворителей строительство обители быстро пошло в гору. На каменном фундаменте воздвигли деревянный храм, перевезенный из Тихоновой слободы. В 1905 г. прихожане построили Трехсвятительский храм в каменном исполнении, а деревянный уступили монахам Сергиева скита. Его чуть изменили, но благолепия от этого стало не меньше. Бытует ошибочное суждение, что деревянный храм для Сергиева скита приобрели у монахов Тихоновой пустыни — бывший Преображенский, где почивали мощи преподобного Тихона Калужского чудотворца. Каменный Преображенский храм был построен в середине XIX века, стало быть, деревянный храм ожидал своей участи более пятидесяти лет, чтобы за бесценок быть проданным. Такую непозволительную роскошь монахи не могли позволить. Разборка приходского, во имя Трех Святителей, храма по времени совпадает с обустройством православной обители.

Автору этих строк, ранее документально ничем не подкрепленных, основанных лишь интуитивно на предположениях связи с разборкой Трехсвятительской церкви и перенесением её в Сергиев скит, так нежданно снизошла благодать Господня: в руки попал архивный документ, за многие лета не востребованный исследователями и подтверждающий вышесказанное. Коллежский советник Николай Эрнестович Мантейфель обращается с прошением: «… имею честь Ваше Преосвященство разрешить мне приобрести старую церковь в с. Тихонова слобода и перевести в имение мое, находящееся при дер. Мстихиной Калужского уезда для устройства там новой церкви во имя прп. Сергия Радонежского чудотворца». Документ датирован 15 февраля 1906 г. У губернского строительного комитета к разборке данного храма претензий не было. Он был продан г-ну Мантейфель за предложенную им сумму 900 руб.

В апреле того же года он «испрашивает» у владыки благословения на построение храма и часовни в Сергиевом скиту по разработанному проекту.

Строительство


Преосвященный Вениамин, епископ Калужский и Боровский с 1901 по 1910 гг.
В миру – Василий Антонович Муратовский (1855-1930),
почетный член Императорского Православного Палестинского Общества,
председатель Калужского отдела ИППО,
после революции ушел в обновленческий раскол

Закладка храма состоялась 5 июля 1906 г. Чину закладки предшествовал молебен, который совершил преосвященный Вениамин, епископ Калужский и Боровский, с духовенством и братией соседней Тихоновой пустыни. На торжества прибыли начальник губернатор и вице-губернатор с семьями, местная землевладелица, княгиня О. Н. Кантакузен, начальник дивизии генерал-лейтенант Орлов, командир 9-го пехотного полка с войсками Калужского гарнизона и духовым оркестром, казаки — члены Калужского отдела Императорского православного Палестинского общества и много других лиц.

Внутри храма был установлен крест и заложен камень с закладной доской с надписью:

«Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. В лето 1906, июля 5 дня. Основася сия церковь во имя Преподобнаго и Богоноснаго Отца нашего Сергия Радонежскаго Чудотворца, в Сергиевом скиту, в память мученически скончавшегося Великого Князя Сергия Александровича, основателя и перваго председателя Императорского Православнаго Палестинокаго общества, в царствование Государя Императора Николая II, при Преосвященном Вениамине, Епископе Калужском и Боровском, во время управления губерниею Калужского Губернатора, Шталмейстера Александра Александровича Офросимова».

После молебна преосвященный окропил всех святой водой под звуки гимна «Коль славен» и совершил панихиду по убиенному князю. Войскам был предложен чай с белым хлебом, духовенству и начальствующему составу — чай с пирогами. Были провозглашены тосты многолетия. Губернатор Офросимов на имя Елисаветы послал телеграмму следующего содержания:

«Всепреданнейше докладываю Вашему Императорскому Высочеству, что в сегодняшний день Ангела в Бозе почивающаго Великого Князя Сергия Александровича, незабвеннаго Августейшаго Председателя Православнаго Палестинскаго Общества архиерейским служением состоялся чин закладки храма, во имя Сергия Радонежскаго Чудотворца. Вместе с председателем отдела Епископом Вениамином собрались члены Калужскаго Отдела Палестинскаго Общества. На месте был парад частей местнаго гарнизона во главе с начальником дивизии генералом Орловым. Все горячо молились об упокоении светлой души Великаго Князя и о ниспослании здравия Вашему Императорскому Высочеству».

В ответной телеграмме Елисавета пишет: «Благодарю от всего сердца вас, членов Калужскаго отдела Палестинскаго О6щества и генерал-адъютанта Орлова с войском за молитвы».

Через год храм был построен. Главный престол освящен 5 июля 1907 г. во имя Сергия Радонежского. В этот день с особым поездом по Московско-Киевско-Воронежской дороге отправились в скит рота 9-го пехотного Ингерманландского Императора Петра I полка при восьми офицерах и полковым знаменем; представители калужского отдела Союза Русского Народа со стягом, около полусотни казаков и все желающие. От разъезда № 19 все шли пешком. К 9-ти часам утра прибыл преосвященный Вениамин, епископ Калужский и Боровский. Ожидался приезд Великой княгини Елисаветы Федоровны, но вместо неё прибыл помощник председателя Палестинского общества генерал-лейтенант Степанов, командующий войсками Московского гарнизона, начальник 3-й пехотной дивизии генерал Орлов со штабом, представители учреждений, обществ и разных сословий.

Чин освещения храма совершил епископ Вениамин в сослужении настоятелей монастырей: Тихонова пустынь, Боровский Пафнутиев, Оптина пустынь, Сергиев скит — в окружении Калужского духовенства и хора архиерейских певчих.

После освящения на открытом воздухе состоялась литургия. Со словом выступил кафедральный протоиерей Некрасов и архиерей. Звучали слова многолетия государю императору, императрице, наследникам царского престола и вечная память государю императору Александру III, основателю и первому председателю Палестинского общества князю Сергию Александровичу.

После молебна, состоялся парад войск, который принимал генерал Степанов и освящение еще двух зданий: странноприимного дома на 10 инвалидов из числа войск Московского гарнизона и церковно-приходской школы.

К вечеру, когда торжества близились к завершению, в раскинутом шатре состоялась трапеза с речами преданности Престолу, Родине, здравиями.

На другой день, 6 июля 1907 г. настоятель Калужской Тихоновой пустыни, архимандрит Лаврентий[2] освятил придел во имя Успения Пресвятая Богородицы. Каменный фундамент под церковью был настолько высок, что получилось хорошее помещение, по площади равное храму. Старанием все того же г-на Мантейфеля было выхлопотано благословение архиерея на устройство и освящение придела. Благотворители пожертвовали золоченый на белом фоне иконостас, святые образа, сосуды, люстры, подсвечники и другую утварь.


К этому времени были закончены работы по сооружению деревянного дома с хозяйственными сараями, выкопан погреб и колодец. Обитель была готова к приему инвалидов и увечных больных для жительства под крышей странноприимного дома.

Инвалидный дом был рассчитан на 10 человек, в который принимались отставные воины, пострадавшие во время войны с Японией, одинокие, не имеющие средств к жизни и нуждающиеся в призрении. Одним из первых посетителей, поступивших в мае 1908 г. в скит, оказался отставной рядовой Прохор Волков, слепой на оба глаза вследствие ранения во время войны. Он был доставлен из Москвы в Калужское полицейское управление, от-куда препровожден в Сергиев скит.

В 1908 г. архимандрит Герасим, строитель и настоятель Сергиева скита, вошел с ходатайством к Калужскому губернатору Александру Александровичу Офросимову с рядом жизненно важных для скита вопросов: о присвоении разъезду № 19 наименования «Скит» или «Палестинский Скит»; об упорядочении продажи железнодорожных билетов до станций Воротынск и Тихонова Пустынь; о постановке в здании разъезда в компакте для пассажиров святых икон, кружки для сбора пожертвований и ящика для продажи свеч; об открытии на разъезде выдачи багажа, прибывшего для обители. Также ходатайство об устройстве телеграфной линии.

Эти вопросы находились в компетенции управления железных дорог России. Большинство из них решилось положительно. Из переписки Калужского губернатора и железнодорожного начальства можно понять, что переименование разъезда, согласно прошения не представляется возможным из-за того, что таковые имелись в названиях железнодорожных остановок. Калужане старшего поколения помнят, что назывался разъезд «Сергиев Скит», впоследствии переименованный в станцию Калуга II.

Вопрос о выдаче багажа решался путем строительства тупика на средства монашеской братии, надобно коих было 1500 руб.

Строительство телеграфной линии с заходом в Сергиев скит не планировалось. Смета составлена и утвержден проект будущей линии вдоль железной дороги. Не одобрило железнодорожное начальство и установку кружки в зале ожидания — по уставу не положено. В результате переговоров достигнута договоренность, что железнодорожники выделят участок земли на станционной площади, для строительства небольшой часовни и дома для жительства монаха. К сожалению, данных о строительстве часовни у автора нет. С уверенностью можно сказать, что станция Калуга II получила значительный толчок в развитии с устройством святой обители.

К 1913 г. кроме вышеперечисленных построек в Сергиевом скиту возвели деревянный, уютный домик для княгини Елисаветы Федоровны, которая много сделала благодеяний для обители старца Герасима: большую водокачку, уцелевшую до сих времен из всех строений, построенную техником, отец которого призревался в обители; почти рядом находилась деревянная колокольня «на курьих ножках»; у входа в скит по левую сторону стоял деревянный дом настоятеля; напротив — книжная лавка, неотъемлемая атрибутика всех монастырей: у ворот — стол с чашей со святой водой, которой кропили всех входящих в скит, символизируя смывание с пришедшего путника всю суету, сумятицу и грязь жизни; вокруг скита установлена деревянная ограда с покосившимися воротами. Вне скитской ограды стояла большая трехэтажная деревянная гостиница на каменном фундаменте, вечно переполненная народом. Рядом велось строительство каменной гостиницы.

Странноприимный дом, по словам современников, был значительно лучше, чем в Тихоновой пустыни. В номерах стояло по две кровати с белоснежным бельем, стоимость номера составляла 15 копеек в сутки. Общие номера сдавались бесплатно. Были постройки в виде небольших дачек, которые сдавались на лето знакомым благочестивым семьям.

В полутора верстах, у большой дороге на Калугу, стояла часовни со святой водой в чаше и святыми иконами. Для путников — большая скамья у часовни. Планировался бесплатный чай для богомольцев.

Неизвестна судьба большого инвалидного дома, рассчитанного на 70–80 человек, строительство которого остановилось на фундаменте из-за нехватки средств.

По направлению к железнодорожному разъезду виднелся скотный двор, в котором находились коровы и лошади. Изучая документы по личному составу, можно сделать вывод, что встречались на послушании такие должности: пасечник, пекарь, ризничий, просфорник, портной, сапожник, певчий, сторож, рухольник. Обитатели Сергиева скита старались обслуживать себя всем, чем можно: сажали огород, разводили скот и пчел, штопали одежду, латали обувь и молились Господу Иисусу Христу за оказанную благодать их обители. Значительную помощь оказывало Калужское отделение Палестинского общества за счет пожертвований различных лиц.

Имущество

Одним из первых пожертвований принесла в дар храму княгиня Елисавета Федоровна — местные иконы и церковное облачение[3]. К началу 1919 г. все три престола были укомплектованы всем необходимым для богослужения не худшим образом.

Судите сами.

Из имущества значилось: 9 чаш серебряных, вызолоченных, весом от 6 фунтов 26 золотников до 2 фунтов 15 золотников и одна металлическая посеребренная — 78 золотников.

Из крестов напрестольных: 6 серебряных весом 4 фунтов 44 золотника, один деревянный, обложенный серебром, и 8 медных.

Евангелия: одно в серебряном окладе, два в металлическом, два в бархатной обложке и пять других разных размеров (всего десять).

Дарохранительница серебряно-вызолоченная весом 2 фунта 6 золотников, пять металлических пятиглавых и чисто серебряная весом 39 золотника.

Дароносица, семь серебряных ковшей весом 2 фунтов 20 золотников, копиев 30 штук разного размера. Кадило серебряное весом 1 фунт 3 золотника, шесть медных кадила. Лампад 30 штук разного размера и две стоящие серебряные весом 1 фунт 18 золотников.

Облачений для престола и жертвенника в количестве 14 штук, одно покрывало для престола — личный подарок Елисаветы Федоровны, других покрывал 65 штук. Завес к царским вратам — 12 штук, воздухов для чаши и дискоса — 115 штук, покрывал для сто-лика благословения хлебов — 30 штук, для аналогиев — 48, платов для причастников — 30 штук. Два облачения архиерейских и одна мантия, митра, две рапиды, трикирий и ди-кирий. Три трикирия медных пасхальных. Священнических облачений — 149, диаконских — 108, подризников — 105, полотенцев для святого алтаря — 30, тарелок для святого алтаря — 5, для водоосвящения — четыре чаши, столько аналогиев и панихидных столиков. Шалей и платьев — штук, больших и малых, плащаница для Спасители и Божией Матери, ковров разных размеров — 19 штук и 8 дорожек.

Ладану одна большая шкатулка, двое часов: одни — висячие с большим футляром, другие — круглые.

Святые иконы, книги и прочая хозяйственная мебель без счета.

Колокольня деревянная с 13-ю (в 1922 г. с 12-ю) колоколами весом от 313,5 пудов и ниже.

Монашествующая братия по Сергиеву скиту[4]

АКИМОВ Петр Димитриевич (1887, Брагино Орловской губ. — †?). Поступил в число испытуемых 6 июля 1909 г., в число послушников зачислен в 1910 г., в 1914 г. проходил пономарское послушание.
АЛАБИН Михаил Алексеевич (1893 — †?), скопинский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 9 сентября 1912 г.
АЛЕКСАНДРОВ Федор Никитич (1904, Тульской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 5 октября 1915 г.
АНАНЬЕВ Федор Акимович (1880, Смоленской губ. — †?), из мещан. В конце 1906 г. поступил в число испытуемых послушников, в 1914 г. зачислен в число послушников.
БАБАКИН Василий (1848 — †?), из мещан. Поступил в братство Оптиной пустыни в 1888 г. Пострижен в монашество в 1894 г. с именем ВАССИОН. В 1901 г. перемещен в Калужский Крестовский монастырь. Рукоположен в иеродиакона (1903), иеромонаха (1908). В Сергиев скит перемещен 2 октября 1908 г. Награжден набедренником, крестом и памятной медалью в память 300-летия дома Романовых (1913).
БАБКИН Афанасий Михайлович (1859, Дубровка Калужской губ. — †?), из крестьян. В число испытуемых послушников определен 20 июля 1906 г. Проходил послушание в качестве трапезника. Зачислен в число послушников 9 марта 1910 г. Пострижен в монашество 17 октября 1913 г. с именем АНДРОНИК. В 1919 г. выбыл на родину.
БОГОЯВЛЕНСКИЙ Василий Иванович (1839 — †?), потомственный почетный гражданин. Поступил в число испытуемых послушников 22 октября 1909 г.
БОКОВ Василий Федорович (1881 — †?), калужский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 14 июня 1907 г.
БУКИН (БУНИН) Алексей Дмитриевич (1868, Коломенское Тульской губ. — †?). Первоначально поступил в Тихонову пустынь в 1892 г., через шесть лет зачислен в число братства. Пострижен в монашество 22 марта 1903 г. с именем АВКСЕНТИЙ. Рукоположен в иеродиакона (1903), иеромонаха (1917). С 25 октября 1908 г. по 1915 год был в командировке штатным диаконом при Иерусалимской духовной миссии. При возвращении в Тихонову пустынь утвержден казначеем монастыря. В мае 1918 г. перемещен в Сергиев скит для временного управления. Разрешение на выборы нового настоятеля Сергиева скита было получено от временного духовного правления при Калужском епископе 7/20 апреля 1918 г. и препровождено настоятелю Тихоновой пустыни архимандриту Платону. Так как кандидатуры для достойного управления обителью из состава братии Сергиева скита не нашлось, было предложено две кандидатуры из братии монастыря «Тихонова пустынь» — казначей, иеромонах Авксентий и иеромонах Мисаил. На собрание 26 апреля / 9 мая 1918 г. собралось 15 членов братии, на котором единогласно был избран настоятелем скита иеромонах Авксентий. Указом Священного Синода за № 1607 от 31 мая / 13 июня 1918 г. иеромонах Авксентий утвержден вторым и последним настоятелем Сергиевой обители[5].
ВАЛУЕВ Андрей Алексеевич (1845, Огарково Калужской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 9 мая 1912 г.
ВАХМИН? Ефрем Иванович (1880, Тульской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 10 января 1908 г.
ВИДЕНЕЕВ Федор Максимович (1862 — †?), калужский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 19 сентября 1908 г.
ВОРОБЬЕВ Василий Харитонович (1891, Шугурово Калужской губ. — †?). Поступил в число испытуемых послушников 17 марта 1912 г.
ГАВРИЛОВ Михаил Андреевич (1868, Трубино Калужской губ. — †18/31 марта 1918, Сергиев скит), из крестьян. В число испытуемых послушников Тихоновой пустыни поступил в 1887 г., где проходил послушание в качестве келейника старца Герасима, который, обладая даром предвидения, указал юному Мише на место будущего скита. В 1892 г. перемещен в Калужский Лаврентиевский монастырь, где был пострижен в монашество 13 сентября 1899 г. с именем ГЕРАСИМ. Рукоположен в иеродиакона (1901), иеромонаха (1903). За благочестивую иноческую жизнь награжден набедренником и грамотой, от Святейшего Синода выдаваемой. В январе 1906 г. избран в члены православного Палестинского Императорского общества, где положил основание Сергиева скита. За день до освящения главного скитского храма официально был назначен начальником Сергиевской обители с пожизненным зачислением в члены Палестинского общества. В 1912 г. несколько месяцев был духовником женской общины «Отрада и Утешение». В 1913 г. награжден наперстным крестом от Святейшего Синода. Имел крест и медаль в память 300 летия царствования Дома Романовых. Согласно рапорта казначея Сергиева скита иеромонаха Амвросия, сохранившегося в ГАКО о погребении основателя Сергиева скита, стала известна точная дата смерти и погребения, отличительная от ранее опубликованной в литературе.[6]
ГАВРИЛОВ Яков Гаврилович (1850, Смоленская губерния — †?), из крестьян. По-ступил в число испытуемых послушников 6 декабря 1911 г.
ГЛИНСКИЙ Фрол Ильин (1853, Тульской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 15 декабря 1913 г.
ГОЛОВЛЕВ Василий Иванович (1862, Семеновка Смоленский губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников в 1910 г., зачислен в число послушников 10 февраля 1914 г.
ДАЕВ Иван Андреевич (1872 — †?), личный почетный гражданин. Поступил в число испытуемых послушников 27 марта 1914 г. и в том же году зачислен послушником. В 1914 г. проходил послушание певчего в хоре.
ДАРЕШИН Николай Михайлович (1839, Красное Рязанской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число ипытуемых послушников 21 января 1911 г.
ДЕХТЕРЕВ Николай Иванович (1880 — †?), московский мещанин. Окончил Мос-ковское Александровское коммерческое училище имени императора Александра III. По-ступил в число испытуемых послушников 15 июля 1915 г.
ДУРНЕВ Макар Прокофьевич (1890, Вязовская Дубрава Орловский губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 8 марта 1912 г.
ЕВДОКИМОВ Василий Иванович (1894 — †?), мценский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 13 мая 1911 г.
ЕГОРОВ Николай Иванович (1894 — †?), калужский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 17 июня 1913 г.
ЖАРКОВ Филипп Егорович (1886, Буконово Калужской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 3 ноября 1911 г.
ЗВЯГИН Павел Андреевич (1847, Жданки Тульской губ. — †?), из крестьян. По-ступил в число испытуемых послушников 13 февраля 1908 г. на общее послушание, за-числен в число послушников 10 апреля 1912 г.
ЗЕКУНОВ (ЗЮКИН) Максим Никифорович (1895, Курской губ. — †?), из кресть-ян. Поступил в число испытуемых послушников 30 марта 1911 г.
ЗЕЛЕНЦОВ Гермоген Федорович (1846, Орловский губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 15 ноября 1911 г.
ЗУЕВ Василий Петрович (1898 — †?), вяземский мещанин. Поступил в число ис-пытуемых послушников 29 сентября 1914 г.
ЗЮКИН Григорий Егорович (1899, Галичь Тульской губ. — †?), из крестьян. По-ступил в число испытуемых послушников 9 января 1911 г.
ИВАНОВ Афанасий (1852 — †?), рязанский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 22 июля 1911 г.
ИВАНОВ Спиридон (1890, Райновка Смоленской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 14 июня 1912 г.
КАЗАНЦЕВ Федор Петрович (1848 — †?), калужский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 4 мая 1912 г.
КАРЕВ Матвей Дмитриевич (1891, Верхние Подгоричи Калужской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 8 сентября 1912 г.
КАРПЕЧНИКОВ Лаврентий Петрович (1875, Заболотье Калужской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 2 сентября 1908 г.
КИРЕЕВ Александр Зосимович (1874, Рязанской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 1 сентября 1914 г.
КОБРАНОВ Василий Львович (1855 — †?), личный почетный гражданин. Посту-пил в число испытуемых послушников 30 октября 1915 г.
КОВАЛЕВ Никанор Артемьевич (1868, Смоленской губ. — †?), из крестьян. По-ступил в число испытуемых послушников 31 мая 1911 г.
КОЖЕВЕРОВ Алексей Николаевич (1878, Орловской губ. — †?), из мещан. Зачислен в число испытуемых послушников 10 января 1911 г. Пострижен в монашество в 1916 г. с именем МИТРОФАН. В 1919 г. призван в тыловое ополчение.
КОНДРАХИН Иван Гаврилович (1856, Петуховка Калужской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 2 августа 1913 г.
КОРЗИН Иван Тимофеевич (1865 — †4 декабря 1917), из крестьян. Первоначально определен в Свято-Троицкий Лютиков монастырь в 1896 г. Пострижен в монашество в декабре 1897 г. с именем ИРИНАРХ. Рукоположен в иеродиакона (1898), иеромонаха (1903). В 1900 г. перемещен в Лихвинский Покровский Добрый монастырь. В октябре 1908 г. по прошению перевелся в Сергиев скит. Награжден камилавкой, крестом и памятной медалью в память 300- летия дома Романовых (1913). 28 июля 1914 г. командирован в 226 пехотный полк действующей армии в качестве полкового священника. Судьба его трагична. Он был расстрелян красногвардейцами в селе Яковлево Белгородского уезда. В фондах ГАКО хранится дело о командировании иеромонаха Павлина за телом убитого.[7] Скорей всего, он был похоронен на скитском кладбище. Господи, упокой его душу!
КОРНИЕНКО Евтихий Епифанович (1876, Черниговской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 30 апреля 1915 г.
КОРСАКОВ Федор Сидорович (1844, Владимирской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 19 января 1912 г.
КОШЕВЕРОВ Алексей Николаевич (1878, Орловской губ. — †?), из мещан. Определен ктитором в Сергиев скит 10 января 1910 г. В феврале 1912 г. зачислен в число послушников.
КОСОЛАПОВ Арсений Петрович (1878, Вятской губ. — †?), из крестьян, холост. Проходил испытание в качестве пекаря хлеба в Сергиевом скиту с 7 ноября 1907 г., в 1910 г. зачислен в число послушников. Пострижен в монашество 5 декабря 1913 г. с именем АНТОНИЙ.
КРИВОПОЛЯНСКИЙ Аркадий Николаевич (1882, Харьковской губ. — †?), из дворян. Поступил в число испытуемых послушников 30 сентября 1915 г.
КУКИШЕВ Осип Николаевич (1861, Тамбовской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 1 октября 1907 г.
ЛИСИЧКИН Иван Николаевич (1852, Рязанской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 3 февраля 1909 г.
ЛУКЪЯНЧИКОВ Иван (? — †?). Послушник Сергиева скита, в 1908 г. перемещен в Белевский Спасо-Преображенский монастырь.
МАКСИМОВ Иван (1862, Казанской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 17 мая 1915 г.
МАРКОВ Никита Максимович (1835, Тамбовской губ. — †?), из крестьян. Посту-пил в число испытуемых послушников 9 сентября 1908 г.
МОЧАЛОВ Петр Михайлович (1893, Кавришно Московской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 25 сентября 1915 г.
МУШАРИН Николай (1895, Вологодской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 8 июля 1914 г.
НЕНАРОКОМОВ Илья Никитич (1848 — †?), калужский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 9 января 1908 г.
НИКИТИН Федор Алексеевич (1867 — †?), московский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 10 июня 1909 г.
НИКИФОРОВ Алексей Филиппович (1870 — †?), из государственных крестьян. Первоначально поступил в братство Оптиной пустыни 25 августа 1893 г. В апреле 1904 г. перемещен в число братии Калужского Лаврентиевского монастыря, где был пострижен в монашество в 1905 г. c именем АМВРОСИЙ. Рукоположен в иеродиакона (1905), иеромонаха (1908). В Сергиев скит переведен 15 мая 1915 г. В 1919 г. командирован в приход.
ОВСЯННИКОВ Семен Александрович (1853, Орловской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 30 марта 1910 г.
ОТБЕТКИН Тарас Ефимович (1854, Пензенской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 21 января 1909 г.
ПАРАФЕЙНИН Григорий Петрович (1875, Полтавской губ. — †?), из крестьян. В 1905 г. поступил в число послушников Драгобужского монастыря. По прошению перемещался в Бузулакский Спасо-Преображенский (1906) и Самарский Николаевский (1909) где пострижен в монашество 9 мая 1910 г. с именем ГЕРОНТИЙ. Через два года перемещен в Щегловский, а в ноябре 1915 г. — в Сергиев скит.
ПЕСКОВ Максим Сергеевич (1875, Алексин Тульской губ. — †?), из крестьян. По-ступил в число испытуемых послушников 4 июля 1909 г. Зачислен в число послушников 13 июля 1912 г. В 1914 г. проходил послушание повара.
ПОЗДЕЕВ Василий Фролович (1881, Опунино Вятской губ. — †?), из крестьян, холост. Поступил в число испытуемых послушников зимой 1910 г. Пострижен в монашество 5 декабря 1913 г. с именем САВВА. Рукоположен в иеродиакона (1914).
ПОЛЯКОВ Михаил Филиппович (1890, д. Стойна Лихвинского уезда Калужской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 3 октября 1913 г.
ПОСТНИКОВ Тимофей Гаврилович (1862 — †?), из крестьян. В число испытуемых послушников поступил в январе 1907 г., с 10 марта 1914 г. переведен в число послушников в качестве певчего. Пострижен в монашество 17 октября 1913 г. с именем СЕРГИЙ.
РАДИН Андрей Кондратьевич? (1856, Рязанской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 29 мая 1908 г.
РЕТИНСК Иван Давидович (1881 — †?), из крестьян. Первоначально поступил в Оптину пустынь 21 января 1909 г., перемещен в Сергиев скит 6 февраля 1914 г. В 1914 г. проходил послушание эконома.
РЯБИН Василий Гаврилович (1885, Минской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 7 марта 1909 г.
САВЕЛЬЕВ Авраамий (1843, Владимирской губ. — †?), из крестьян, вдов. Поступил в число испытуемых послушников 22 мая 1912 г. Пострижен в монашество 6 декабря 1915 г. с именем НИКОЛАЙ.
САВИН Петр (1861 — †?), из крестьян. Определен в Оптину пустынь в мае 1889 г. Пострижен в монашество 13 августа 1895 г. с именем ПАВЛИН. Рукоположен в иеродиа-кона (1900). В 1902 г. перемещении в Свято-Троицкий Лютиков монастырь, а в 1907 г. — в Сергиев скит. Награжден памятной юбилейной медалью в память 300   летия дома Ро-мановых (1913). В 1919 г. командирован в приход.
САПЛИН Сергей Антонович (1845 — †?), воротынский мещанин. Поступил в чис-ло испытуемых послушников 25 января 1912 г.
СЕВИДОВ Пахомий Алексеевич (1865 — †?), из крестьян, вдов по первому браку. В августе 1900 г. определен в Мещовский Георгиевский монастырь, где пострижен в монашество 19 декабря 1901 г. с именем ПАВЕЛ. Рукоположен в иеродиакона (1906), иеромонаха (1908). Перемещен в Сергиев скит летом 1914 г. В 1909 г. был под судом по обвинению в мошенничестве и самозванстве, но оправдан. В 1919 г. выбыл на родину.
СЕЛЕЗНЕВ Зиновий (? — †19 декабря 1916, Сергиев скит), послушник Сергеева скита.
СЕЛЕЗНЕВ Сильверст Моисеевич (1847 — 13 июля 1916, Сергиев скит), из мещан, холост. Первоначально поступил в Оптину пустынь в 1887 г. Пострижен в монашество 2 апреля 1888 г. и с именем СИЛУАН. В 1892 г. перемещен в Лаврентиев монастырь. Руко-положен в иеродиакона (1892), иеромонаха (1893). 21 января 1903 г. перемещен в Сергиев скит, где с 1911 г. проходил должность духовника. Награжден набедренником и памятной медалью в память 300   летия дома Романовых (1913).
СЕМЕНОВ Петр (1870, Лихвино Московской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 12 января 1910 г., исполнял послушание сторожа. В чис-ло послушников зачислен 10 апреля 1912 г.
СИЗИКОВ Александр Афанасьевич (1895, Тверской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 29 ноября 1915 г.
СМИРНОВ Петр Иванович (1860, Рождествено Калужской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 9 октября 1911 г.
СОКОЛОВ Афанасий Лаврентиевич (1863 — †?), потомственный почетный гражданин г. Перемышля. Поступил в число испытуемых послушников 3 ноября 1908 г.
СПЕРАНТОВ Сергей Александрович (1880, Славянск — †?), из учителей реального училища. Окончил духовное училище, семинарию и историко-филологический факультет Петроградского института. Поступил в число испытуемых послушников 26 ноября 1915 г.
СТРУКОВ Василий (1850 — †?). Монашеское имя ВЕНЕДИКТ. Перемещен из иеромонахов Тихоновой пустыни в Сергиев скит 9 ноября 1917 г. В 1919 г. выбыл на родину.
СТРУНИН Василий Васильевич (1856, Антоновка Костромской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 11 апреля 1911 г. В 1914 г. проходил послушание рухольника. Зачислен в число братства в 1912 г.
СУДАКОВ Василий Семенович (1844, Якучево Ярославской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 18 марта 1912 г.
ТАРАСОВ Андрей Гаврилович (1873 — †?), из крестьян. Первоначально поступил в Оптину пустынь, где проходил пономарское послушание. Пострижен в монашество 7 октября 1901 г. с именем АВКСЕНТИЙ. В августе 1906 г. переведен в Калужский Крестовский монастырь, где был рукоположен в иеродиакона, а через четыре года в иеромонахи. 4 декабря 1913 г. перемещен в Сергиев скит. (В апреле 1916 года был переведен в Перемышльский Свято-Троицкий Лютиков монастырь, куда переезжал с большой неохотой. В июле 1918 года после подавления крестьянского восстания в Перемышле был схвачен большевиками и вскоре расстрелян в Калуге. Прим.Ros-Vos.net)
ТКАЧЕВ (ТКАЧЕНКО) Иван (1866 — †?), из крестьян. Поступил в число братства Тихоновой пустыни в 1898 г. Пострижен в монашество в 1907 г. с именем ИРИНЕЙ. Перемещен в Сергиев скит 6 сентября 1908 г. Рукоположен в иеродиакона (1908), иеромона-ха (1910). В 1919 г. выбыл на родину.
ТУШНОВ Димитрий (1872, Астраханской губ. — †?), из крестьян. Поступил в чис-ло испытуемых послушников 19 октября 1907 г. В 1914 г. проходил испытание в качестве просфорника. 9 марта 1910 г. зачислен в число послушников. Пострижен в монашество 5 декабря 1913 г. с именем ДАНИИЛ.
УЛАНОВ Николай Николаевич (1894 — †?), данковский мещанин. Поступил в число испытуемых 3 ноября 1913 г.
ФЕДОРОВ Василий Федорович (1842 — †?), пензенский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 19 августа 1910 г.
ФЕОКТИСТОВ Петр Филиппович (1861 — †?), московский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников в мае 1906 г. В 1909 г. зачислен в число послушников. В 1914 г. проходил келейное послушание.
ФОМИН Евфимий (1867 — †?). В монашестве иеромонах ЕВФРОСИН. В Сергие-вом скиту находился с 9 ноября 1917 г. В 1919 г. выбыл на родину.
ФРОЛОВ Иван Кириллович (1888, Орловской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 28 октября 1909 г., в 1914 г. зачислен в число послушников, в 1914 г. проходил послушание ризничего.
ХОТИПЛАКС? Александр Адамович (1862, княжества Финляндии Выборгской губ. — †?). Поступил в число испытуемых послушников 19 января 1905 г.
ЦЫГАНАШ (ЦЫГАНАИЕВ) Федор Константинович (1867 — †?), киевский мещанин. Поступил в число испытуемых послушников 15 августа 1908 г.
ЧЕКМАЗОВ Тихон Димитриевич (1898, Черная Грязь Тульской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых крестьян 12 июня 1914 г.
ЧУГУНОВ Петр Константинович (1889, Юровка Калужской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 9 ноября 1913 г.
ЧУПИЛИН Марк Михеевич (1884, Висляево Калужской губ. — †?), из крестьян, холост. Поступил в Сергиев скит в июле 1906 г. Пострижен в монашество 18 декабря 1913 г. с именем МИСАИЛ. Рукоположен в иеродиакона (1914). В 1919 г. командирован в при-ход.
ШАПУЛИН Виктор Константинович (1853 — †?), потомственный почетный гражданин. Поступил в число испытуемых послушников 22 января 1909 г.
ЯКУНИН Селиверст Сергеевич (1848, Жаркий Верх Тамбовской губ. — †?), из крестьян. Поступил в число испытуемых послушников 14 января 1909 г.

События 1918 г.[8]

В стране надвигались революционные события октября 1917 года: смена политического, экономического курса и другие преобразования, в том числе отделение Церкви от государства. Декрет, подписанный Ульяновым-Лениным в январе 1918 г., больно ударил нововведением по православному люду, еще больней по насельникам монастырей — монашествующей братии.

Не обошли Советы «вниманием» обитель преподобного Сергия. Губернский комиссар Александров назначил заведовать Сергиевым скитом комиссара Михаила Гри-горьевича Талдыкина. На другой день 8/21 июля 1918 г. без предъявления ордера или мандата комиссар Талдыкин собрал братию, перед которой выступил с речью:

«Я прислан сюда для управления скитом, как полный хозяин его с неограниченной властью над всеми. Отныне Вы забудьте, что ваша обитель называется Сергиев скит, теперь она будет называться «Трудовая коммуна». Я ваш настоятель и архиерей, кроме меня вы ни к кому не должна обращаться ни по каким делам. Я для вас все. Вы все до единого должны будете делать все то, что я вас заставлю. Распоряжаться вами буду только я, никакого настоятеля у вас, кроме меня, не будет. Обращайтесь ко мне по всем делам: я и отпуска буду давать кому куда надо. Главное ваше дело будет работа. Кто не будет работать по моему приказанию, я не буду давать хлеба, а если будете противоречить, то буду удалять в 2-х дневный срок.

В церковь никто не должен ходить кроме: священника, диакона, псаломщика и пономаря. Остальные все должны работать от раннего утра до позднего вечера ежедневно, до полдня субботы. А, субботу и воскресенье, кто желает, пусть идет в церковь».

Вот с какой «яркой» речью выступила советская власть в лице комиссара Талдыкина перед братией, которые и так по монастырскому уставу жили в смирении и послушании.

Следующим шагом комиссара Талдыкина было то, что отобрал ключи от всех помещений.

В среду 11/24 июля комиссар Талдыкин, его помощник Суслов и прибывший из Калуги Смирнов начали экспроприировать вещи у монахов и инвалидов. Брали все: ковры, скатерти, одеяла, матрацы, диваны, столы, кресла, стулья, зеркала, посуду, самовары, продукты питания и другое.

У настоятеля скита иеромонаха Авксентия отобрали последнее одеяло и обувь. К отцу — казначею подступили под угрозой смерти: «отдавай все, что есть монастырского, если не отдашь, то увезем в Калугу и осудим. Одним негодяем будет меньше». Пришлось отдать: две рясы, три подрясника, хороший самовар, чайник никелированный, чайницу с чаем, шарф теплый, рубашки, серебряные часы с серебряной цепочкой, серебряную дароносицу, три суконных ковра, теплое одеяло и другие вещи. Всего на сумму 2400 руб.

С кельи настоятеля скита сорвали печать и, выломав дверь, добрались до несгораемого сундука. Откуда похитили: денег в сумме 180 руб., круглые стенные часы, белье, сапоги, носки, резиновые калоши, барометр, градусник, серебряную чайную ложку, мебель, кожаный саквояж, керосинку.

Полностью была разграблена гостиная, дом инвалидов, где сохранялись вещи временно уехавших квартирантов из гостиницы и благодетелей дома инвалидов.

По словам иеромонаха Авксентия награбленные вещи комиссары распределили между собой.

На работу братия выгонялась без пощады с «площадной бранью, по-фараонски».

Реквизировав ключи от всех помещений, комиссар Талдыкин тем самым лишил доступа братии к рухольной, где хранилась сменная обувь, белье, одежда. Братия пообносилась, начала роптать и покидать святую обитель.

Печать скитская также находилась в руках комиссара Талдыкина, одного из многочисленных борцов за «новую жизнь»[9].

На этом злоключения монашествующей братии не закончились — только начинались. С бедной братии решили выжать все, и в первую очередь — с настоятеля.

Утром 16/29 ноября 1918 г. в Сергиев скит прибыли комиссар Тихоновой слободы Копылов и Калужской уездной чрезвычайной комиссии Долгов. Начали с допроса настоятеля скита — иеромонаха Авксентия. Вопросы задавались разного содержания: где серебро и золото, брошюры и литература. После получения исчерпывающих ответов приступили к очередному обыску. На этот раз конфисковали ценные бумаги неприкосновенного капитала на сумму 86115 руб. Сюда входили:

1.  Расписка Московского Государственного банка в приеме на хранение вклада на сумму 80000 руб.
2. Аналогичная расписка на сумму 900 руб.
3. Закладной лист на 4,5% Санкт-Петербургского — Тульского поземельного банка на сумму 500 руб.
4. Два таких же листа на общую сумму 1000 руб.
5. Государственная 4% рента на сумму 500 руб.
6. Шесть билетов Государственной Комиссии погашения долгов на вечный вклад на общую сумму 1215 руб.
7. Свидетельство Калужского Общественного банка братьев Малютиных на сумму 100 руб.
8. Пять билетов Государственной 4% ренты на сумму 700 руб.
9. Двенадцать облигаций на сумму 1100 руб.
10. 4,5% закладной лист Государственного Дворянского Земельного банка на 100 руб.

Оставив расписку об изъятии ценных бумаг, прихватили с собой в Тихонову слободу настоятеля и там посадили в холодный каменный подвал. Утром вывели на допрос. Вопросы касались службы его в должности казначея (11.1917–05.1918): где лежит мука, золото, серебро. Ничего не выведав у святого отца, через пять дней отпустили с миром.

Иеромонах Авксентий ничуть не обиделся на власть. Он пишет: «Я возблагодарил Господа за то, что Он премудро показал мне, что такое есть темница Петра и Павла, и что затвор, что режим жесткого Диоклетиана. И пошел домой, радуясь о великом приобретении…»[10]. Сколько надо иметь доброты и сердечности в душе, чтобы, просидев на воде и хлебе пять дней и ночей в холодном подвале, говорить такие слова, как надо любить Вседержителя, как надо верить Ему.

Можно поставить точку в повествовании летописи монашествующей обители, но остается много белых пятен. Одно из них — смерть иеромонаха Герасима. Внутренний голос подсказывает, что не мог он до этого не жаловавшийся на свое здоровье, внезапно умереть. Не смогла смириться душа с несправедливостью и поруганием обители. Можно предположить, что революционные преобразования помогли 50-летнему настоятелю покинуть мир бренный и переселиться душой в жизнь вечную — царствие небесное Господа Иисуса Христа нашего. Пройдет время, и мы узнаем о последних днях жизни его, о судьбе иеромонаха Герасима.

События 1919 г.

Упразднение дореволюционных благотворительных обществ больно отразилось на монашеской братии. Им пришлось самостоятельно бороться за выживание. Не секрет, что все причты существуют за счет прихожан. Братия стала приглашать мстихинских крестьян на службу в скитскую церковь. Это соответственно не понравилось причту церкви села Никитское на Лебедани, куда были приписаны жители д. Мстихино.[11]

Приходской священник Иоанн Виноградов и псаломщик в сане диакона Феодор Чичкин в совместном рапорте в консисторию писали: «На Пасхе сего 1919 г. причт села Никитского с иконами явился в свою приходскую дер. Мстихино для хождения по домам и там узнал, что иеромонах Сергиева скита Авксентий с братией и со святыми иконами, взятыми из монастыря, обошел под этот день по домам всю деревню…[12]

…Под Николин день, 9 мая, причт получил от комиссара д. Мстихина извещение, что они икон принимать не будут из приходского храма и что они отделились от нашего прихода и храма…»[13].

Настоятель Сергиева скита иеромонах Авксентий в свою очередь подал рапорт епископу Феофану:

«… покорнейше прошу Ваше Преосвященство благословить нас на святое дело и указать надлежащий образ действий и необходимые для сего книги к вож-дению дел в законном порядке церковного устава, св. Отцев и правил св. Вселенских Собо-ров и божественных Апостолов…»[14]

Жителям деревни Мстихино было удобно иметь приходской храм под боком, и монахам ничего не стоило уговорить их написать от себя прошение:

«Припадая к стопам Вашего Преосвященства, покорнейше просим святого благословения быть нам прихожанами Сергиева скита инвалидов…»

Из дальнейшей переписки видно, что просьбу их удовлетворили половинчато. Прихожане благодарили Епархиальный Совет и советскую власть за право быть прихожанами ближайшей церкви, только удивлялись, почему не выдали Святое Миро. Крестить новорожденных младенцев приходилось в приходском храме, равно как и исполнять другие требы.

«… Мы, прихожане Никитского прихода, не родовые и не наследственные, а приписаны туда по сожжению поляками нашей приходской церкви во имя Покрова Божией Матери, отстоящей от нас на две версты. Место Покровской церкви хорошо заметно до сих пор, в особенности кладбище выделяется, где почивают вечным сном наши деды и прадеды…

Сейчас в Сергиевом скиту устроено наше кладбище, здесь мы исполняем все свои духовные требы, сюда мы и желаем быть прихожанами и здесь, дай Бог, увидим наш Покровский храм. День Покрова Богородицы мы исстари чтим трехдневным празднованием…»[15]

Подписали прошение члены церковного совета и жители д. Мстихино: Иван Шмелев, Алексей Ляхин, Федор и Яков Ложкины, Стефан Алферов, Иван Щербаков, Карп Волков. Заверено печатью и росписью председателя сельского совета Алферовым.

И в начале XX столетия коренные жители д. Мстихино чтят и отмечает престольный праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Минуло четыре столетия со времени разорения Покровского храма. И все четыре столетия, передавая из поколения в поколение, жители отмечают престол своего храма! Один Господь знает, какую благодать заслужили благочестивые жители небольшого поселка под Калугой!

Противостояние Никитского причта с прихожанами закончилось к концу 1919 г. не в пользу последних. Указом Епархиального Совета за № 3204 иеромонаху Авксентию повелено:

«Прошение о выделении св. мира и метрических книг оставить без удовлетворения. Монашествующие, как отрекшиеся мира, не могут быть приходскими священниками и не должны совершать крещение и браки. Вторжение монаха в мирской приход — недопустимо».

Он понимал сложность своего положения, но нужно было понять и причт Никитской церкви, где, кроме себя, надо кормить многочисленною семью с малолетними детьми.

Изъятие церковных ценностей

В 1919 г. имущество принято Лев-Толстовским волостным исполкомом и передано общине верующих. До массового изъятия церковных ценностей оставалось три года. Представительная комиссия прибыла 15 июля 1922 г. Скрупулезно описали имущество, вплоть до сундуков и кружек. Под ропот иеромонаха Авксентия произвели изъятие особо ценных вещей, содержащих в себе драгоценные металлы. Всего было изъято: два серебряных киота, восемь серебряных сосудов в полном составе, с двух евангелиев сняли сереб-ряные оклады и утлы, семь серебряных крестов, столько же ковшей, три серебряные сетки, кадило серебряное, две лампадки настольные и пять висячих, митра архиерейская, 19 священнических риз, 18 епитрахилей и 16 диаконских стихарей.

Надо отметить, что изъятие особо ценного имущества не первый удар по святой обители. Горькую пилюлю преподнесли Советы в сентябре 1919 г. По распоряжению Губисполкома был ликвидирован храм в инвалидном доме Сергиева скита. Иеромонах Авксентий доносил: «Св. престол и жертвенник Господа перенесены в св. храм прп. Сергия и поставлены в неприкосновенном месте, утварь также перенесена в св. храм. Иконы и иконостас помещены частию в св. храм, а частию в комнатах».

Святая великомученица великая княгиня Елисавета Федоровна[16]


Великая княгиня Елизавета Федоровна. 1909 г.

Великая княгиня Елисавета Федоровна (20 октября 1864 — †5/18 июля 1918, Алапаевск) родилась в протестантской семье. Отец ее — герцог Людвиг IV, мать — принцесса Алиса, дочь королевы Англии Виктории.

В двадцать лет она вышла замуж за Великого Князя Сергея Александровича Романова, брата императора Александра III.

В церкви Большого дворца Санкт-Петербурга состоялось венчание по православному обряду, а после него — по протестантскому в одной из гостиных дворца. По взаимному согласию брак их был духовным, так как в юности оба дали обеты девства.

В 1888 г. ей представилась возможность поехать на Святую Землю. Император Александр III поручил Сергию Александровичу присутствовать при освящении храма святой Марии Магдалины в Гофсимании, построенного в память их матери, императрицы Марии Александровны. Там, у подножья Елеонской горы, Великая Княгиня произнесла пророческие слова: «Я бы хотела быть похороненной здесь». У Гроба Господня Спаситель открыл ей Свою волю, и у нее окончательно созрело решение перейти в православие.

В Лазареву субботу, 13 апреля 1891 г., в маленькой домовой церкви Великого Князя Сергия Александровича над Елисаветой Федоровной был совершен чин принятия в православие.

Жизнь ее протекала в помощи обездоленным людям, она помогала лечить раненых воинов. После гибели мужа в феврале 1905 г. от рук террориста Ивана Каляева Елисавета Федоровна решила посвятить свою жизнь Богу. Она создала в Москве обитель труда, ми-лосердия и молитвы на улице Большая Ордынка под названием Марфо-Мариинская, в честь святых сестер Марфы и Марии.

«Я приняла это не как крест, а как дорогу, полную света, которую указал мне Господь после смерти Сергия» — так взошла Великая Княгиня в мир бедных и страдающих. За короткий срок в обители было построено два храма, больница, аптека, где лекарства отпускались бесплатно, школа, детский приют для девочек, дом для бедных чахоточных женщин на 18 кроватей, библиотека, бесплатная столовая, где обеды отпускались на дом.

В ее комнате стояла кровать без матраса, на сон отводилось три-четыре часа, в полночь по уставу — молитва, потом — обход тяжелобольных. С началом первой мировой войны начала снаряжать санитарные поезда. Даже такая благотворительность не спасла обитель от произвола большевиков.

Арестовали настоятельницу в апреле 1918 г. на день памяти Иверской иконы Божией Матери и с другими сановниками царской фамилии отправили в Уральский город Алапаевск. Вместе с матушкой Елисаветой в качестве провожатых отправились две сест-ры обители: Варвара Яковлева и Екатерина Янышева, которых в конце пути отпустили на свободу. Но сестра Варвара добилась, чтобы ее оставили при матушке и вместе с ней 5/18 июля 1918 г. приняла мученическую смерть. Они были заживо сброшены в шахту близ деревни Синячиха.

Елисавета Федоровна и князь Иоанн Константинович зацепились за край выступа на 15-метровой высоте, остальные мученики упали на дно шахты. Случайный свидетель слышал, что из глубины шахты долго раздавалась Херувимская песнь. В тяжелых муках умирали страдальцы.

После занятия армией Колчака Екатеринбурга тела мучеников извлекли из шахты, одели в белые саваны и в Алапаевской кладбищенской церкви отслужили панихиду. Потом все восемь гробов были отправлены по железной дороге в Читу, где они в течении шести месяцев сохранялись в Покровском монастыре.

Затем с невероятными трудностями переправили за границу — в Пекин. Хлопотами сестры Елисаветы Федоровны, принцессы Виктории, гробы с телами Великой Княгини и инокини Варвары через Шанхай были доставлены в Иерусалим, куда прибыли в январе 1921 г. Гробы неотлучно сопровождали игумен Серафим с двумя послушниками и член Следственной комиссии А. П. Куликов.

Первоначально гробы установили под сводами храма святой Марии Магдалины. Сбылись пророческие слова, сказанные Великой Княгиней в 1888 г. Перед канонизацией новомучеников гробницы были вскрыты комиссией во главе с начальником Русской Духовной миссии. В 1981 г. Собор архиереев Русской Православной Церкви за границей причислил их к лику святых.

Русская Православная Церковь на Архиерейском Соборе в 1992 г. также прославила преподобномучениц в лике святых. Память 5/18 июля. В 1982 г. мощи новомучениц торжественно перенесены из склепа-усыпальницы в храм святой Марии Магдалины.

«Смирением достоинство княжеское сокрывши, богомудрая Елисовето, сугубым служением Марфы и Марии Христа почтила еси. Милосердием, терпением и любовию себе предочистивши, яко жертва праведная Богу принеслася еси. Мы же, чтуще добро-детельное житие и страдания твоя, яко истинную наставницу усердно просим тя: свя-тая мученице Великая Княгине Елисовето, моли Христа Бога спасти и просветити души наша» (Тропарь, глас 1 й).

Такая вот судьба одной ветви дома Романовых, которая неразрывно связана с Калужским краем, с обителью преподобного Сергия Радонежского. Печальная судьба у той и другой стороны.

Мощи преподобномучениц обрели покой в далеком Иерусалиме. К ним едут паломники со всего мира. Прикладываются к мощам и калужане.

Сергиев скит стерт с лица земли, нет никакой памяти, один только столп невидимый духовный простер свои лучи в небеса. Попустил Господь за грехи комиссара Талдыкина разрушить обитель. Но память еще и еще раз возвращает нас в Боровой лес у деревни Мстихино. И не будет нам покоя, пока не появится часовня на месте разрушенного храма, куда будут робко переступать порог Дома Божия многоголосая молодежь оздоровительного лагеря «Спутник».

«Благодать Господа нашего Иисуса Христа и любы Бога и Отца и причастие Святаго Духа буди со всеми вами. Аминь» (2 е Коринфянам, 13, 13).
_____________
Примечания

[1]. Приезд великой княгини Елисаветы Федоровны в Сергиев скит состоялся в 1911 г. Она прибыла вместе с игуменией Покровской общины в Москве на железнодорожный разъезд № 19. Иеромонах Герасим встретил их в Сергиевом скиту на паперти храма с крестом и святой водой и словами: «С любовью о Господе Иисусе Христе встречаем Ва-ше Императорское Высочество в Сергиевом скиту, построенном в память незабвенного Августейшего супруга Вашего, Основателя и первого Председателя Императорского Православного Палестинского общества. Грядите с миром под покровом Божией Матери». (Кучмаева И. Подвиг памяти. — М., 2000. С. 79; Калужские губернские ведомости (КГВ). 1911, № 108. С. 3.)
[2]. Архимандрит Лаврентий (†28 мая 1916, Тихонова пустынь). Настоятель монастыря «Тихонова пустынь», в 1907 г. награжден орденом Святой Анны 3-й степени согласно указа Священного Синода за № 1609 уволен от должности 7 февраля 1915 г. по болезни (карточка).
[3]. Во время посещения Сергиева скита в 1911 г. великая княгиня Елисавета Федоровна подарила обители священнические и диаконские облачения, иеромонаху Герасиму образ святых Марфы и Марии (Кучмаева И. Подвиг памяти. — М., 2000. С. 80).
[4]. ГАКО. Ф. 33, оп. 2, д. 2159, л. 250 — 270. Послужные списки монашествующих и по-слушников за 1914 г. (КН. 10. С. 10).
[5]. ГАКО. Ф. 1267, оп. 2, д. 312, л. 11. Рапорт казначея Сергиева скита за 1918 г.
[6]. Там же, л. 3. Автор благодарит Юрия Владимировича Сухоцкого за информацию об архивном источнике.
[7]. ГАКО. Ф. 1267, оп. 2, д. 312, л. 2.
[8]. ГАКО. Ф. 33, оп. 2, д. 10. Дело о порядках в скиту в 1918 г.
[9]. Там же, л. 58.
[10]. Там же, л. 179.
[11]. Никитская церковь с приделом Андрея Критского в селе Никитское на Лебедани Калужского уезда построена в 1810 г. господином Андреем Николаевичем Ромашковым. Разрушена в годы Великой Отечественной войны (Морозова Г. М. Реестр церквей Ка-лужской епархии. 1990, рукопись. С. 19).
[12]. ГАКО. Ф. 1267, оп. 2, д. 1186. Дело о переименовании прихода за 1919 г. (КН. 10. С. 16).
[13]. Там же.
[14]. Там же.
[15]. Там же.
[16]. Кучмаева И. Подвиг памяти. — М., 2000; Склярова М. Вдали от мирской суеты. — Нижний Новгород, 1996; Миллер Л. Святая мученица Российская Великая Княгиня Ели-савета Федоровна. — М., 1994.
________________________________
Архивные источники и литература

1. ГАКО. Ф. 32, оп. 2, д. 1411. Дело за 1907 — 1909 гг. об открытии и освящении храма (КН. 8. С. 14).
2. ГАКО. Ф. 33, оп. 2, д. 1634. Дело о переносе деревянной церкви из Тихоновой слободы в 1906 г. (КН. 10. С. 22).
3. ГАКО. Ф. 33, оп. 2, д. 2159. Список монашествующих за 1914 г. (КН. 10. С. 10).
4. ГАКО. Ф. Р   486, оп. 2, д. 199, л. 50. Опись имущества за 1924 г. (КН. 13. С. 46).
5. ГАКО. Ф. 1267, оп. 2, д. 10. Рапорт настоятеля Сергиева скита иеромонаха Авксентия о порядках в скиту в 1918 г. (КН. 10. С. 84).
6. ГАКО. Ф. Р 1267, оп. 2, д. 312, л. 3. Дело за 1918 г. Рапорт казначея Сергиева скита иеромонаха Амвросия о погребении иеромонаха Герасима (КН. 10. С. 88).
7. ГАКО. Ф. 1267, оп. 2, д. 1186. Переименование прихода д. Мстихино в 1919 г. и опись церковного имущества Сергиева скита по трем престолам (КН. 10. С. 16).
8. ГАКО. Ф. 1267, оп. 2, д. 1263. Дело за 1919 г. о ликвидации храма при инвалидном до-ме (КН. 10. С. 24).
9. ГАКО. Ф. 1267, оп. 3, д. 155. Дело за 1918 г. Пострижение в великую схиму Николая Савельева (КН. 10. С. 15).
10. ГАКО. Ф. 1267, оп. 3, д. 467. Список монашествующих за 1919 г. (КН. 10. С. 24).
11. ГАКО. Ф. Р   1498, оп. 1, д. 714, л. 84. Опись церковного имущества за 1922 г. (КН. 4. С. 63).
12. Калужские епархиальные ведомости (КЕВ). 1904, № 17. ч. неоф. С. 546   551.
13. Быков В. П. Тихие приюты. — Изд. Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, 1993. С. 79–105.
14. Кучмаева И. К. Подвиг памяти. — М., 2000.
15. Миллер Л. П. Святая мученица Российская Великая княгиня Елисавета Федоровна. — М., 1994.
16. Николаева Ю. Венценосцы // Свете тихий. 1997, № 7. Изд. Серпуховского Высоцкого мужского монастыря.
17. Склярова М. Вдали от мирской суеты. — Нижний Новгород, 1996.
18. Сухоцкий Ю. В. Свято-Николаевская женская община // «Знамя». 1998. 17 января.

Автор: Легостаев Виталий Васильевич, калужский краевед.

Отрывок из книги: Обители земли Калужской. Калуга. 2005 г.

Источник legostaev.kaluga.net

Тэги: отделы ИППО, Калуга, Сергиев скит ИППО, недвижимости ИППО

Ещё по теме:

Пред. Оглавление раздела След.
В основное меню