RSS
Написать
Карта сайта
Eng

Россия на карте Востока

Летопись

18 августа 1914 прот. Василий Кулаков из Бари сообщает в ИППО, что война нарушила весь ход жизни на подворье

21 августа 1847 назначен членом Русской Духовной Миссии в Иерусалиме свт. Феофан Затворник

23 августа 1885 Священный Синод известил ИППО о разрешении производить "тарелочный сбор" в храмах в пользу Общества

Соцсети


Страстной цикл Н. Ге
До Голгофы


Тайная вечеря.
На евангельский сюжет (Мф.26:20–29; Мк. 14:17–25; Лк. 22:14–38; Ин. 13:1-17)
Н.Н.Ге. 1863 г. Холст, масло. 283х382.
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Не без влияния А. А. Иванова, Николай Николаевич Ге обратился к евангельским легендам для выражения своих представлений о добре и зле, о нравственных проблемах человечества. В ряду этих произведений находится,,Тайная вечеря" (1863, ГРМ, уменьшенное повторение 1866 -ГТГ). Противопоставление Христа и Иуды, трагедия человека, предвидящего предательство ученика, но готового к самопожертвованию, составляют основу драматического конфликта. Он осмыслен художником не в каноническом, религиозном, а в нравственно-психологическом плане. Картина имела в России огромный успех. Передовая критика уделила ей первостепенное внимание, отмечала и глубокую интерпретацию традиционного сюжета, понимавшуюся современниками в связи с социальными проблемами своей эпохи. Наиболее глубокий анализ картины был дан М. Е. Салтыковым-Щедриным. Знаменательно, что реакционный лагерь увидел в произведении недопустимый «материализм», картину было запрещено репродуцировать. После демонстрации ее в Петербурге Ге возвратился во Флоренцию. Шумова М. Н. Русская живопись середины XIX века. М., Искусство. 1984

Художник выбрал сюжет, к которому обращались многие мастера прошлого. Однако вместо трапезы, на которой Иисус предсказывает, что один из двенадцати учеников, сидящих рядом, предаст Его, Ге изобразил момент разрыва Иуды с Христом. Резким движением набрасывая плащ, Иуда уходит от Учителя. Напряжённый конфликт подчёркнут резким освещением. Светильник, стоящий на полу, заслонён тёмным зловещим силуэтом Иуды. Фигуры апостолов освещены снизу и отбрасывают на стену огромные тени; поднялся потрясённый Пётр, страдание написано на лице юного Иоанна, нахмурился возлежащий Христос. Создавалась эта работа основательно, в ней чувствуется убедительность деталей. Картина была восторженно встречена в России. Энциклопедия искусств

Картина была куплена у самого художника цесаревичем Николаем Александровичем, во Флоренции, в 1864 году. 


Голова Иуды.
Н.Н.Ге. 1863 г. Холст, масло. 48,5×38,2.
Этюд для картины "Тайная вечеря" (1863, ГРМ)
Государственная Третьяковская галерея, Москва

***


Омовение ног Иуде.
Николай Ге. 1890–1892 гг. Бумага, уголь. 50,5×67,5.
Собрание Кристофа Болльманна, Женева 

***


Христос с учениками выходит в Гефсиманский сад. Эскиз.
Н. Н. Ге. 1888 г. Холст, масло. 65,3×85.
Государственная Третьяковская галерея, Москва


Выход Христа с учениками с Тайной вечери в Гефсиманский сад.
Н. Н. Ге. 1989 г. Холст, масло. 142×192
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Яснее по композиции был его эскиз небольшого размера: Христос после тайной вечери сходит по ступенькам террасы; его сопровождают апостолы. На террасе, освещенной луной, он взглянул на звездное небо. Жаль, и этот прекрасный мотив остался без всякой обработки. И. Репин "Н.Н. Ге и наши претензии к искусству" ("Нива", 1899, приложения № 15)

***


В Гефсиманском саду.
Н. Н. Ге. 1869–1880 гг. Холст, масло, 258×198,5.
Государственная Третьяковская галерея, Москва


В Гефсиманском саду.
Н.Н.Ге

И, отойдя немного, пал на землю и молился, чтобы, если возможно, миновал Его час сей; и говорил: Авва Отче! все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты. Мк. 14: 35-36

***


Совесть. Иуда.
Николай Николаевич Ге. 1891 г. Холст, масло. 149х210.
На евангельский сюжет (Ин. 18:3,12-13).
Государственная Третьяковская галерея, Москва

Иногда он как бы украдкой брался за холсты и писал сцены при лунном свете, без композиции, без обработки, определив интересно только название картины, например, — «Совесть». Без комментария ничего нельзя было понять в этом холсте среднего размера. Плохо нарисованная, бесформенная спина; примитивно протянутая наискось дорога, под черным фоном пригорка, в глубине красные кляксы и черные черточки. Это должно было изображать Иуду, прикованного взором мучительной совести к жертве своего предательства — Христу, уводимому толпою с дрекольями и факелами. И. Репин «Н. Н. Ге и наши претензии к искусству» («Нива», 1899, приложения № 15)

Сам художник писал: «Лицо Иуды не важно (…) Нельзя Иуду понять, ежели не будет перед нами его преступления, смысл которого для него удаление [от] Идеала».

… Картина «Совесть» — единственная из картин Ге последнего периода, на которой не изображен Христос. О содержании этой картины Ге рассказывает так: Иуда, предавши Христа, идет следом за толпой, уводящей его. Толпа идет скоро; ученики — Иоанн и Петр — бегут следом. Иуда идет медленно: и побежать не может, и совсем отстать тоже не может. Душа его разрывается. Он вдруг понял всю гнусность своего поступка и ужаснулся перед ним. Что делать? Куда идти? Вперед нельзя, назад — некуда. «Иуда настоящий предатель, — пишет Ге в одном из своих писем к нам, — тихий, на вид спокойный, но потерявший спокойствие, потерявший то, чем жил, что любил. И отстать не может от него и быть с ним нельзя, — сам себя отрезал навсегда. Один выход такому мертвецу — умереть; он и умер».

Эта картина подверглась таким же восхвалениям и нападкам, как и „Что есть истина?“. Н. К. Михайловский в „Русских Ведомостях“ написал статью, в которой жестоко критикует картину „Совесть“ и глумится над ней. Но нашлись и страстные защитники этой картины, и некоторое время в печати шла оживленная полемика по ее поводу. Вот как описывает в одной газете впечатление, произведенное на него этой картиной, один из ее сторонников:

„Дышащие бесконечной любовью слова, которыми он (Иисус Христос) встретил своего предателя и своих врагов, резко звучали в ушах грешного Иуды. Безгрешная личность Спасителя предстала теперь перед Иудой во всем своем величии. Пробудившееся сознание более и более открывало его грех. Тяжелая дума сильнее и сильнее овладевала им, что он предал кровь неповинную. В душе Иуды поднимается ряд самых разнообразных мыслей и чувств. Его тяготит и сознание своего преступления, и злоба на своих союзников, и стыд перед людьми. Ночной мрак и тишина еще более усиливают в нем тягостное чувство. Ни одного слова сочувствия не слышит Иуда: все от него отвернулись. Он один, совершенно один среди этого мира. Адские муки, поднявшиеся в душе Иуды, доводят его до оцепенения. Смотря вслед за грубою и жестокою толпою иудеев и воинов, ведших Иисуса и уже почти скрывшихся из вида, Иуда размышляет, что теперь ему делать? И вот этот-то интересный момент Ге и изобразил на своей картине. „Фигура Иуды, закутанного в плащ, производит на внимательного зрителя глубокое впечатление: художник с поразительным искусством выразил в этой фигуре угнетенное душевное состояние предателя. Смотря на эту фигуру, ясно представляешь себе те адские муки, которые переживал Иуда в момент пробуждения совести“… Сухотина-Толстая. Николай Николаевич Ге. 1923

…Через много лет Николай Ге напишет картину «Совесть. Иуда», изобразив ученика, предавшего своего Учителя, как невнятную, закутанную фигуру со спины: Иуда смотрит в одиночестве на пропадающие во тьме, едва заметные силуэты удаляющихся апостолов и стражников, ведущих Христа. Перед нами не человек, а некое существо на пороге страшного решения – самоубийства. «Иуда мне представляется предателем, первообразом предательства при прогрессе, часто при совершенствовании, а оно есть у всякого желающего быть человеком. Старые низшие потребности, плотские, делают бунт и восстают на человека, и вот он по слабости уступает – вот и предательство. Я сделал так. Христа повели и ведут с факелами; группа эта очень далеко и скоро исчезнет; за ней бегут Петр и Иоанн. В большом расстоянии идет тихо Иуда. Он не может бросить, должен идти, но вместе с тем ему нельзя идти, и вот эта нерешительность выражается вполне в этой одинокой фигуре, идущей по той же дороге. Он и дорога залиты лунным светом, а группа удаляющегося Христа вдали по дороге освещена факелами. Ученики же бегут, еще освещенные луной, вот картина. Сегодня окончательно устроил; и все, и я сам чувствую, что правдиво, просто и вероятно…» – писал Николай Ге своему знакомому в конце января 1891 года, работая над картиной в уединении на своем хуторе.
С. Степанова «Тень материалиста Иуды» 

***


Иуда.
Н. Н. Ге. 1870–1880-е гг. Холст, масло. 50,5×43.
Художественная Галерея Фонда поколений Ханты-Мансийского автономного округа Югры
Поступление: 1997 г. 

На рубеже 1870-х и 1880-х гг. в творчестве Н. Н. Ге возобладали евангельские темы. Он отказался от канонов академизма и исторической конкретности. Историю Христа, особенно ее заключительную часть, художник воспринимал как один из эпизодов вечной борьбы Добра со Злом и неизменного торжества Зла, неприглядностью которого стремился поразить зрителя. Живопись Ге приобрела лихорадочную и пугающую взволнованность. Полотно «Иуда» характерно представляет поздний период творчества Ге, его {искания в решении евангельских сюжетов}. Художника прежде всего волновал моральный, этический аспект. Одна из его главных тем — предательство, состояние человека, остающегося наедине со своей совестью. Работа носит эскизный характер и прекрасно иллюстрирует творческий метод Ге. Драматическая трактовка образа Иуды подчеркнута колористическими находками художника, тяготеющего к экспрессионистическому осмыслению натурных впечатлений. Художественная Галерея Фонда поколений ХМАО Югры

***


Христос перед Анной.
Н. Н. Ге. 1868 г. Эскиз. Холст, масло, 44,7х67.
Государственная Третьяковская галерея, Москва

«Тогда воины и тысяченачальник и служители Иудейские взяли Иисуса и связали Его, и отвели Его сперва к Анне, ибо он был тесть Каиафе, который был на тот год первосвященником. Первосвященник же спросил Иисуса об учениках Его и об учении Его. Иисус отвечал ему: Я говорил явно миру; Я всегда учил в синагоге и в храме, где всегда Иудеи сходятся, и тайно не говорил ничего. Что спрашиваешь Меня? спроси слышавших, что Я говорил им; вот, они знают, что Я говорил. Когда Он сказал это, один из служителей, стоявший близко, ударил Иисуса по щеке, сказав: так отвечаешь Ты первосвященнику? Иисус отвечал ему: если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня? Анна послал Его связанного к первосвященнику Каиафе». Ин.18:12–13, 19–24.

***


«Что есть истина?». Христос и Пилат.
Н. Н. Ге. 1890 г. Холст, масло. 233х171
На евангельский сюжет, указанный в авторской надписи на картине (Ин. 18:38).
Государственная Третьяковская галерея, Москва
(повторение в Одесском художественном музее)

Тогда Пилат опять вошел в преторию, и призвал Иисуса, и сказал Ему: Ты Царь Иудейский? Иисус отвечал ему: от себя ли ты говоришь это, или другие сказали тебе о Мне? Пилат отвечал: разве я Иудей? Твой народ и первосвященники предали Тебя мне; что Ты сделал? Иисус отвечал: Царство Мое не от мира сего; если бы от мира сего было Царство Мое, то служители Мои подвизались бы за Меня, чтобы Я не был предан Иудеям; но ныне Царство Мое не отсюда. Пилат сказал Ему: итак Ты Царь? Иисус отвечал: ты говоришь, что Я Царь. Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать о истине; всякий, кто от истины, слушает гласа Моего. Пилат сказал Ему: что есть истина? И, сказав это, опять вышел к Иудеям и сказал им: я никакой вины не нахожу в Нем. Ин.18:33-38

В поздний период творчества Ге обращается к теме Страстей Христовых. Сюжет картины заимствован из 18-й главы Евангелия от Иоанна. В ответ на слова Христа: «Я… на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать о истине…» Пилат пренебрежительно бросает: «Что есть истина?» Христос изображен на фоне стены монолитно, как колонна или ствол дерева, а лежащие на полу концы веревок будто его корни. Фигура Пилата на освещенном солнцем полу выглядит неустойчивой, она кажется языческим идолом. Героев разделяет яркая полоса света. Л. Н. Толстой восторженно писал о картине: «Мира не может быть между Христом и миром…» и «…это верно исторически, и верно современно». ГТГ

На картине «Что есть истина?» (1890 г.) измученный Христос, стоящий со связанными руками перед Понтием Пилатом, римским правителем Иудеи, угрюм и сосредоточен. Он только что произнёс в ответ: «Я на то родился и на то пришёл в мир, чтобы свидетельствовать об истине». Пилат усмехается в ответ. Этот римлянин с мощной фигурой и свободными движениями уверен в себе, его жест выглядит издевательским. Драматический конфликт выражен отчётливо, резко и психологически убедительно. Энциклопедия искусств

Картина написана на холсте, на котором до этого была написана в 1879 году картина "Милосердие (Не Христос ли это?)". На нем была изображена женщина, подающая нищему воды. Были изображены две фигуры, пейзажный фон, палитра была более светлой и благостной. Картина Ге была выставлена в 1880 году на восьмой передвижной выставке, но автор был ею не удовлетворен и уничтожил ее, записав новым сюжетом. От предыдущей картины осталась только фотография, и на холсте между Понтием Пилатом и Христом проступает голова, похожая на тень.

Как видно, в это время в глубине души Ге все еще жил художник, вечно забиваемый доктринами, но рвавшийся к свободе и безотчетной любви к свету, к эффектным иллюзиям искусства. Это совпало у него с общим возбуждением его философского ума. Он увлекался тогда философом Ницше [Ницше Фридрих (1844 — 1900) — немецкий философ, апологет жестокой силы, сокрушающей слабых; проповедовал “религию господ”, прославлял сверхчеловека, могучая воля которого — единственный критерий добра и зла. В Германии его философия была использована для обоснования фашизма.] и везде громко и восторженно говорил о нем. Невероятным казалось слышать из уст толстовца этот искренний энтузиазм перед анархистом мысли, дерзкая смелость которого соперничает подчас с идеями самого падшего ангела.

У Ге снова появились краски, эта излишняя роскошь аскетического искусства. Заходящий свет солнца блеснул живым лучом в его картину и совершенно случайно, то есть вполне художественно, как природа, как бог, осветил беспристрастно спину Пилата, коридор римского характера, а Христа оставил в тени, тронув только часть его ноги и подол хитона. Этот горячий луч залил ярко квадратики пола из белого и черного мрамора и рефлексом отсюда, снизу, осветил все тени пыльным теплом. Художника прорвало, он искусился и закутил своим искусством, заиграл светом и тонами. Это было бесполезно для его строгой идеи, он грешил против пуританской доктрины, но, видимо, наслаждался и отдыхал в искусстве. Так писалась его картина “Что есть истина”.

В 1890 году Ге привез ее на передвижную выставку. Передвижники встретили его с большой радостью. В своих обычных годовых собраниях они избрали его председателем. Картину поставили на лучшее, какое только автор пожелал, место. На общем обеде и в собраниях Ге был оживлен и много и прекрасно говорил. Особенно много толков возбуждала теперь его последняя картина. Хвалили свет, общее построение картины, живую связь двух фигур — Христа и Пилата. Но много было недовольных фигурой и лицом Христа. Никто не желал узнать Христа в этом тощем облике с бледным лицом, укоряющим взглядом и особенно с трепаными волосами.

Ге очень серьезно и веско защищал свое произведение. Он указывал на многие трактаты святых отцов церкви, занимавшихся разрешением вопроса о внешности Христа. Большинство их утверждало, что Христос как явный протест против языческих идеалов внешности взял на себя самый смиренный и ничтожный образ человека, чтобы показать людям, что важна в человеке только душа и что самая заурядная, некрасивая личность может носить в себе великие нравственные сокровища.

Картина эта в отношении форм довольно слаба, но у людей, живущих принципами и понимающих только идейную сторону искусства, она имела большой успех; особенно высоко ставили ее те, кому посчастливилось услышать от автора картины комментарии к ней. Это были в высшей степени художественные образчики объяснений картин, и можно пожалеть, что они не стенографировались.

Во всяком случае, у картины был успех, он окрылил художника. Даже то, что картину с выставки сняли, как не отвечающую традиционным началам религиозной живописи, только возвысило картину, придало ей особый ореол гонимой и возбудило интерес к ней даже на Западе. Картина отправилась путешествовать по Европе по инициативе платонического поклонника Ге, его картины и учения — Л. Толстого. Ге заказывали повторение картины здесь и в Гамбурге. Сопровождавший выставку присылал сюда из-за границы восторженные отзывы европейских газет о картине “Что есть истина” и сведения о громадном (нравственном, но не материальном) успехе ее, особенно в массах рабочего люда.

Еще не окончила выставка курса по Европе, как картину пригласили в Америку, но с Америкой вышла неудача. Антрепренер стал жаловаться на дороговизну переезда, жизни, пошлины; требовал от автора все больше и больше денег, даже от П. М. Третьякова, которому картина была продана. Вернувшись в Россию, странный мечтатель выпустил целую книгу, изобличающую в чем-то Ге, да, кстати, и Л. Толстого, которому он, так же как и самому Ге, восторженно поклонялся прежде (см. “Дневник толстовца” Н. Д. Ильина).

Но и это не бросало уже ни малейшей тени на внутренний свет стоика. Ге не желал произнести ни одного слова в свое оправдание против целой книги обличителя. И. Репин "Н.Н. Ге и наши претензии к искусству" ("Нива", 1899, приложения № 15)

«Как могло случиться, что правительство позволило выставить публично картину кощунственную, глубоко оскорбляющую религиозные чувства, и при этом несомненно тенденциозную», – писал обер-прокурор Святейшего Синода К.П. Победоносцев Александру III. Однозначно принял картину Толстой и уговорил Третьякова приобрести ее.

***




Суд Синедриона. «Повинен смерти!».
Н. Н. Ге. 1892 г.
Государственная Третьяковская галерея, Москва

Огромное, примерно два на три метра, полотно недавно отреставрировано по уникальной технологии. «Суд Синедриона. „Повинен смерти!“ – одна из самых оригинальных, но и наименее понятых картин „страстного цикла“. Созданный в поздний период творчества Николая Николаевича Ге (1831–1894) „страстной цикл“ включает также произведения „Что есть истина?“ (1890, ГТГ), „Совесть. Иуда“ (1891, ГТГ), „Голгофа“ (1893, ГТГ), „Распятие“ (1892, Музей Орсе, Париж), „Распятие“ (1894, местонахождение неизвестно). ГТГ

.. В картине „Повинен смерти“ Ге хотел изобразить Христа, который мысленно молится за своих врагов и просит бога дать ему сил простить их, так как они „не ведают, что творят“. Он изображен стоящим в углу картины, прислоненным к стене и рукой придерживающим бороду. Мимо него проходит синедрион во всем своем величии. Первосвященники Анна и Каиафа идут торжественно, поддерживаемые слугами, с сознанием исполненного долга и справедливо решенного суда. Только Никодим, понимая то, что происходит, сидит, закрывши лицо руками, в левом углу картины. Какой-то старик, проходя мимо Христа, поднимает дряхлый палец кверху, чем-то грозя ему. Другой плюет ему в лицо. За ними — открытая дверь, через которую видно темно-синее южное небо. Сухотина-Толстая. Николай Николаевич Ге. 1923

Огромное, примерно два на три метра, полотно недавно отреставрировано по уникальной технологии. «Суд Синедриона. „Повинен смерти!“ – одна из самых оригинальных, но и наименее понятых картин „страстного цикла“. Созданный в поздний период творчества Николая Николаевича Ге (1831–1894) „страстной цикл“ включает также произведения „Что есть истина?“ (1890, ГТГ), „Совесть. Иуда“ (1891, ГТГ), „Голгофа“ (1893, ГТГ), „Распятие“ (1892, Музей Орсе, Париж), „Распятие“ (1894, местонахождение неизвестно).

Судьба картины полна превратностей, сказавшихся на ее состоянии. По цензурным соображениям «Суд Синедриона», написанный к ХХ Передвижной художественной выставке 1892 года, был сразу же запрещен к экспонированию президентом Императорской Академии художеств великим князем Владимиром Александровичем. Лишь немногие могли видеть картину в конференц-зале Академии в канун открытия выставки. После наложения запрета автор увез «Суд Синедриона» в свое имение на хутор Ивановский Черниговской губернии, где продолжал работать над полотном. Как следует из писем художника Л.Н.Толстому, Ге много раз переписал фигуру и лицо Христа.

После смерти Н.Н.Ге в 1894 году сын художника Н.Н.Ге-младший послал две его последние картины – «Суд Синедриона» и «Распятие» (1892) – Л.Н.Толстому в Ясную Поляну. Для перевозки холсты были сняты с подрамников и свернуты в рулон, который был обернут газетами. Дочь писателя Т.Л.Сухотина-Толстая, занимавшаяся живописью, вновь натянула холсты на подрамники и постаралась удалить фрагменты газет, влипшие в красочный слой, но удалось это лишь частично. В нескольких местах газетный шрифт отпечатался на живописи. В 1897 году Н.Н.Ге-младший передал картину «Суд Синедриона» в дар Третьяковской галерее. Очень недолго она входила в экспозицию, что подтверждают фотоснимки 1898 года, а затем была перенесена в фонды Галереи.

В ХХ веке полотно Н.Н.Ге мало выставлялось уже не из-за цензуры, а в силу плохой сохранности. Холст обветшал и деформировался, пленка лака пожелтела и помутнела, многочисленные тонировки изменились в цвете. Это сильно искажало авторский колорит и мешало восприятию произведения. В последний раз картина экспонировалась на монографической выставке художника, прошедшей в Третьяковской галерее в 1981 году, и с тех пор находилась в запаснике. Несколько поколений реставраторов и хранителей Третьяковской галереи долгие годы пытались разрешить проблему восстановления картины, осложненную большими размерами холста (201,3х297,5 см). Реставрация ветхого полотна с многослойной живописью, вздутиями красочного слоя, сеткой кракелюра и значительными утратами являлась сложной технологической задачей. Методику для ее решения разрабатывали на протяжении ряда лет. После реконструкции зала Н.Н.Ге картина займет место в постоянной экспозиции. ГТГ

См. о реставрации полотна видеосюжет на канале Культура 

Тэги: Евангелие в живописи, страсти Христовы, Ге Н.Н.

Ещё по теме:

Пред. Оглавление раздела След.
В основное меню