RSS
Написать
Карта сайта
Eng

Россия на карте Востока

Летопись

26 ноября 1095 Папа Римский Урбан II на Клермонском соборе провозгласил Первый крестовый поход

26 ноября 1914 в Петербурге состоялось совещание по вопросу о русских научных интересах в Палестине

27 ноября 1883 скончался крупнейший чаеторговец России А.С. Губкин, действительный член ИППО

Соцсети


Доклад Е. П. Ковалевского «Русские научные интересы в Палестине и прилежащих областях»

Петроград

1915 г..
На правах рукописи. Печатается с сокращениями.

Совещание по вопросу о русских научных интересах в Палестине.

Состав.

Проф. орд. академик В. В. Бартольд, проф. В. Н. Бенешевич, Юрисконсульт Св. Синода М. Я. Дьяконов, проф. H. H. Глубоковский, засл. проф. A. A. Дмитриевский, Член Госуд. Думы Е. П. Ковалевский (докладчик), проф. орд. академик П. К. Коковцов, засл. проф. орд. академик Н. П. Кондаков (председатель), прив.-доцент И. Ю. Крачковский (секретарь), засл. проф. орд. академик В. В. Латышев, проф. орд. академик Н. Я. Марр (тов. председателя), засл. проф. орд. академик П. В. Никитин, засл. проф. Н. В. Покровский, проф. М. И. Ростовцев, Старший хранитель Императорского Эрмитажа прив.-доцент Я. И. Смирнов (секретарь), проф. И. И. Соколов, проф. Б. А. Тураев, засл. проф. ордин. академик Ф. И. Успенский, Председ. Моск. Археолог. Общ. гр. П. С. Уварова, гр. П. А. Уварова, проф. Б. В. Фармаковский, Г. С. Фонвизин.

ОБЪЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА

Война с Турцией, которой предшествовала односторонняя отмена капитуляций, ставит на очередь вопрос об обеспечении при заключении мирного трактата русских религиозных и научных интересов в пределах нынешней Турецкой Империи и, в частности, в Палестине [340] и прилегающих к ней областях. Не предрешая исхода войны в смысле дальнейшей судьбы Турции, мы должны подготовиться к разным возможностям. С научной точки зрения особый интерес представляют собственно Палестина, Сирия, Финикия и Синайский полуостров.

Еще в 1901 году проф. П. К. Коковцов, ныне ординарный академик, представил в Императорское Православное Палестинское Общество записку, в которой привел соображения в пользу усиленного изучения русскими учеными указанной территории.

«Эпоха, которую мы переживаем, останется, без сомнения, навсегда памятною в летописи человеческих знаний необыкновенными открытиями в области древнейшей истории человека на земле и блестящим расцветом археологической науки. Глубокий интерес к прошлому, в особенности к самому отдаленному прошлому, лишь в известной степени удостоверенный теми сведениями, которые можно было извлечь из ограниченного числа сохранившихся литературных памятников древности, должен был, естественно, рано или поздно заставить человечество обратиться за пополнением своих знаний к вещественным остаткам прошлого.

Среди стран с более или менее известным историческим прошлым, привлекающих к себе особенное внимание археологической науки, первое место, естественно, занимает, наряду со странами древнегреческой культуры, так называемый классический Восток в общепринятом значении этого термина, т. е. Египет, Передняя Азия с Сириею и Палестиною, страны по течению рек Тигра и Евфрата и прилежащие части древнего Ирана. Исследованием этих древнейших очагов человеческой культуры особенно усердно и настойчиво занимается до самого последнего времени историческая наука. Поразительные результаты, добытые совокупными усилиями именно в этой области, всем слишком хорошо известны, так как они составляют предмет особенной гордости современного человечества, наряду с величайшими открытиями и изобретениями. Известны всему образованному миру и имена тех лиц, которым мы обязаны громадным прогрессом наших знаний по истории древнего Востока. Не менее, однако же, известен всем следившим за движением археологической науки тот бросающийся в глаза и до нельзя обидный для русского самолюбия факт, что среди этих имен почти не замечается представителей русской науки, т. е. что именно в исследовании стран со всемирно-историческим прошлым, тех стран, на которых преимущественно сосредоточивается интерес образованного мира и где за последние сто лет были сделаны самые замечательные археологические находки, русские археологи принимали самое ничтожное участие. Я едва ли сильно ошибусь, если скажу, что за все прошлое столетие русская археологическая деятельность на почве классических стран древнего Востока выразилась более или менее заметным образом, собственно говоря, лишь в известных раскопках на Русском месте в [341] Иерусалиме, произведенных в 1883 г., да еще в ряде небольших изысканий и экскурсий, предпринятых отдельными русскими любителями археологии на свои частные средства, преимущественно в Египте и в сравнительно небольших размерах.

Спрашивается теперь, можно ли, однако, помириться с таким положением дела, не отвечающим, конечно, ни мировому политическому положению России, ни современному прогрессу русской науки во всех областях знания. Ни один народ в мире не связан до такой степени неразрывно с древностями Палестины, как русский народ, нигде, казалось бы, не может и не должна, в таком случае, проявляться и более живая деятельность по всестороннему археологическому изучению Палестины, как именно у нас в России. Было бы настоящим позором для русских ученых, как русских людей, т. е. родных по плоти и крови тем тысячам русских паломников, которые неудержимо стремятся ежегодно, несмотря ни на какие препятствия и часто со всевозможными лишениями, в Святую Землю, если бы именно этой Святой Земле в русской археологии было отведено одно из самых последних мест, особенно в настоящий момент, когда другие образованные народы готовятся еще усилить свою деятельность в этом направлении и ими, например, уже проектируется ряд постоянных археологических центров в самой стране и, в частности, в Иерусалиме».

Со времени представления записки П. К. Коковцова прошло более 12 лет; за это время было сделано немало русскими учеными, и раньше имевшими, кроме того, иногда исключительные заслуги в разработке мусульманских и, особенно, христианских источников по истории Св. Земли, но и в настоящее время записка эта сохраняет вполне свое значение. Затруднения, испытываемые русскими научными, религиозными, благотворительными и просветительными учреждениями, как в области правовой, так и общественной, и, в частности, научными учреждениями в области научных изысканий и раскопок, достигли высшей степени.

В деле научных работ общая атмосфера в пределах Турции неблагоприятна, но до сего времени европейцы и в частности Россия пользовались целым рядом привилегий, которые помогали добиваться нужного вне общих правил. Ныне, если по окончании войны не будет издано новых законов, или если не будут до издания их подтверждены прежние права европейцев, — работа в Палестине станет невозможна. Ожидать в Палестине изменений всего правового уклада в скором времени едва ли возможно: кому бы ни принадлежала в Палестине государственная власть, трудно рассчитывать на полное упразднение мусульманского права после войны, ввиду того, что 80% населения там мусульмане. Целесообразнее поэтому настаивать на особых условиях для культурно-просветительных учреждений.

По вопросу об исследовании памятников древности и праве раскопок надлежит также принять ряд мер. Директор Русского [342] Археологического Института в Константинополе Ф. И. Успенский высказал по этому поводу нижеследующие соображения:

«Так как ныне действующий на Ближнем Востоке закон о научных исследованиях и раскопках не делает различия между искателем кладов и таким предпринимателем, который руководится научными целями, то практическое осуществление, хотя бы и уступленного на время права научных исследований встречает почти непреодолимые затруднения.

Опираясь на наше значение в религиозной жизни Палестины и ввиду громадных материальных жертв, приносимых Россией в пользу Палестины, нам справедливо домогаться в научном отношении следующих прав —

1) Свободы научных исследований на территории Палестины и смежных областей, причем должно быть допущено право делать фотографии с памятников, зарисовывать их, производить измерения и наконец пробный зондаж.

2) Целый ряд культурных слоев на почве Палестины оставлен разными жившими здесь народами; поэтому раскопки приобретают в этой стране первостепенное в научном смысле значение, ибо результаты их могут иметь разнообразное применение. Нужно заботиться, чтобы за русскими учеными было признано право производить раскопки на всей территории Палестины и смежных областей.

3) Добытые раскопками предметы должны подвергаться изучению тех учреждений и лиц, коими ведутся раскопки, поэтому необходимо, чтобы они хранились в отдельном помещении и не подлежали ни отчуждению, ни вывозу за границу. Для христианских предметов должен быть основан музей христианских древностей.

4) Ввиду международных интересов в Палестине, равно как во внимание к сложным и запутанным притязаниям представителей инославных вероисповеданий на различные священные места, было бы желательно прийти к международному соглашению относительно прав по изучению таких памятников, а равно и предметов, кои находятся на территориях или участках, принадлежащим иностранцам и инославным религиозным учреждениям — на правах взаимности, то есть предоставляя в свою очередь и им вступать с нами в подобные же обязательные соглашения».

Вполне назрел также вопрос и об охране памятников древности. В предположении, что в ближайшем будущем исторические и художественные памятники Палестины всех эпох будут поставлены под действительный и бдительный надзор какого-либо местного государственного учреждения по охране и поддержанию древних памятников страны, представляется необходимым полноправное участие в занятиях и решениях означенного учреждения, наряду с учеными представителями иных государств, и того русского археологического учреждения, которое следовало бы основать для изучения Палестины. Такого рода учреждение могло бы состоять из двух частей: в [343] Петрограде — Комитет или Общество палестиноведения. а на месте, я Иерусалиме, — правомочное научное учреждение. Русский Археологический Институт.

Принимая же во внимание как особые интересы России к святыням и православным памятникам Палестины, так и признаваемые всеми заслуги русских ученых и в самом создании и в разработке истории и археологии восточно-христианского искусства, мнение Русского Археологического Института в Иерусалиме в вопросах, связанных с изучением, поддержанием и реставрацией всех христианских святынь, памятников до эпохи крестовых походов и позднейших православных сооружений, будет иметь особое значение, и потому означенное русское учреждение в соответственных случаях должно бы пользоваться особым вытекающим из его компетенции правом (раздел III п. б).

Установление указанного выше правопорядка и учреждение в Иерусалиме Института значительно облегчило бы и повысило бы продуктивность работы русских исследователей по части истории и археологии. Западноевропейские государства и Соединенные Штаты имеют целый ряд учреждений и обществ, которые при соседстве экспедиций, миссий, филиальных отделений работают в пределах Палестины и Сирии.

Достаточно указать на Лондонское Общество Palestine Exploration Fund, Германское Palаstina-Verein, немецкий и американский археологические институты, доминиканскую Ecole d’Etudes Bibliques, библейский музей св. Анны у Peres Blancs, археологический музей в Notre-Dame de France и т. д.

Императорское Православное Палестинское Общество энергично работает на месте в Палестине и успело издать в Петрограде целый ряд ценных изданий, но оно, имея разнообразные задачи, проявляло интенсивную деятельность преимущественно в области руководства паломниками и просвещения местного населения. Естественно, что, несмотря на блестящую полосу в жизни Общества, отмеченную научной палестиноведной деятельностью, давно нашедшей у нас достаточно сил для своего развития, все же чисто научные цели представляли для него второстепенный интерес, как можно видеть, между прочим, из сообщения «Русская Археология в Палестине», сделанного на основании личных на месте наблюдений проф. М. И. Ростовцевым в Императорском Русском Археологическом Обществе два года тому назад («Христианский Восток», 1912, стр. 247-266).

При предстоящем пересмотре мирных трактатов, заключенных Россией с различными государствами, и в частности с Турцией, придется, когда будут ликвидироваться последствия Великой войны, коснуться и Палестины. Примером такого положения моет служить конвенция между Англией и Францией относительно Египта и Марокко, заключенная в Апреле 1904 г., в которой (ст. 1-я) оговаривалось, несмотря на объявление Египта сферой влияния Англии, что [344] управление египетскими древностями сохраняется за французами, а французские школы в Египте должны иметь прежнюю свободу действия.

Приведенные выше соображения побудили кружок лиц, интересующихся делами Ближнего Востока, в сотрудничестве со специалистами по палестиноведению, образовать Совещание, которое выработало изложенные ниже в четырех разделах тезисы. Тезисы эти должны лечь в основу наших требований, одни, именно изложенные в разделе I-м, для упорядочения правовых условий, необходимых для деятельности русских учреждений в Палестине и Сирии, другие, изложенные в разделе II-м, для обеспечения прав русской науки на территории Палестины, Сирии, Финикии и Синая. В интересах осуществления наших научных же прав выработаны те специального характера положения III-го раздела, которыми определяется, во-первых, наше участие в туземно-международном «Комитете по охране древностей» (Services d’antiuiites), необходимость основания которого вытекает из международного научного значения Палестины, во-вторых (б), права нашего научного учреждения, Археологического Института в Иерусалиме. Наконец, для усиления нашей деятельности в соответственных специальностях признается необходимым основание особого русского учреждения на широких научных началах, определяемых интересами историко-археологического изучения Палестины и прилегающих областей как за христианский, так и за языческий период их культурной жизни. В основу его организации должны лечь тезисы, изложенные в разделе IV-м. Приложение к IV-му разделу представляет собою лишь материал для выработки в подробностях проекта устава предполагаемого учреждения, слагающегося, согласно принятым положениям, из Комитета палестиноведения в Петрограде и Русского Археологического Института в Иерусалиме. Выработка проекта ляжет на обязанность особой комиссии, созванной тем государственным учреждением или обществом, которое найдет возможным признать входящим в его задачи основание при себе самостоятельной организации нового научного учреждения на намеченных Совещанием началах и своим авторитетным содействием двинет дальше это дело.

Раздел I

О правовых условиях деятельности русских учреждений в Палестине и Сирии

1) Выработка точного закона, определяющего способы и права приобретения и владения недвижимою собственностью в Палестине и Сирии с признанием правоспособности юридических лиц.

2) Закрепление на праве полной собственности за русскими юридическими лицами земельных участков и построек в Палестине и Сирии, приобретенных ныне на имя частных лиц. [345]

3) Осуществление закона о праве иностранцев приобретать недвижимость в Палестине и Сирии, — фактически отмененного секретным административным предписанием.

4) Предоставление России права приобретения правительственными установлениями, церковными, благотворительными, научными и просветительными учреждениями и обществами, в лице законно признанных или утвержденных русским Правительством юридических лиц или ответственных уполномоченных, — полной собственности на недвижимое имущество в Палестине и Сирии. Приобретение собственности на имя указанных выше учреждений может осуществляться путем дара, наследования, покупки, обмена, заклада и всякого рода другими законными способами, независимо от того, какого рода или происхождения было приобретаемое имущество, — «мульк», «вакуф» или «мириэ», с правом возведения построек и освобождения от уплаты налогов, пошлин и повинностей, как государственных, так и муниципальных.

5) Исторически приобретенные права России и Восточных Церквей в Палестине и Сирии не должны потерпеть ущерба.

Раздел II

Обеспечение права раскопок и исследования памятников древности

1) Обеспечение права проводить научные исследования на территории Палестины, Сирии, Финикии и Синая, делать эстампажи, снимать фотографии с памятников, зарисовывать их, производить обмеры и измерения, пробный зондаж и т. п.

2) Признание права производить раскопки на всей территории Палестины и указанных областей, причем на землях частных собственников с согласия владельцев.

3) Исследование памятников и предметов, находящихся на территориях или участках, принадлежащих инославным религиозным учреждениям, производится на праве взаимности.

4) Право изучения предметов, добытых раскопками, предоставляется учреждениям, произведшим раскопки, и до издания результатов изучения они находятся в распоряжении тех же учреждений.

Раздел III

а) Туземно-международный Комитет по охране древностей

1) Признание необходимости по окончании войны основания местного (туземного) учено-административного учреждения для регистрации и охраны древностей. [346]

2) Цель учреждения: а) регистрация памятников, т. е. нахождение таковых, классификация, признание за памятником общенаучного значения, внесение в реестры; б) охрана памятников, т. е. внешняя защита от разрушения и разграбления; в) ремонт и восстановление памятников; г) заключение относительно выкупа памятников древностей в казну; д) собирание сведений о находящихся в частных руках научно-ценных рукописях, книгах, предметах и т. д.; е) возможное согласование деятельности различных учреждений, занимающихся изучением Палестины и прилегающих областей.

3) Состав учреждения: а) туземные члены, б) русские члены от Русского Археологического Института в Иерусалиме, Императорского Палестинского Общества и Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, в) от Православного Патриарха в Иерусалиме, г) от Армянского Патриарха в Иерусалиме и д) от других заинтересованных стран.

4) Средства содержания: а) местные (отпускаемые правительством), б) взносы, делаемые отдельными государствами, имеющими в Палестине и в прилегающих областях научные учреждения, занимающиеся историко-археологическими исследованиями.

б) О правах русского научного учреждения в том же Комитете

1) Обеспечение участия Русского Археологического Института в Иерусалиме (см. раздел IV п. б) в занятиях и решениях туземно-международного «Комитета по охране древностей» по охране и поддержанию древних памятников Палестины и сопредельных с нею областей на равных правах с учеными представителями других государств.

2) Русский Археологический Институт в Иерусалиме в вопросах о мероприятиях, относящихся до изучения, поддержания и реставрации всех христианских святынь и памятников до эпохи крестовых походов и позднейших православных сооружений, должен пользоваться правом приостановки тех предположений и действий, которые по его мотивированному заключению окажутся несоответственными.

Раздел IV

Организация русского научного учреждения по палестиноведению

Совещание признает необходимым устройство научного учреждения по палестиноведению. Учреждение состоит из двух частей: а) в Петрограде Комитет палестиноведения при Императорской Академии Наук или Императорском Палестинском Обществе. В состав Комитета входят лица, занимающиеся и интересующиеся Палестиной и прилежащими к ней областями. Комитет имеет задачей обсуждение общих вопросов, входящих в круг его компетенции, издание [347] печатных трудов и создание соответствующей ученой среды, из которой могли бы вербоваться работники для изучения Палестины и прилежащих стран.

Подробности организации Петроградского Комитета палестиноведения, а равно и Русского Археологического Института в Иерусалиме имеют быть выработаны отдельно в особой комиссии.

Приложение к разделу IV

В комиссии, собравшейся под председательством Н. П. Кондакова в заседании 26-го ноября 1914 г., была предположительно, в общих чертах, намечена следующая организация учреждений по палестиноведению, могущая служить, по мнению общего собрания Совещания, материалом для выработки в особой комиссии проекта устава Петроградского Комитета и Русского Археологического Института в Иерусалиме.

1) Задачи Археологического Института в Иерусалиме:

а) Изучение исторических и художественных памятников Палестины и прилегающих областей, вообще всех культурно-исторических материалов вещественных, письменных и языковых греко-римских, хананейских, арамейских, еврейских, христианских (как восточных — коптских, семитических, армянских, грузинских, так и византийских и латинских) и мусульманских, по подлежащим специальностям, как то доисторической археологии, библейской археологии, христианской археологии, истории искусства, эпиграфике, агиографии и т. п.; б) производство раскопок; в) охрана памятников, принадлежащих Институту; г) составление музея и библиотеки; д) собирание сведений, могущих облегчить изучение Палестины и е) всяческое содействие членам ученых экспедиций, снаряженных различными русскими учреждениями и обществами со специальными научными целями по палестиноведению или смежным научным областям, а также отдельным лицам, имеющим командировки.

2) Состав:

а) Три непременных члена. Они образуют Совет. Все три члена состоят на положении ординарных профессоров (по правам и содержанию).

б) Пять членов стипендиатов, каждый по отдельной специальности. Стипендиаты состоят на положении ассистентов. Они являются членами Совета с решающим по вопросам своей специальности, а по другим совещательным голосом.

3) Порядок деятельности:

Ближайшее управление Институтом вверяется Совету. Председатель, он же ученый Секретарь, один из непременных членов, обладает исполнительною властью. Он представитель Института. Он сносится с различными учреждениями и лицами. Ему предоставляется [348] заведывание административной и хозяйственной частями. Из двух остальных членов один заведывает библиотекой и музеем, а другой — редактированием Известий (см. 5) и справочным бюро. Вся ученая работа распределяется между тремя непременными членами по взаимному соглашению, согласно специальности каждого. При Институте потребная канцелярия в лице помощника ученого секретаря, библиотекаря и канцеляриста. Совет обсуждает все текущие дела, касающиеся Института. Совет выбирает из своей среды Председателя. Для общих вопросов, затрагивающих интересы различных учреждений и требующих их поддержки, Совет назначает совещательное заседание с участием представителей от Императорского Палестинского Общества, от Русской Духовной миссии в Иерусалиме, Русского Генерального Консула в Иерусалиме, в случае же надобности и других русских консулов, находящихся в районе действия Института, а также представителя от Православной Патриархии в Иерусалиме и от иностранных научных и духовных организаций в Палестине. Совет устраивает по мере надобности общие собрания Института для чтения отчета о деятельности Института, а также докладов и сообщений, имеющих общий интерес. На эти собрания приглашаются, помимо перечисленных выше русских учреждений, представители всех существующих в Иерусалиме научных и духовных организаций и консульств. Институт представляет Петроградскому Комитету отчет о своей деятельности, о нужде в стипендиатах определенной специальности с предложением кандидатов и получает от него общие директивы, специальные научные поручения, извещения о предстоящих экспедициях и командировках из России и об избранных стипендиатах. При этом, однако, во всей деятельности на месте Институт является самостоятельным и правомочным.

4) При Институте имеются следующие вспомогательные учреждения:

а) Библиотека, б) Музей, в) Чертежная и Фотографическая комната, г) Справочное Бюро.

5) Институт печатает свои текущие мелкие работы и сообщения в собственных Известиях, а более крупные отсылает в Петроград в Комитет для напечатания в изданиях последнего.

6) Институт участвует в составе Международного или Туземно-международного комитета в Иерусалиме по охране древностей. Предположительная организация такого учреждения, необходимость устройства которого могла бы быть выдвинута Россией, предшествует выше (см. раздел III п. а).

7) Средства отпускаются учреждению в сумме, которая должна быть установлена специальною комиссиею, из государственного казначейства. Статьи для ассигнований: А) по Русскому Археологическому Институту в Иерусалиме а) содержание и квартирное довольство личного состава, стипендиатов и трех канцелярских чиновников, [349] б) вознаграждение архитектора, художника, чертежника и фотографа, в) наем служителей, г) помещение Института, д) библиотека, е) музей, ж) текущие необходимые раскопки, поездки и расходы по ремонту, з) фотографические, чертежные и иные материалы для работ, и) издание Известий Института; Б) по Комитету палестиноведения в Петрограде а) издание трудов и б) ученые командировки. Суммы на требующие чрезвычайных расходов научные экспедиции, раскопки, приобретение собраний древностей или рукописей для отечественных музеев и книгохранилищ, равно реставрация или меры по охране памятников испрашиваются, при наличности исключительных обстоятельств и оснований, в особом порядке через Комитет в Петрограде.

АВП РИ, ф. РИППО, оп. 873/1, д. 602, л. 5-12 об.

Опубл.: Ковалевский Е. П. Русские научные интересы в Палестине и прилежащих областях // Россия в Святой Земле. Документы и материалы. Т. 1. С. 339—349. 

Восточная литература

Тэги: Ковалевский Е.П., Русский Археологический институт в Иерусалиме, палестиноведение, научная деятельность

Пред. Оглавление раздела След.
В основное меню