Последователь «великого Карла» вышел из тени
Предварительный эскиз росписи купола Исаакиевского собора кисти Петра Басина представлен посетителям ГМП «Исаакиевский собор».
Петр Басин. «Вознесение Богоматери». 1843 г.
Когда говорят о росписи интерьеров Исаакиевского собора, в первую очередь называют имена Карла Брюллова и Федора Бруни. И только потом вспоминают имя Петра Басина. А ведь именно этот живописец достойно завершил работу, начатую Брюлловым, и стал одним из соавторов грандиозного проекта.
В Екатерининском приделе Исаакиевского собора открыта выставка одной картины — именно для росписи купола этого придела Петр Басин и написал эскиз «Вознесение Богоматери». Посетители собора могут, подняв глаза к куполу, сравнить эскиз с оригиналом. Сейчас эскиз находится на постоянном хранении в фондах Новгородского объединенного музея-заповедника, откуда его на выставку привезла Наталья Григорьева, генеральный директор музея. К ним в Новгород работа Петра Басина попала в 50-е годы прошлого века в результате распределения экспонатов по музеям, особенно пострадавшим в годы войны.
Петр Васильевич Басин, выдающийся русский религиозный, исторический и портретный живописец, учился в Академии художеств. Окончив ее с золотой медалью, он в качестве поощрения получил пенсионерскую поездку в Италию. И так увлекся красотами Рима, что задержался там на целых 11 лет. Император Николай I личным письмом потребовал возвращения «блудного пенсионера» в родные пенаты.
К росписи интерьеров Исаакиевского собора Басина привлекли по личному приглашению автора проекта здания, архитектора Огюста Монферрана, в очень драматичный момент: Карл Брюллов серьезно заболел, вынужден был отказаться от дальнейшей работы и уехал лечиться сначала на остров Мадейра, потом в Италию, где и умер спустя три года. Басин к тому времени уже был известен росписями церквей (он, в частности, расписывал церковь Зимнего дворца), и именно его Монферран пригласил завершить работу в главном соборе столицы Российской империи.
В официальной историографии собора пишут, что Басину фактически нужно было лишь дописать фоны некоторых полотен и, по эскизам «великого Карла», сделать еще несколько картин. Но представленный сейчас в соборе эскиз росписи плафона говорит о куда более значительном вкладе Басина в окончательное оформление Исаакия.
«Монферран пригласил Басина как самого сильного художника, способного создать росписи, достойные этого собора, — говорит Наталия Толмачева, сотрудник научного отдела Государственного музея-памятника «Исаакиевский собор». — И он был глубоко порядочным человеком. Когда Брюллов по состоянию здоровья уже не мог продолжать работу и император разрешил Басину продолжить его дело, художник не приступал к работе до тех пор, пока Брюллов лично не подписал это разрешение. Петр Басин не только завершил роспись купола Екатерининского придела, но и написал фигуры евангелистов в четырех парусах собора и сцену Нагорной проповеди в центральном аттике. Хотя ему было очень непросто работать: на него смотрели с большим пристрастием — как бы он не повредил живопись „великого Карла“, и даже впоследствии никто не писал „живопись Брюллова и Басина“, везде стояло только имя Брюллова».
Сейчас научный отдел ГМП «Исаакиевский собор» готовит большой издательский проект — книгу «Художники Исаакиевского собора», в которой будут представлены все живописцы, трудившиеся над его оформлением.
Выставка открыта до конца сентября.
Наталья Шкуренок