RSS
Написать
Карта сайта
Eng

Россия на карте Востока

Летопись

23 мая 1173 в паломничестве в Святой Земле скончалась прп. Ефросинья Полоцкая, княгиня из рода Рюриковичей

23 мая 1882 В.Н.Хитрово в письме к архим.Леониду сообщает, что Иерусалимская Патриархия уклонилась от поздравлений по случаю открытия ИППО

23 мая 1903 православные жители Назарета выразили Совету ИППО соболезнования по поводу кончины В.Н. Хитрово

Соцсети


Сельский пастырь - восторженный почитатель Св. Земли и щедрый жертвователь на ее нужды

(Незабвенной памяти о. протоиерея П.П. Затворницкого)

25 января 1912 г. скончался на 72 году жизни заштатный протоиерей П.П. Затворницкий, почетный член Императорского Православного Палестинского Общества. Сын священника села Дейкаловки, Петр Прокофьевич образование свое закончил в 1862 г. со званием студента семинарии в Полтавской Духовной семинарии и поступил на службу в Полтавское уездное Духовное училище учителем. Добросовестным исполнением своих прямых обязанностей и выдающимися качествами ума и сердца Петр Прокофьевич обратил на себя внимание правившего в то время Полтавской епархией архиеп. Иоанна (Петина), который поручил ему даже воспитание своего племянника. Плохое состояние здоровья, однако же, побудило П.П. Затворницкого отказаться от должности учителя в Полтаве и занять более скромное место учителя сельского народного училища в родном селе Дейкаловке, куда через год, в 1865 г., он был и хиротонисан во священника, занимая в то же время должность законоучителя и учителя той же школы.

Как человек выдающихся умственных и нравственных качеств, к тому же пользовавшийся благосклонностью местной епархиальной власти, о. Петр скоро приобрел весьма почетное положение в ряду своих собратий и, имея их доверие, нес обязанности уполномоченного на окружных съездах, члена благочиннического совета, депутата местного благочиннического ведомства и наблюдателя церковно-приходских школ 4-го округа Зеньковского уезда. Успешное преподавание им Закона Божия в местной сельской школе не только поощрялось денежными наградами губернского и уездного училищного совета, но и снискало ему благословение Св. Синода.

Столь плодотворная пастырская деятельность ревностного о. Петра Затворницкого не могла остаться незамеченной и со стороны епархиальной власти, а посему ему предложено было в 1877 г. занять место священника при Свято-Духовском соборе г. Ромен, первое служение в коем совпало с днем Преображения Господня. Здесь он исполнял обязанности члена уездного Роменского училищного совета.

В Ромнах о. Петр оставался всего лишь один год с небольшим. Родное, насиженное гнездо и дорогие сердцу могилы потянули к себе скромного и привыкшего к сельской тишине о. Петра, и 22 октября 1878 г. он простился со своей роменской паствой. Но, возвратившись в родную Дейкаловку*, о. Петр, потерявший перед тем нескольких детей в Ромнах (их у него было семь человек), лишился в 1879 г. и достойнейшей своей подруги жизни.

______________________

* О. Петр еще раз покидал свою Дейкаловку на пять лет, будучи назначен протоиереем собора в уездном городе Зенькове и уездным благочинным.

______________________

В 1882 г. его постигло новое тяжелое семейное горе: у него умер последний 15-летний сын - гимназист Иаков. Эту тяжелую потерю о. Петр имел поразительное мужество оплакать в красноречивом слове, произнесенном над гробом любимого сына в назидание его товарищам по гимназии. Чем был для несчастного отца умерший сын - это о. Петр выразил в следующих словах: "Ты, Сердцеведче, Сам знаешь, для чего лишил меня, как сокровища моего сердца, как светлейшей утренней звезды, любимейшего сына, лучшего моего друга, я же, всегда бедный и немощный, особенно в настоящую годину, пораженный глубокою скорбию, не знаю, как мне быть, что предпринять. Мысль, что нет моего Иакова со мною - моей светлой радости, моей дорогой надежды, моего лучшего семейного утешения, - томит мою душу, теснит мое сердце ("Пастырский голос". Вып. III. Полтава, 1896. С. 91).

Оставшись совершенным "бобылем", о. Затворницкий не впал в малодушное уныние и безутешные скорбь и отчаяние, но постарался недостаток личного семейного счастья заменить приходско-семейным благополучием и преданным служением благу духовных чад родного села, которому он отдал лучших 1 б лет своей пастырской деятельности. Между о. Петром и его прихожанами с. Дейкаловки установились столь близкие и родственные духовные связи, что порвать их казалось в одинаковой степени тяжело и пастырю, и его духовным любящим детям. О. Петр, отличаемый начальством, переводился из родной деревни в Ромны, в Зеньков и Полтаву (в 1866 г.) к Воскресенской церкви, но скоро же, или по собственному влечению сердца, или по желанию и неотступной просьбе своих прихожан, возвращался в любимую Дейкаловку. "Имея целью проходить преподавательскую обязанность в градском учебном заведении, я, - говорил о. Затворницкий в своем слове по поводу перемещения в Полтаву, - уже готов был к разлуке с вами, зная, что и разделившее нас пространство не может изгладить доброй памяти о тех людях, которые пользуются пастырской искренней к ним преданностью и тем священным чувством, которое называется любовью. Видимая наша разлука никогда не изгладила бы из моей души той мысли, что вы составляли собою первых духовных моих детей и прямодушных братии... Тронутый убедительным приглашением - быть здесь (т.е. в Дейкаловке. - А.Д.), которое мне предложено было многими из вас и притом от имени всего прихода, полагая в этом обстоятельстве выражение вашей благорасположенности, хотя и не заслуженной мною, я, в надежде на милость Божию, обратился к Преосвященному Владыке и просил его воли оставить меня на теперешнем месте пастырства - среди вас. Благоснисходительный архипастырь не отвергнул моего просительного обращения и вашего желания: он благословил мою решимость остаться с вами и подвизаться на пастырском поприще среди тебя, добрая и благорасположенная паства!" ("Пастырский голос". Вып. I. С. 87).

Столь доверчивые и благорасположенные отношения пасомых к своему пастырю, установившиеся между обеими сторонами, имели весьма отрадные последствия для устроения церковно-приходской жизни в с. Дейкаловке. Прихожане его выказали и "усердное участие, доставив благовременную помощь к поддержанию материального положения своего пастыря и его семейства" (Там же. С. 82), и свое ревностное усердие к благоукрашению своих приходских храмов. За три первые года служения о. Петра в Дейкаловке денежные доходы возросли в количестве 636 руб. 99 коп., исправлены священнослужительские облачения, вновь приобретены некоторые предметы ризницы на сумму свыше 58 руб. 64 коп., куплено Евангелие, окованное серебром, 9 больших подсвечников накладного серебра, 4 посеребреные лампады и кадильница накладного серебра на сумму 150 руб. 50 коп. (Там же. С. 85). В 1872 г. о. Петром в храме, воздвигнутом еще в 1771 г., "сделаны были некоторые перестройки: новый фундамент, закрытые крыльца с южной и западной сторон храма, переменены полы с устройством солеи, внутренность храма и колокольни окрашены светлой масляной краской, иконостас, окрашенный белой краской с позолотой, получил новую живопись и поставлены на обеих сторонах киоты - каждый на протяжении шести аршин в длину" (Там же. С. 92). В том же году в кладбищенском храме "поставлен новый благолепный иконостас, новоустроены притворы, в виде галерей, пристройка ризницы, положены во всем храме новые полы, снаружи и внутри произведена окраска стен" (Там же. С. 93).

В слове, произнесенном на торжестве освящения этого храма, указывая прихожанам, что "благолепие храма не есть небесная добродетель или какая-либо доблесть, но есть общая и, так сказать, непременная обязанность", о. Петр свидетельствовал, что "переустройство нашего храма есть дело общего участия всех местных братии - христиан, и как средства, так и некоторые труды в обновлении нашего храма были нашим общим приношением. Заблаговременно приготовившись к делу храмового переустройства, мы от самого начала открытия храмовых работ до окончания их шли безостановочно бодро и прямо к цели обновления храма и - благодарение Богу - достигли ее: наши старания увенчались полным успехом" (Там же. С. 94-95).

В 1873 г. прихожане с. Дейкаловки пожертвовали в приходский храм большой колокол, который они приобрели "по собственному своему желанию", "по своему благому и свободному выбору и усердию" (Там же. С. 97).

Уроженец с. Дейкаловки, сын приходского сельского пастыря, проведший дни своего детства и юности среди насельников, о. Петр имел возможность сблизиться с народом и знакомиться с ним весьма легко, изучить все его насущные нужды и духовные запросы и в своем ревностном пастырском служении "общественно-народному благу" старался давать ответы на них в своих простых и доступных по форме, но глубоких и жизненных по содержанию поучениях, беседах и речах, вышедших в свет в пяти выпусках под названием: "Пастырский голос", удостоенных Ученым комитетом Министерства народного просвещения малой премии им. Петра Великого.

В своих проповедях о. Петр и научает свою паству истинам веры и христианской нравственности, и предостерегает ее от совращения в раскол и сектантство и от увлечений модными учениями социалистической пропаганды, дает и полезные житейские советы. Воттемы его поучений: "Грех святотатства и воровства", "Средства к уничтожению причин воровства в среде народа", "Необходимость верности и откровенности свидетельских показаний", "Молитва в присяге и правда в суде", "Что нужно соблюдать в торговле", "Ученье - свет, а неученье - тьма", "Как должно проводить и как проводятся наши праздники", "Падеж скота и меры против него", "Спасение от эпидемической болезни", "Необходимость человеколюбивого призрения нищих-калек", "Избрание лиц в сельско-общественные должности", "По поводу оповещения о распространении лжеучителей-революционеров", "Темные явления в светлые дни праздника Христова Воскресения", "Чем должна быть пастырская проповедь для пасомых, в особенности ввиду неблагоприятных явлений местно-общественной жизни", "Современная пора благорастворенного воздуха и тяжкая година непочитания священно-церковных праздников", "Призыв к воинской повинности во время освобождения южных славян от турецкого ига", "Неурожай хлеба и объяснение его значения", "По поводу жалоб на общественные бедствия", "Благотворность современных весенних дождей; высокое преимущество благодатных вод пред тлетворностью социалистического учения", "Необходимость умеренности и воздержания после поста", "Необходимость права собственности, засвидетельствованная по Высочайшему повелению. Божественность происхождения владельческого права и вопиющее нарушение его в современной жизни", "Нравственные причины происшедшего пожара среди местных жителей", "Милость Господня в ниспослании благовременных дождей и важность предприятия решительных мер против местно-эпидемической болезни - дифтерита", "По поводу предпринятых мер к удалению заразы горловой болезни и прекращение умножения хлебных жуков", "Что необходимо для Русской земли от злодейства и преступлений", "По поводу народного возбуждения против евреев" и т.д. Но самой излюбленной темой пастырских поучений о. Петра к своим прихожанам была тема о вреде пьянства. Этому народному пороку в "Пастырском голосе" уделено о. Петром около трети всех поучений, причем вопрос о народном пьянстве рассматривается им с точек зрения нравственной, социально-бытовой, экономической, гигиенической и др. Вот темы этого рода в его "Пастырском голосе": "Дерзость пьянства", "Людям, предающимся пьянству, не следует быть в храме", "По поводу развивающегося пьянства, как причины крайнего развращения", "Состояние дела предполагаемой местно-народной трезвости", "По поводу народного колебания в деле трезвости", "Крещение Господне и объяснение великого преимущества естественных вод перед водами искусственными - спиртными", "Увещание к духовным чадам, да пребывают в непоколебимой трезвости", "Радость и сожаление при свидании с пасомыми" (открывшими шинки, закрытые, при разлуке с ними, перед отъездом его на Восток в первое путешествие), "Дальнейшее состояние местно-общественной трезвости", "Необходимость предпринятой меры трезвости", "По поводу нарушения страха Божия в богослужебном храме", "Народное стремление и правительственное содействие в общественной трезвости", "Сколько употребляется денежных средств на покупку и распивку хмельных напитков местно-приходским народом", "По поводу составленного счета денежных средств, употребляемых на хмельные напитки", "По поводу закрытия местных питейных заведений", "Общенародное движение к трезвости в населениях Зеньковского уезда", "Наставление к деятельной христианской любви, при условии которой возможны общественная честность и народная трезвость", "Возможность достижения общественной трезвости и необходимость жить трезвою жизнью", "По поводу подтверждения жителями с. Дейкаловки общественного приговора о закрытии местных питейных заведений", "Крайность непомерного употребления спиртных напитков и современная необходимость общественной трезвости", "Новое проявление народной трезвости и пастырский призыв к нравственному уврачеванию", "Вступившие на путь трезвости должны быть верными ей до конца", "Всеми мерами храните воздержание от хмельных напитков", "Кто согрешил - сей или родители его, товарищи или те, которые способствовали открытию питейного заведения" (24 сентября 1883 г.), "Трезвитесь, братья, живите во славу Божию и в радость православного Царя", "Гибельный порок - нетрезвость - расслабляет душу и тело, пора нам освободиться от него", "Пример жизни святых - образец для нашей жизни. Царское слово к народу о трезвости. Промыслительная воля Божия".

Пастырская проповедь в храме о народной трезвости хотя была и неустанна, и настойчива, но она была не единственным его средством в борьбе с этим тяжелым народным недугом. Ему о. Петр посвящал и другие свои литературные публицистические труды. Так, им была издана в свет специальная брошюра под заглавием "История местно-общественной народной трезвости в селе Дейкаловке Зеньковского уезда" (Полтава, 1882) и оставшийся в рукописи ненапечатанным, но одобренный к печати Московской духовной цензурой и, по духовному завещанию, предназначенный к печати в ближайшем времени, сборник его проповедей под названием: "Трезвость - путь спасения".

Упорно веденная о. Петром Прокофьевичем пропаганда местной народной трезвости, как известно, сопровождалась благими последствиями, и в с. Дейкаловке закрывались, по крайней мере на время, питейные заведения. Противодействий этому благому делу о. протоиерей встречал много и со стороны содержателей питейных заведений, и самих обитателей с. Дейкаловки, и даже со стороны местного земства, но это не смущало энергичного и настойчивого пастыря, ревнителя народного оздоровления и его материального благополучия, и он излюбленной своей темы не покидал до конца дней своей жизни, чему ярким доказательством служит и его поучительное во многих отношениях предсмертное духовное завещание.

О. Петр, в своем трудном пастырском служении, с целью "получить новую силу, ободрение, освежение, мир, свет, освящение, облагодатствование", неудержимо влекомый "потребностью религиозного возвышения души" ("Пастырский голос". Вып. II. С. 5), в 1872 г. предпринял первое свое путешествие в Св. Землю, или "к священному Востоку".

Возвратившись из этой поездки по Св. Земле, о. Петр, воздавая радостное благодарение Господу Богу за свое благополучно совершенное путешествие, 14 января 1873 г. делился с любимыми своими прихожанами вынесенными впечатлениями.

"Истинно памятным остается для меня, - говорил о. Петр, - тот усерднейший прием братии Афонского Андреевского подворья в Константинополе, которым я пользовался в течение почти недели времени на пути к Иерусалиму и обратно. Светлы и отрадны для воспоминания дружелюбное внимание и многие услуги, предоставленные мне от начальника (Н.С. Сафонова) и чиновников, служащих на русском пароходе "Буг", на котором плыл я к Иерусалиму и обратно до Константинополя. За истинный дар и высокое счастье почитаю выражение благорасположения ко мне настоятелей церквей - архимандритов о. Антонина и о. Смарагда, которые братски приняли меня в соборное совершение богослужения: первый - в праздник святителя Николая 6 декабря в Иерусалиме, а второй - в праздник Рождества Христова в Константинополе. Но выше выражения благодарного чувства поставляю то святительское благословение архиеп. Херсонского Высокопреосвященного Димитрия (Муретова), по архипастырскому благословению которого мне, на время морского плавания, позволено было взять запасные Дары святого причащения. Присутствие этого высочайшего духовного якоря доставило всем православным путникам-пассажирам нашего парохода христианское мужество во время морских непогод и полную надежду на безопасность в случае болезни (на пароходах Русского Общества [Пароходства и Торговли] нет определенных в должности священников. - А.Д.) кого-либо из наших путешественников" (Там же. Вып. I. С. 183).

В Иерусалиме о. Петр нашел "русский приют". "Благодаря православно-деятельному участию Русского правительства, его усердным попечением, - по словам о. Петра, - в Иерусалиме устроен удобный и очень просторный приют для квартирного помещения православных паломников. Он заключает в себе особые здания для мужского и женского полов, имеет все необходимые хозяйственные пристройки и больницу. Обширное пространство, занимаемое приютом, иначе называемое Русским подворьем, усажено палисадниками и садами. Стройное двухэтажное здание русских миссионеров и великолепно устроенная и освященная русско-православная церковь во имя Пресвятой Троицы составляют украшение священного города. В русско-миссионерском здании находится и домовая церковь во имя св. Марии Магдалины. В обеих русских иерусалимских церквах совершается богослужение на нашем родном языке...

Наши православные миссионеры действуют там не только словом, сколько своей благочестивой христианской жизнью и добрыми хозяйственными приобретениями замечательных по воспоминаниям палестинских земельных владений (о. о. Антонин, Стефан и Вениамин). Что же касается просвещенно-попечительнейшей деятельности русско-иерусалимского о. архимандрита, то она сильна принести чадам Православной Церкви высокое утешение" (Там же. С. 193-195).

Но первое путешествие на Восток о. Петра было непродолжительно и не удовлетворило его. Вот как он объясняет сам причину этой своей неудовлетворенности.

"Я до сего времени, - сознается он в проповеди 18 марта 1873 г., - не изгладил чувства своего сожаления, что не мог подробно обозреть все священно-палестинские места и принести им молитвенно-христианское поклонение, что не мог напитать, как должно, и моей души. Теперь, братия, вполне убеждаюсь в том, какое большое расстояние между желанием и исполнением, между намерением и делом. Желая насытить свою душу и сердце от духовного источника высочайших палестинских святынь, я предполагал избрать ту благую Мариину часть (Лк. 10,12), чтобы поближе и подольше быть при ногу этих святынь самого Господа, и чтобы поучаться от них больше и больше. Но желание мое не увенчалось полным успехом. Происшедшие в тех местах на Востоке между греками и болгарами несогласия и распри воспрепятствовали осуществиться моему желанию более продолжительного там пребывания и большего ознакомления со святыми палестинскими местами.

Правда, можно было силою благой воли поставить себя выше бывших палестинских обстоятельств и не поддаваться людским опасениям. Но где взять того апостольского Павлова мужества, чтобы не бояться ни тесноты, ни гонений, ни меча и никаких бед (Рим. 8,35-39)? Как не подчиниться влиянию обстоятельств, как не быть пораженным скорбию души мелкому слабому слуге, при виде неумолимого поражения, претерпеваемого благочестивейшим и ревностнейшим пастырем?" (Там же. С. 208) О. Петр имеет в виду низложение с кафедры апостола Иакова Блаженнейшего Патриарха Иерусалимского Кирилла II, заподозренного в панславизме, и объявление Иерусалимской Патриархией болгар схизматиками.

Неудовлетворенный первым путешествием по Святой Земле, о. Петр через два с половиной года решился предпринять вторичное путешествие туда же. "Обязанный долгом искренней пастырской откровенности, не скрою перед вами, - говорил своим прихожанам о. Петр Затворницкий в храме 11 марта 1875 г., - что данный мною обет призывает меня к исполнению обещанного: я отправляюсь в заветные места палестинских святынь, и уже получил от начальства полное право к совершению пути, пути довольно трудного, не близкого, требующего немалого времени" (Вып. II. С. 131). Возвратился о. Петр из этого путешествия в Дейкаловку 31 августа 1875 г.

Это второе по счету путешествие в Св. Землю о. Петра Затворницкого во многом не было похоже на первое его кратковременное там пребывание и является для нас ныне красноречивым показателем того, чем может быть "словесный" пастырь для наших русских паломников, посещающих св. места Палестины под его руководством, и какую великую нравственную пользу он может принести им в деле их руководительства по св. местам.

"При обходе градов и весей Востока для меня, как для простого путника - поклонника святынь, - пишет о себе о. Петр в предисловии ко II выпуску своего "Пастырского голоса", - довольно было находиться в полном безмолвии, в тихом наставлении самого себя, в напоении и удовлетворении собственной души благодатными водами Слова Божия, обильно открытыми в Святой Земле не буквами или словами, но воспоминаниями о самых событиях и историческими памятниками. Благостьже Божия, по своему любвеобильному промышлению о человеке, удостоила меня, последнего из пастырей, послужить проповеди Слова Божия в тех святейших местах, где благовествовали Христос Господь, святые пророки и Богомудрые апостолы. Видимые обстоятельства, вызвавшие меня к такому делу проповедничества, были следующие.

Проходя св. местами Востока и тронутый неведением священного значения сих святых мест, усматриваемом в моих спутниках, я поставлен был в необходимость вступать с ними в беседования, чтобы хотя отчасти объяснить им значение тех прославленных мест Св. Земли, на которые они смотрели и не видели... кланялись и не знали, почему кланяются. Таким образом, я должен был, учась сам, простирать учение и на неведающих, должен был не только сам кланяться, но и других возбуждать к христианскому поклонению. И страннический мой посох указывал мне обширнейшее поле быть провозвестником Слова Божия между людьми, искавшими и жаждавшими духовного света учения" (Там же. С. 6-7).

Благодаря указанному обстоятельству, почти половина II выпуска "Пастырского голоса" составилась из кратких, но живых и жизненно-практических поучений о. Петра, произнесенных им перед паломниками на св. местах Палестины. Вот эти поучения: "Мысли у Гроба Господня в Неделю слепорожденного", "Мысли у Гроба Господня в праздник Светлого Воскресения"", "Вифлеем", "Гора Елеон в праздник Вознесения Господня", "Гефсимания и Гефсиманский храм", "Голгофа", "Сион и прощальные мысли при разлуке со спутниками и Востоком", "Иерусалимский Васильевский монастырь", "По поводу совершения богослужения у Мамврийского Дуба", "Иордан и купание в нем", "Самарянская женщина пред Спасителем у колодезя Иакова", "Мысли при посещении развалин Севастии", "Мысли при посещении окрестностей Самарийского города Дженина", "Гора Фавор", "Тивериадское море", "Чудесное насыщение 5000 мужей пятью хлебами и двумя рыбами", "О Нагорной проповеди Спасителя", "Чудо, совершенное Господом в Кане Галилейской", "Мысли, выраженные в Назаретском храме Благовещения", "По поводу экзамена в Назаретской семинарии", "Наставление воспитанникам Назаретской семинарии".

Если дополнить этот круг поучений, сказанных о. Петром Затворницким на св. местах Палестины, несколькими новыми, например, у Камня миропомазания, на Гробе Господнем, в храме Воскресения, на месте Обретения Креста Господня и др., то получился бы прекрасный сборник поучений, настоятельно необходимых как для наших паломников в Св. Земле, так особенно для наших иеромонахов, сопутствующих нашим караванам и, отчасти по недостатку начитанности в истории Св. Земли и святоотеческой литературе, а главным образом - от утомления в пути под зноем и непогодой, лишенных возможности составить или сказать экспромтом свое слово в назидание совершенно необразованным простецам-паломникам, часто питающимся при этих путешествиях лишь вздорными и легендарными рассказами наших проводников-черногорцев и бывалых хвастунов-ходоков по Св. Земле. О. Затворницкий, таким образом, положил доброе начало полезному делу, которое, по указанию августейшего Председателя Общества, ныне составляет предмет его усердных забот, и дай Бог, чтобы это дело нашло ревностных продолжателей среди наших пастырей-паломников.

Чтобы иметь некоторое представление о литературных достоинствах этих паломнических поучений о. Затворницкого и их жизненно-практическом назидательном характере, мы приведем здесь выдержку из его поучения к спутникам под заглавием: "Иордан и купание в нем".

"По сложившемуся среди местных поклонников предрассудочному учению, некоторые верят, - говорил богомольцам проповедник на Иордане перед купаньем, - что погрузившиеся в водах этой реки, бывшей древлекрещальною водою, тем самым будто бы приняли крещение, крещение славнейшее и святейшее. Не поверил бы я существованию такого темного, слепого и нехристианского учения, если бы некоторые из вас не просили меня быть вашим восприемным и крестным отцом. Не осуждая вас, братия, в детском легковерии, готовом приобрести здесь нового крестного отца, с пастырской любовью сообщаю вам, что как правильно крещенные в священных водах от законно поставленных духовных отцов, вы уже не имеете никакой нужды в крещении, которое, как величайшее таинство, совершенное раз в жизни, никогда больше не повторяется. Потому самому не смешивайте, братия, предстоящего нашего купанья в этих водах с крещением - св. таинством, которое вы приняли, как и прочие наши православные собратья, еще в младенчестве, не называйте, простодушные братия, и меня крестным вашим отцом; крестные отцы - те, которые воспринимали вас от купели таинства крещения, мы же с вами не более, как братия, спутники и споклонники святых палестинских мест" ("Пастырский голос". Вып. II. С. 12-13).

Из Иерусалима о. Петр направил свой путь на св. Афонскую Гору, где он был радушно принят и обласкан братством русских обителей, и где, как и на Св. Земле, он неоднократно выступал со своей проповедью, характеризуя эти поучения со свойственным ему смирением так: "Проповедь как послушание Афонской русской обители" (имеется в виду русский Ильинский скит), "Посещение Афона" (в Руссике), "Русский Афонский скит" (Андреевский скит), "Прощание с Афоном". В этой последней речи на Афоне, сказанной в русском Пантелеимоновском монастыре, о. Затворницкий исповедуется: "И сколько милость Господня в деле поклонения св. местам судила нам принять добра нравственного и религиозного, - о принятии его мы должны постараться позаботиться. Сколько щедродательная благодать Божия в лице Афонско-Русской обители наделила нас (имеются в виду частицы мощей св. великомученика Пантелеймона и св. мученика Харлампия, полученные им для Дейкаловского храма. - А.Д.), мы, славя, величая и благодаря Отца небесного, дивного во святых Своих, должны хранить, как залог крепкого и возрастающего братского нашего с ними союза" (Там же. С. 78).

В "Письмах к родным и разным уважаемым лицам", напечатанным во II выпуске его "Пастырского голоса", о. Петр изобразил все свои странствования по Св. Земле и по другим местам Востока, связанным с пребыванием Спасителя и Божией Матери, как, например, в Египет и на Афон, и оставил нам в них немало весьма интересных черт своих отеческих отношений к прихожанам своего родного села. О своей пастве, о своих духовных детях с. Дейкаловки о. Петр не забывает даже в день Св. Пасхи у Живоносного Гроба Господня, ими он занят на Афоне, и к ним он пишет весьма сердечные послания из Египта (Каира) и из других мест. "Настоящее письмо (из Иерусалима 17 мая 1875 г. - А.Д.) хотел бы приспособить как продолжение последнего (описание путешествия в Назарет. - А.Д.) с характером описательно-повествовательным, но моя душа смущена известием о нарушенной у нас народной трезвости, что и самые мысли как будто сжимаются, обращаясь к одному и тому же предмету - печальному повороту местно-народной жизни, изменившей прежнему направлению..." (Там же. С. 273), и далее следуют прещения и советы практического свойства.

В канун своего кладбищенского храмового праздника, очутившись в Каире, о. Петр пишет одному из своих друзей сердечное послание со следующим горячим убеждением: "Созови старейшин нашей веси, собери лучших людей прихода и моли их моим именем и именем самого Господа, пусть они восстанут на защиту чести своего народа, пусть позаботятся восстановить трезвость, изгоняющую шинководство - эту бездонную, всепоглощающую и всепожирающую пропасть" (Там же. С. 281).

По возвращении из путешествия, находясь под неотразимым влиянием глубоких и неизгладимых впечатлений, вынесенных им из поездки по св. местам Православного Востока, о. Петр употребляет все силы своей восторженной души и любящего сердца, чтобы передать эти переживаемые им глубокие впечатления живо и тепло и своим духовным детям. Своему путешествию по Востоку он посвящает несколько проповедей: "Духовное общение со святою горою Афоном", "Примеры из афонской жизни. Современное церковное пение на Афоне и у нас", "Кто мы по сравнению с жителями Афона и в чем может быть спасение наше в мире", "Выражение благодарности и признательности поклонника Св. Земли", "Иерусалим и его основание", "Сведения о дальнейшей судьбе Иерусалима", "Краткие сведения о теперешнем состоянии Иерусалима и о направлении в нем православно-миссионерской деятельности", "Главнейшие иерусалимские святыни", "Присутствие иерусалимских святынь в православном богослужении", "Поклонники святых мест", "Обстоятельства возвращения палестинских поклонников", "Поучайся судьбами Св. Земли" и "Храни тебя Бог пренебрегать кем-либо из народов земли".

В последнем из названных поучений о. Петр, делясь со своими слушателями вынесенными наблюдениями над жизнью магометан-турок на Востоке, ставит им в пример: 1) их трезвость, 2) братолюбную между собою честность и 3) благоговение в храмах и примерное стояние их на молитве. В предпоследнем же поучении проповедник дает характеристику деятельности Императорского Православного Палестинского Общества в Св. Земле и приглашает слушателей к пожертвованиям* на его нужды. "От благословения Божьего и развития деятельности и сил Православного Палестинского Общества, - говорил о. Петр, - будет зависеть хозяйственно-материальное возвышение и религиозно-нравственное благоустройство поклонников Иерусалима и Палестины. И нет сомнения, с течением времени, по мере лучшей постановки положения православных палестинских поклонников, численность их будет все возрастать и увеличиваться. Дай Бог, чтобы благочестивое дело поклонения величайшим в мире святыням достигало доброй цели - освящения и просвещения, развития истинной любви к Богу и ближним" ("Пастырский голос". Вып. V. С. 94).

______________________

* Императорское Православное Палестинское Общество, кроме этого слова, имело еще два воззвания о. Петра, составленных им специально для произнесения пастырями в неделю Ваий перед сбором на нужды Св. Земли. Поучения эти носят такие заглавия: "Богатство Св. Земли великими святынями" и "Что особенно священного в Св. Земле". Напечатаны они в 1899 г., по просьбе о. Петра.

______________________

В убежденном сознании благотворности паломнических путешествий в Св. Землю особенно для православных пастырей, в ясном понимании громадной пользы, приносимой Православным Палестинским Обществом в Палестине и Сирии, и в плодотворности его задач и целей вообще, о. Петр в 1894 г. 15 ноября добровольно выразил намерение принести в дар Обществу участок "удобной земли", в 50 десятин и 180 кв. сажен, в Полтавской губернии на следующих условиях: 1) "чтобы приносимая в дар земля, составляя собственность Императорского Православного Палестинского Общества, была ограждена от продажи, и 2) чтобы доходы ее от арендного содержания, по усмотрению Императорского Православного Палестинского Общества, поступали так: первые два года владения на общие предметы и цели, которые составляют высокопросвещенную задачу Общества, другие два года доходы дарствуемой земли назначались в пособие малосредственным и бедным православным паломникам Св. Земли и раздавались в виде стипендии лицам разных званий, в особенности сельско-приходскому православному духовенству в количестве не менее 33 рублей в одни руки, или как лучше признают высокопросвещенные распорядители, но с обязательством и усердной просьбой, обращенной с моей стороны к стипендиатам - молиться, особенно у светоносных святынь Гроба Господня, о присных (близких) сердцу лицах, принадлежавших роду убогого и всех последнего дарствователя.

Предполагаю, что пособие паломникам-простолюдинам со стороны стипендий денежных, или оплаченных палестинских книжек, может некоторых из тех (паломников) сберечь от крайности попрошайства, что иногда роняет наших собратий. (Заявляю об этом не без опытного наблюдения, бывши паломником Востока в 70-х гг.) А стипендии в пользу православного приходского духовенства дадут ему возможность лично, наяву познакомиться с Востоком и его давними историческими святынями, и, таким образом, воочию откроется во всем величии и широте высший Божественно-евангельский свет для живого и совершеннейшего привнесения его в среду православно-приходских паств.

3) Представляемая в дар земля может быть проданною, по усмотрению Императорского Православного Палестинского Общества, лишь при условии необходимости средств в пользу возможного в будущем сооружения православного храма на Востоке. Но и при такой исключительной необходимости, жертва на стипендиатов-паломников Св. Земли должна быть продолжаема с половинной части процентов вырученного от продажи земли и оставленного неприкосновенным капитала".

В пункте 4 говорится о величине участка и о необходимости сдавать его в аренду.

5) "Если почему-либо сочту излишним, или же поставлен буду в необходимость прекратить продолжение владения остающимися у меня земельными участками, то, буде возможно, просил бы сообщить, какой беспрепятственный путь к быстрой передаче бесспорного законного владения в дар Императорскому Православному Палестинскому Обществу без обеспокоения его предварительным сношением, и возможен ли в этом деле быстрый переход тех земельных владений, которые не могут подлежать духовным завещаниям" (письмо в Совет Общества № 32 от 9 декабря 1894 г.).

Одновременно почти с первой докладной запиской о. Петр представил и вторую следующего содержания:

"Тленная земля и ничтожный пепел (Сир. 17,31), еще осмеливаюсь обратиться к Совету Императорского Православного Палестинского Общества. При всем крайнем, не встречаемом убожестве, последней нищете и немощах моих, удостоившись быть в 1872 и 1875 годах паломником Востока, я составил некоторые воспоминания о Святой Земле, в виде пастырских бесед и писем, и, между прочими родами пастырских изложений, издал их в названном "Пастырском голосе". Упомянутое издание "Голоса", по признанию разных органов духовной критики, названо пригодным и применительным для православного прихода, а в 1884 г. Ученым Комитетом [Министерства] народного просвещения удостоено премии императора Петра Великого. Если не обременю высокопросвещенного Императорского Православного Палестинского Общества, которое, в видах духовного просвещения народа, благопопечительно издает произведения православно-народного характера, то рад буду принести свою убогую литературную жертву и предоставить Императорскому Православному Палестинскому Обществу, по моей смертной кончине, а буде удобно, то и раньше, издание моих изложений, предназначенных в пользу народно-нравственного православно-христианского развития. Эти изложения следующие:

1) Три выпуска, или тома, "Пастырского голоса", изданные в 1874,1879 и 1882 гг.

2) Восемь выпусков, или томов, "Пастырского голоса" в рукописях, изложенные в таком направлении, как и первые выпуски.

3) Отдельное издание, также в характере народном: "Трезвость - путь спасения". Оно в настоящее время находится на рассмотрении Ученого Комитета вместе с 6-м и 9-м выпусками "Пастырского голоса"" (письмо в Совет Общества № 34 от 11 декабря 1894 г.).

Палестинское Общество "щедрое приношение" о. Петра Затворницкого приняло с радостью, предназначив доходы с жертвуемых земельных участков "на облегчение пути в Иерусалим лиц духовного звания". Что же касается издания его сочинений, то Общество, принимая предложение о. Петра "с глубокою благодарностью", соглашалось воспользоваться этим предложением лишь "по мере возможности его средств", но принять на себя обязательство немедленно печатать его почтенные труды воздержалось (ответное письмо от 27 января 1895 г.).

В новой докладной записке, поданной в Совет Общества 2 марта 1895 г., о. Петр, возвращаясь еще раз к своему дару в 50 десятин земли, пишет следующее: "Назначение этого приношения состоит, между прочим, в том, чтобы половинная часть дохода с упомянутой земли была предоставлена в пособие средств православно-приходских пастырей-паломников Православного Востока. Цель такого назначения упомянутого приношения состоит в том, чтобы приходские пастыри шире и обильнее могли принести свет от восточных святынь в среду своих приходских паств, и там - в славном Востоке, пред его великими благодатными святынями - вознесли молитвы за почивших о Господе близких по духу и родству, [а также] к немощному и всех последнему жертвователю упомянутого приношения... Независимо от изложенных оснований по поводу приносимого дара, приводя на память священно-вдохновенное слово пророка Божия: Утешайте, утешайте, люди Моя, глаголет Господь, священницы глаголите в сердце Иерусалиму, утешайте и яко наполнися смирение его (Ис. 60,1 - 2).

Вижу, как бедно и ничтожно мое приношение пред многообъемлющей священной задачей, осуществляемой Православным Палестинским Обществом в служении Православному Востоку, и пред величием Востока с его дивными святынями. А потому, в некоторое дополнение убогого моего приношения, готов предоставить в распоряжение Императорского Православного Палестинского Общества и остальное, что мне вверено от общего Высшего Распорядителя, именно: самую убогую лепту, состоящую в издании "Пастырского голоса", 3-х выпусков печатных, 8 выпусков в рукописях - всех одиннадцать томов "Пастырского голоса", и особой брошюры в рукописи под заглавием: "Трезвость - путь спасения". По моем смертном часе, предоставляю Императорскому Православному Палестинскому Обществу право издания означенных сочинений... Позволяю себе при этом выразить, что дальнейшее издание "Пастырского голоса", как взятого по содержанию преимущественно из жизни народной и применительно по изложению к той же жизни, может быть предназначено для народно-просветительной цели путем раздачи экземпляров сочинения простолюдинам-паломникам Востока, или как изволит признать Совет Императорского Православного Палестинского Общества, если найдут целесообразным изъявить согласие на убогое посмертное мое приношение".

Совет Палестинского Общества, как мы сказали, с радостью принял почтенный дар о. Петра на выраженных им условиях и поручил о. прот. В.Г. Базилевичу выполнить необходимые формальности по передаче дара в собственность Общества (дело № 549 от 17 мая 1895 г.), причем свою авторитетную поддержку в исполнении необходимых формальностей пообещал ему и Михаил, епископ Прилукский (№ 548 от того же 17 мая). В благодарность за этот ценный дар Совет Императорского Православного Палестинского Общества избрал о. Петра Затворницкого своим пожизненным почетным членом (№ 971 от 25 августа 1895 г.), каковое избрание он принял "с благоговейным молитвенным чувством". "Весьма радуюсь и о том, - писал он в Совет Общества в ответ на это избрание, - что имена близких моему сердцу о Господе почивших отец и братии помянутся пред Живоносным Гробом Господним теми благоговейными посетителями св. мест Востока, которые получат вспомоществование от лепты, посвященной на это дело". О. Петр Затворницкий одновременно с этим выразил согласие принять на себя от имени Совета и "заведывание предоставленной им землею, в количестве 50 десятин и 180 сажен", высылая ежегодно в Совет арендную плату за участок (письмо от 14 сентября 1895 г.). Арендная плата с пожертвованных им трех участков земли поступала в Общество от о. Петра Затворницкого с редкой исправностью. Согласно условиям дара, половина арендной платы, в сумме 140 руб., должна была передаваться Обществом "лицам бедного приходского духовенства, отправляющимся на поклонение св. местам Востока". Возникло поэтому в Обществе затруднение в исполнении этого пункта желания о. Петра, и оно признало "более целесообразным, чтобы следуемая на выдачу пособий сумма была препровождаема ежегодно начальнику Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, которому и поручить раздачу пособий, по его усмотрению, наиболее нуждающимся лицам сельского духовенства, прибывающим на богомолье в Св. Землю. Способ этот еще тем заслуживает внимания, что русское духовенство, как обязанное жить в Иерусалиме в доме Духовной Миссии, постоянно находится в общении с начальником оной, а потому сему последнему бывает всегда известно имущественное положение паломника из духовных лиц" (дело № 872 от 21 сентября 1896 г.). Однако же, прежде приведения в исполнение этого плана, Совет счел необходимым запросить мнение по сему вопросу самого жертвователя.

"По поводу благоволительно сделанного мне предложения, - писал о. Петр в ответ на запрос Совета Общества, - чтобы я сообщил свое мнение, каким путем предоставлять пособие из дохода, получаемого от принесенного мною дара Палестинскому Обществу, заключающегося в разных участках земли, половинная часть которого предназначена св. мест Востока поклонникам, преимущественно сельского духовенства, честь имею выразить следующее: чтобы Императорское Православное Палестинское Общество не было обременено могущими последовать с разных сторон прошениями и заявлениями о выдаче "палестинской" в пользу духовенства стипендии, и чтобы последняя по возможности достигала доброго своего назначения, предполагаю, что ее полезно бы отсылать в распоряжение, сообразно назначению, в какой-либо из Отделов Императорского Палестинского Общества, на срок не менее трехлетний, для вручения поклоннику Востока в количестве 75 рублей одному лицу. Епархиальные Отделы Палестинского Общества, поочередно получая "палестинскую стипендию" в пользу поклонников св. мест Востока из сельского духовенства, вполне будут знать, кому из местных поклонников, отправляющихся на Восток, достойно и благонадежно предоставить эту субсидию, ради пастырской православно-просветительной и религиозной цели. Это мнение мое личное. Самое же распоряжение вполне зависит от усмотрения высокопочтенного Совета Императорского Православного Палестинского Общества". К этому о. Петр присоединил желание, чтобы паломники-стипендиаты снабжались "экземпляром из предварительно заготовленных синодиков (помянников)" с именами следующих лиц:

"За упокой и спасение иерея Симеона, Марию, иерея Прокофия, Екатерину, Анну, Иакова, Зинаиду, Валериана, Михаила, Константина, Иоанна, Меланию. Младенцев: Николая, Александру, Харлампия, Олимпиаду, Сергия со сродниками их и всех усопших христиан" (письмо в Совет Общества от 21 ноября 1896 г.).

Совет Общества, однако же, остался при своем прежнем мнении и начал передавать вторую половину арендной платы за полтавские участки в распоряжение начальника Русской Духовной Миссии, выразив желание, чтобы "палестинская стипендия" о. Петра раздавалась "наиболее стесненным в денежных средствах духовным лицам* исключительно сельского духовенства" (13 февраля 1897 г. № 1844).

______________________

* Здесь уместно отметить, что в 1899 г. Совет Императорского Православного Палестинского Общества выдал 30 марта священнику Тобольской епархии Павлу Трофимову, 62-х лет, совершившему, "за неимением средств", более половины пути до Петербурга пешком и отсюда отправившемуся на поклонение св. местам Палестины, 150 руб. Кроме того, было выдано денежное пособие священнику Н.С. Гроссу, посетившему Св. Землю во время летних каникул, с поручением ему составить ряд поучений для простого народа, предназначенных к произнесению на св. местах Палестины.

______________________

28 декабря 1898 г. о. Петр Затворницкий вошел в Совет Общества со следующей докладной запиской:

"Господь Промыслитель вложил в мое убогое сердце недавно принести в дар Императорскому Православному Палестинскому Обществу 50 десятин пахотной, сенокосной и лесной земли, в поминовение блаженной памяти отошедших в вечность моих родителей, братии и скончавшихся о Господе моих чад. Да будет имя Господне благословенно! И в настоящее время, молитвенно получив помощь Божию и всемощное Матернее благословение Царицы Небесной, решаюсь вновь принести в дар Императорскому Православному Палестинскому Обществу всю свою родовитую и наследственную землю, которая нигде не заложена и не состоит в долгах, в количестве 170 с лишком десятин пахотной, сенокосной и лесной доброкачественной земли с жилым домом, постройками и садом. Да будет имя Господне еще и еще благословенно! Покорно прошу Императорское Православное Палестинское Общество благоволения принять означенный мною дар на том основании, как и прежний (в главном пункте), а именно:

1) чтобы половинная часть доходов с жертвуемой земли поступала в свое время в поддержку путешествующих на поклонение Св. Земли, преимущественно бедного состояния православных пастырей, и чтобы последние, пребывая во святом месте, идеже стоясте пречистыя нозе Христа Спасителя, принесли бы теплое моление о почивших моих родителях, бывших моих отечественников и о мне, недостойном, всех последнем рабе;

2) жертвую означенную землю в дар с тем, что Императорское Православное Палестинское Общество теперь же может ввестись во владение жертвованною землею по дарственной моей записи, но вступает в формальное законное владение и распоряжение землею и что на ней по моей смерти. Если бы, сверх чаяния, моя жизнь продолжилась, то Императорское Православное Палестинское Общество, в десятый год, по вводе во владение, может вступить в свои распорядительные права, но с тем, чтобы до конца моей жизни половинную часть моего дохода с жертвуемой земли предоставляло на содержание жертвователя (т.е. мое), с правом моего жительства в жертвуемом доме с садом.

В заключение выражу не как условие жертвы, но как искреннее стремление моей души, вовсе не зависящее от приносимого дара. Если бы, по особенной милости Божией и во внимание к моему слабому здоровью, требующему поддержки воздухом теплого климата, мне предоставлено было, как исключительное благоснисхождение, и я удостоен был бы назначения в число священнослужителей-миссионеров Православной Иерусалимской Миссии, как вдовый священник, то, преклоняясь пред милостивою волею Божией, готов предоставить Императорскому Православному Палестинскому Обществу право владения жертвуемою землею и ранее моей смерти, когда мои стопы будут направлены к святейшему святых месту".

Совет с благодарностью принял новый щедрый дар о. Петра и поручил тому же о. прот. В. Г. Базилевичу ввести Общество во владение и этой жертвуемой землей. Что же касается желания о. Петра "переселиться во Св. Град", то Совет согласился употребить все свое старание, дабы удовлетворить оное, и по сему вопросу вошел в переписку с начальником Русской Духовной Миссии и Управляющим подворьями Общества в Иерусалиме (№ 1730 от 1 декабря 1898 г.), прося того и другого "предоставить ему возможные удобства, и сообразуясь со свойственными старцам привычками", на точных условиях по его содержанию, которое будет оплачиваться из средств Общества (№ 1763 и № 1764 от 5 декабря 1898 г.).

О. Петр, обрадованный известием о принятии его дара Советом Общества и о хлопотах устроить его в Св. Земле, писал в Совет Общества от 10 декабря 1898 г. следующие, не лишенные для характеристики его личности, строки: "Но како будет сие? Скажу предварительно, что препятствий в этом деле много и во мне, и вне меня: 1) муж грешный из грешных есмь; 2) неспособный на добро из неспособнейших; 3) болезненный, немощный и слабый из слабейших; 4) восстают на меня бездна многа, 5) завиствующих неблагожелателей моих - пропасть глубока; 6) кто есмь, что дерзаю как бы усвоять себе высочайшие и святейшие места, идеже стояли пречистыя ноги Христа Спаса; 7) если не умел достойно петь песнь Господу в земле родной и отечественной, како воспою священную песнь в Земле Святой, великой и превознесенной; 8) кто даст мне криле, яко голубине, и полечу, и поживу во спасение не только свое, но и близких моих? На эти вопросы с верою и упованием на Создателя всяческих благих ответствую: от человек невозможно сие, от Бога же вся возможна. А потому, как Господу изволися, так и да будет. Буди имя Господне благословенно во всем и на всяком месте".

Но в передаче Обществу второго дара встретились серьезные затруднения формального свойства. Свои земли о. Петр назвал родовыми, а в силу этого заявления он лишил себя права и передать их (Т. X. Часть I, ст. 991) в пользование Общества, и мог бы сделать это лишь по купчей крепости, что, однако, вызвало со стороны о. Затворницкого намерение серьезно обдумать этот вопрос, ввиду "отсутствия у него всякого намерения продавать свою землю" (письмо о. Базилевича от 6 июля 1899 г.). "Что касается предложения Императорского Православного Палестинского Общества о передаче остающейся родовой моей земли и усадьбы в Палестинское Общество путем купчей крепости, то, думаю, - писал о. Петр в Общество, - если будет воля Господня, чтобы и остальное мое владение поступило в распоряжение Палестинского Общества, тогда я могу, на основании предоставленной доверенности, при часе смертном, безусловно передать то, что хотел передать, да не удалось. В настоящее же время молю Господа, пусть Отец Небесный приимет во Свой жертвенник бывшее мое решение о предоставлении всего родового моего имения в пользу палестинских православных интересов. Но так как на пути этого дела встретилось серьезное препятствие, то, надеюсь, самое время с его обстоятельствами, являющими пути Божий, покажут, как поступить и что предпринять".

В заключение этого письма, принося Обществу "глубокую благодарность за предоставление ему в течение нескольких годов распоряжаться участками земли, 50 десятин, принесенных им в дар", о. П.П. Затворницкий просил Совет Общества "снять с него это полномочное распоряжение Дейкаловско-Палестинскими земельными участками", причем он же рекомендовал своего ближайшего соседа, священника села Власовки Зеньковского уезда о. Феодора Аксюка на свое место в качестве доверенного от Совета Общества по управлению этими участками (письмо в Совет Общества № 36 от 9 ноября 1899 г.). О. Феодор Аксюк несет эти свои обязанности и до настоящего времени, будучи "ознакомлен с хозяйственным положением этих земель и со всеми данными, необходимыми для благоуспешного и возможно лучшего заведования ими" лично самим о. П.П. Затворницким. Отдавая в Общество свой последний, самый тщательный и аккуратный, отчет в исполнении добровольно принятых на себя перед Обществом обязательств по управлению им же самим подаренных земельных участков, этот палестинолюбец прибавляет следующее: "Что касается моих благих и главнее всего себя, то об этом не престаю молить Господа и из глубины души вопиять к Нему, да скажет мне путь, в оньже пойду, и даст мне помощь, ведение и силу взять свой крест, а не другой - не предназначенный и не принадлежащий мне, а потому и не спасительный, но истинный крест - мне усвоенный, благоплодный, душеспасительный. Всех последний многогрешный Петр" (письмо в Совет Общества от 14 июня 1900 г.).

Приведенное письмо о. Петра было последним в Палестинское Общество, и всякая переписка с ним, к глубокому сожалению, совершенно прекратилась на целых одиннадцать лет. Общество о кончине этого почетного члена и щедрого жертвователя узнало лишь стороною из газет и путем наведения справок у о. Феодора Аксюка, управляющего полтавскими земельными участками, подаренными о. Петром Затворницким в Общество. Оказалось, что мысленно о. Петр и за этот долгий период своего молчания не порывал связи с Палестинским Обществом. Со слов о. Г. Рудинского, находившегося многие годы "в личной дружбе" с о. Петром, "дважды напутствовавшего его в загробный мир" и его душеприказчика, мы узнали, что всю свою жизнь в последние годы о. Петр Прокофьевич "проводил в молитвенно-возвышенной атмосфере. Обладая большим материальным достатком, который давал ему возможность жить, ни в чем себе не отказывая, Петр Прокофьева, однако, вел чрезвычайно скромный образ жизни, ограничивая свои потребности до крайности и с виду непонятной скупости. Только в предметах, служивших ему для удовлетворения религиозных потребностей духа, он не знал расчета. Так, в последнее время он увлекался собиранием икон древнего письма, на что расходовал значительные суммы. Жилые комнаты Петра Прокофьевича были уставлены иконами, в большинстве кисти местных художников, и он любил совершать пред ними моления; на многих иконах записаны молитвословия, составленные им лично, и все они проникнуты теплотой чувства и горячей верой. Охотно он приобретал музейные вещи: древние монеты, старопечатные церковнославянские книги, ноты, предметы древневизантийско-го периода, как-то: вазы, домашнюю посуду, различные окаменелости. Последние предметы в большинстве добыты им с южного берега Крыма, где процветали некогда греческие колонии. Домашним своим музеем он вправе был гордиться. Все это указывает на то, что Петр Прокофьевич привык жить в сфере высших запросов человеческого духа. На то же указывают и щедрые жертвы его в пользу четырех русских Духовных академий... и оставление крупной доли своего немалого достояния на поддержание веры православной в местах подвигов Спасителя нашего" через Императорское Православное Палестинское Общество.

Распорядился о. Петр Затворницкий своим родовым и благоприобретенным имуществом с формальной стороны рационально. Согласно со своими намерениями, высказанными в вышеприведенных докладных записках в Совет Палестинского Общества задолго до своей кончины, в своем замечательном по содержанию духовном завещании, составленном нотариальным порядком 11 января 1912 г., т.е. всего за 15днейдо кончины, о. Петр ясно и определенно выразил свою волю в следующих интересных для наших читателей пунктах:

"Второе: Собственно мне принадлежащее, благоприобретенное, недвижимое имение, состоящее Полтавской губернии Зеньковского уезда, в с. Дейкаловке и Дейкаловской, Зеньковской, Зайченской и Кирилло-Анновской дачах, заключающееся в пятнадцати участках разного рода и качества земли, с лесами и другими угодьями, всего мерою примерно двести семнадцать десятин, тысяча шестьсот семьдесят восемь сажен... завещаю Императорскому Православному Палестинскому Обществу на предмет поддержания Православия на Востоке (в Св. Земле). При этом со стороны Палестинского Общества желательно совершение, обязательно не менее четырех раз в год, панихидного служения с поминовением меня и родственников моих (имена их см. выше)... На предмет осуществления настоящей моей воли, Палестинское Общество должно пользоваться доходами с вышеуказанной завещаемой земли, или же по усмотрению Палестинского Общества земля эта может быть продана за цену, какая будет признана подходящей, и в таком случае из вырученной суммы должен быть образован неприкосновенный фонд, доходы с которого должны идти на указанную цель.

Третье: На предмет приспособления для устройства четырех санаториев для нуждающихся в климатическом лечении учащихся и учащих в Духовных академиях: Петербургской, Московской, Киевской и Казанской, завещаю собственно мне принадлежащие, благоприобретенные четыре дворовых места со всеми постройками и службами, находящиеся в г. Балаклаве, Севастопольского уезда... Заведывание завещаемым каждой Академии дворовым местом с постройками возлагаю на Совет подлежащей Академии, а равно предоставляю Совету подлежащей Академии право продать завещаемые дворовые места за цены, какие будут признаны подходящими, но с тем, чтобы из вырученных от этого капиталов были бы образованы специальные фонды, долженствующие служить вышеуказанному прямому назначению. Возлагаю на вышеуказанные Академии обязанность совершать ежегодно не менее четырех торжественных панихидных служений с поминовением меня и всех родственников моих, указанных во втором пункте сего завещания.

Четвертое: На родственницу мою Татьяну Ивановну Затворницкую возлагаю обязанность: а) издать в течение двух лет со дня моей смерти все имеющиеся у меня рукописи литературно-пастырского характера, в количестве не менее тысячи экземпляров каждого названия или отдела и б) быть хранительницей принадлежащих мне и собранных мною киотов и святых икон, составив им, при участии содушеприказчика, подробную опись и, согласно этой описи, в течение полутора лет передать их в ведение епархиального начальства Полтавской губернии, для помещения этих киотов и святых икон в тот из соборов Полтавской губернии, где для этого будет подходящее помещение, так как они своею коллективностью составляют известную ценность.

Пятое: Завещаю по одной тысяче рублей внести вечным вкладом в Государственный Банк в пользу двух церквей с. Дейкаловки: Всех-Святской и Рождество-Богородичной, на предмет выдачи процентов с этого капитала наличному причту тех церквей, для поминовения меня и всех родственников моих, указанных во втором пункте сего завещания. При этом, если Рождество-Богородичная церковь была бы когда-либо перенесена на другой погост, то в таком случае причт Рождество-Богородичной церкви не будет уже пользоваться правом на получение процентов с завещаемой одной тысячи рублей, а такое право переходит причту Всех-Святской церкви.

Восьмое: Весь могущий оказаться излишек капиталов, а равно выручку от издания рукописей завещаю в фонд на устройство церквей в переселенческих приходах Сибири".

Таким образом, об о. Петре Затворницком можно смело ныне говорить словами его речи, произнесенной перед прихожанами 14 января 1878 г., "что не напрасен был его труд страннического поклонения, что он достиг святынь Господних не одними стопами или внешним присутствием, но и воспринял их как Божественный завет, всем сердцем и душою" ("Пастырский голос". Вып. I. С. 182-183), что "бесценная благая Иерусалима он помнил вся дни живота своего", и это непрестанное памятование поистине "служило крепким стражем его души" (Вып. II. С. 54).

Совет Императорского Православного Палестинского Общества, приняв щедрую жертву на поддержание Православия в Св. Земле о. Петра Затворницкого с глубокой благодарностью, в заседании, происходившем 20 февраля с. г., под председательством Ее Императорского Высочества великой княгини Елисаветы Федоровны, постановил: имя почившего жертвователя записать на мраморную доску в Александро-Невском храме в Иерусалиме у Порога Судных Врат, имена его и его родственников внести в синодик для вечного поминовения на неусыпной Псалтири, читаемой в том же храме, и четыре раза в году: в дни рождения и именин о. Петра, написания им духовного завещания и смерти его совершать в Иерусалиме у Порога Судных Врат и в Петербурге в Николо-Александровском храме на 2-й Рождественской [улице] торжественные заупокойные литургии и панихиды.

Дмитриевский А.А., профессор, секретарь Императорского Православного Палестинского Общества в 1906-1918 гг.

Опубликовано: Сообщения Императорское Православное Палестинское Общество. 1913. Т. XXIV. Вып. 1. С. 60-88.

Литература и жизнь

Тэги: почетные члены ИППО, благотворители

Пред. Оглавление раздела След.
В основное меню