«Нести афонскую традицию византийского пения»

У преподобного Паисия Святогорца есть замечательные слова: «Чистое византийское пение – насколько же оно сладостно! Оно умиротворяет, смягчает душу. Правильное церковное пение – это излияние вовне внутреннего духовного состояния. Это Божественное веселие!» О византийском пении беседуем с регентом хора «Аксион Естин» (Ἄξιόν ἐστιν) Всеволодом Бабицким.

Всеволод Бабицкий.
Фото из ТГ-канала хора

– Всеволод, расскажите, пожалуйста, как произошла Ваша первая встреча с византийским пением? Почему Вы решили обучаться? Где обучались?

– Так сложилось, что я учился в Афониаде, школе на Афоне. Византийское пение сразу меня очень сильно впечатлило и поразило. Помню, как первый раз я попал на ночную афонскую службу. Была ночь, нас повезли на автобусе в монастырь Иверон. Захожу в храм, внутри темно, горят свечи, виднеются силуэты монахов, и в темноте звучит это пение... Я как будто где-то в космосе оказался. Ощущение было, будто это все тебя переносит в другой мир. Тогда я ничего не знал про византийское пение и был просто поражен. Пение афонских монахов впечатляло какой-то силой, мощью, глубиной, и все так гармонично сочеталось с монашеской жизнью, с богослужением, с храмовым пространством, архитектурой, росписями.

– Вы так ярко рассказываете, что на ум приходят слова преподобного Порфирия Кавсокаливита: «Византийская церковная музыка – это настоящее духовное поучение. В звуках византийской музыки живет внутреннее наслаждение, сладость, радость и покой. Слушая ее, человек переносится в духовные сферы».

– Да, именно так. И мне захотелось тоже как-то к этому приобщиться. В школе у нас каждый день были утренние и вечерние службы, и я сразу пошел на клирос. Первое время просто стоял и слушал. Мне нравился исон, фоновый звук, который держит, а на него уже ложится мелодия. Сначала я подпевал только исон. В школе были уроки византийского пения, и постепенно я начал учиться, причем мой первый учитель был мальчик африканец, потому что Афониада – это интернациональная школа, где были ребята из разных стран.

– Расскажите немного про школу, пожалуйста.

– Афониада находится рядом с Андреевским скитом. Когда-то это был русский скит, сейчас он принадлежит грекам. Этой школе сейчас уже почти 300 лет. Изначально она была основана для послушников и располагалась недалеко от Ватопеда, потом в сложные военные времена стали принимать всех. А сейчас это международная школа, где учатся и русские, и греки, и румыны, и ребята из Африки, Австралии, Сербии.

Тимофей, мой первый учитель, к тому моменту уже несколько лет проучился в Афониаде, выучил в совершенстве греческий язык и византийское пение. У ребят из Африки голоса хорошие, сочные, звучные. Он очень красиво пел и объяснил мне все азы нотации. Я очень быстро понял, где невма обозначает движение наверх, где – вниз. Но поскольку я сам вырос на европейской музыке, для меня было непросто уловить восточные мотивы. Тогда я стал слушать очень много восточной музыки, и это мне помогло.

– Сколько лет Вы учились?

– Шесть лет: три года лицея, три года гимназии. Потом я поступил на богословский факультет в Салониках, окончил магистратуру. И вернулся в Москву. Тогда я думал, что моя певческая деятельность окончена, потому что полагал, что византийское пение в Москве никому не нужно, так как везде звучит партес. Затем меня познакомили с ребятами из школы «Псалтика» (Πσάλτικα), сейчас она называется «Схолион Псалтикис» (Σχολείον Ψαλτικής) – филиал греко-афинской школы в Москве.

– Как Вы решили заниматься византийским пением в России?

– Лет семь назад один знакомый пригласил меня в Николо-Малицкий мужской монастырь под Тверью на престольный праздник. Я был сильно удивлен, что у нас есть такой монастырь, где афонский устав, где поют как на Афоне, служба как на Афоне, даже Покровский храм в монастыре – это копия храма Ватопедского монастыря на Афоне. Игумен Борис (Тулупов) предложил мне остаться петь в хоре, а вскоре и возглавить его. Так я стал заниматься хоровой деятельностью. Сейчас, помимо нашего основного служения в монастыре, мы выступаем с концертами, нас приглашают в разные храмы, монастыри. Мы также участвуем в богослужениях Поместных Церквей на территории России, Кипра и Афона.

– Всеволод, Вы поете не только на греческом, но и на русском языке. Легко ли перекладывать ноты на русский язык?

– Нельзя сказать, что это легко. Это требует большого опыта, знаний. И не так много людей есть, которые этим занимаются. Мало людей, которые хорошо владеют византийским пением, а еще меньше людей, которые могут грамотно что-то переложить, написать.

– Как люди воспринимают византийское пение в России? Нравится ли им?

– Я могу судить по нашим концертам. Девяносто девять процентов – это очень хорошие отзывы, подчас восторженные. Нас приглашают в Московский Дом музыки, в Зарядье. От концерта к концерту все больше и больше слушателей приходит. Это говорит о том, что людям нравится, им интересно. К нам в монастырь приезжает множество паломников со всей России. И чаще всего они стремятся приехать на выходные, потому что в выходные весь хор в сборе и служба отличается особым благолепием. К примеру, как и на Афоне, во время службы раскачивается паникадило. Конечно, все это в сочетании с пением очень красиво.

– Византийское пение – это чаще всего мужское пение. А женское пение в России где-нибудь можно услышать?

– В школе «Схолион Псалтикис» (Σχολείον Ψαλτικής) есть женский хор, который поет и в храмах тоже. Также ансамбль «Асматикон» в Москве, Ново-Тихвинский монастырь в Екатеринбурге, в Санкт-Петербурге хор «Пахомий Логофет», в храмах Екатеринбургской и Каменской епархий хор «Святой Лука», в Малоярославце в монастыре святителя Николая, в Ростове-на-Дону, в Омске. Возможно, где-то еще.

– Есть ли в Москве храмы, где можно услышать византийское пение?

– Да, обычно в выходные на Афонском подворье поют позднюю Литургию византийским распевом, в храме Сорока мучеников Севастийских у Новоспасского монастыря. Нас иногда приглашают в храм святого Иоанна Воина на Октябрьской, иногда в Зеленоград в храм святителя Филарета, митрополита Московского, в храм Киево-Печерских святых на Полежаевской и другие храмы. У нас есть группы в социальных сетях: «ВК», в «Телеграме». Мы всегда стараемся публиковать расписание выступлений, концертов или служб, чтобы люди знали, где можно услышать хор.

– А есть ли у Вас задумка, чтобы популяризировать византийское пение не только через службы, концерты, а, например, давать частные уроки или организовать какую-то небольшую школу?

– Наши певчие из хора преподают, а я занимаюсь больше с ребятами из нашего хора. Иногда на концертах мы даем мастер-классы.

– Расскажите, пожалуйста, о вашем хоре. Почему было выбрано такое название «Аксион Естин» (Ἄξιόν ἐστιν) и что оно означает?

– «Аксион Естин» – это гимн Пресвятой Богородице «Достойно есть», который пришел к нам с Афона. По преданию, в X веке в пещере неподалеку от Кареи, административного центра Афона, подвизался некий старец с послушником. В один из воскресных дней старец ушел в обитель на всенощное бдение, а в келии остался послушник. При наступлении ночи в келию постучался неизвестный гость. Во время всенощной, когда нужно было петь «Честнейшую Херувим», послушник с незнакомцем встали перед иконой Божией Матери, называвшейся тогда «Милующей», и гость отметил, что у них сначала поют «Достойно есть яко воистину блажити Тя, Богородицу, Присноблаженную и Пренепорочную и Матерь Бога нашего». Во время пения этой песни икона Богоматери вдруг засияла небесным светом, а послушник заплакал от умиления. По его просьбе эта песнь, за неимением бумаги, была записана на камне, размягчившемся, как воск, под рукой певца. Назвав себя Гавриилом, гость стал невидим. Икона Божией Матери, перед которой впервые была воспета песнь «Достойно есть», была перенесена в соборный храм Протата (Собор Успения Пресвятой Богородицы в Карее) и с тех пор стала называться «Достойно есть». Плита же с начертанной на ней Архангелом Гавриилом песнью была перенесена в Константинополь Патриарху как свидетельство чуда. Затем этот гимн вошел в Божественную литургию, которая совершается везде, где есть православная церковь. Этот гимн, можно сказать, – приношение Афона, дань Афона, его приношение Литургии.

Мы решили, что это хорошее название для хора, так как подчеркивает то, что мы несем именно афонскую традицию, которая связана с монашеской традицией, с монашеской жизнью.

– Есть ли у хора небесный покровитель?

– Да, своим небесным покровителем мы считаем Пресвятую Богородицу.

– А сколько человек в хоре на данный момент?

– У нас есть основной состав, шесть человек. Есть более широкий состав. На концертах нас собирается до тринадцати человек. В основном у нас русские ребята. Но недавно мы начали сотрудничать с греческим музыкантом Янисом Кофопулосом, который переехал в Москву из Греции, Салоник. У него русская жена. На последний концерт мы его тоже приглашали. Янис помогал хору, а также сольно исполнял несколько песнопений. Где-то нам нужна была его помощь в богослужебных элементах, традиционных для афонской службы, когда бьют в било. Било – это такой деревянный или металлический брус, по которому ритмично ударяют специальным молотком, и он издает гулкий звук. В греческих монастырях било используется в основном до того, как начнут звонить колокола, для созыва братии на молитву, бдения. Вот такими элементами мы решили разнообразить концерты.

– Каков возраст певцов?

– Самому младшему участнику семнадцать лет, а самому старшему пятьдесят.

– Как Вы считаете, в России на данный момент есть будущее для византийского пения?

– У меня есть надежда и вера в то, что будущее есть. В разных городах России поют византийской традицией: в Екатеринбурге в Ново-Тихоновском монастыре, в Малоярославце, в Петербурге, Омске, Ростове-на-Дону. Сейчас и у многих партесных коллективов появился интерес к византийскому пению. Часто просят помочь им переложить на европейские ноты то, что мы поем.

– Есть ли у вашего хора какой-нибудь девиз?

– У нас есть миссия – нести афонскую традицию византийского пения. Мы никогда не касаемся политики, но считаем, что какую-то малую лепту в укрепление единства мирового православия все-таки вносим.

Беседовала Мария Колосова

Московский Сретенский монастырь